Глава 30

Достоинство целомудрия#

Публикуется с замечаниями редакции. Текст автора выделен красным; блоки «Замечание редакции» — наши примечания по акыде.

(باب فصل التعفف) — стр. 167–177 печатного / PDF 168–178 (конец)

Это — последняя глава. Весь путь книги (любовь ради Аллаха — целомудрие — страх стояния пред Аллахом — Рай) здесь смыкается в словах самого Ибн Хазма. Толкование — сплошное одобрение (тафсиль: золото целиком).

§ 1. Целомудрие — высшее в любви; и главный аят оси

Перевод

Из лучшего, что совершает человек в своей любви, — целомудрие (التعفف), оставление греха и мерзости, и чтобы не отвращался от воздаяния Творца блаженством в Обители Пребывания, и не ослушивался Господа своего, оказавшего ему милость, поставившего его местом и достойным Своего повеления и запрета, пославшего к нему посланников, утвердившего у него Своё Слово — из заботы о нас и إحسان‑а к нам.

И вот тот, чьё сердце перевёрнуто [любовью], чья тоска велика, — а затем он достиг [желаемого], и страсть его захотела одолеть разум, и подчинить себе его религию (يقهر دينه), — тогда он поставил справедливость крепостью своей душе, познал, что это — душа, повелевающая злом (النفس الأمارة بالسوء), напомнил ей о наказании Аллаха, поразмыслил о своей дерзости пред Творцом — а ведь Он видит его (وهو يراه), — и устрашил её Днём Возврата и СТОЯНИЕМ ПРЕД Царём, Великим, Суровым в наказании, Милостивым…

(И Ибн Хазм нанизывает аяты Судного Дня:) «В тот День не помогут ни богатство, ни сыны, кроме тех, кто придёт к Аллаху с сердцем здравым (بقلب سليم)» [аш-Шу‘ара: 88–89]; «в День, когда каждая душа найдёт представленным всё доброе и злое, что совершила, и пожелает, чтобы меж нею и этим было расстояние далёкое» [Аль ‘Имран: 30]; «и поникнут лица пред Живым, Вседержителем, и пропадёт тот, кто понёс несправедливость» [Та-Ха: 111]; …и главный аят:

«А кто УБОЯЛСЯ СТОЯНИЯ ПРЕД ГОСПОДОМ СВОИМ и УДЕРЖАЛ ДУШУ ОТ СТРАСТИ (نهى النفس عن الهوى) — поистине, Рай — обитель его» [ан-Нази‘ат: 40–41];

и «Читай свою книгу! Довольно тебя сегодня для счёта над собою» [аль-Исра: 14].

А кто отвернул душу СИЛОЙ (كرهًا) от того, что желала и в достижении чего была уверена, — достоин радости в День Воскресения, и быть среди приближённых (المقربين), и обрести безопасность от ужасов Воскресения, и Аллах возместит ему за эту рану — безопасностью в День Собрания.

Раскрытие слов

«التعفف» — целомудрие, воздержание от запретного: вершина и цель книги.
«نهى النفس عن الهوى» — удержал душу от страсти: формула спасения.

Замечание редакции

Вот ради чего велась вся книга. Главный аят — ан-Нази‘ат 40–41: «убоялся стояния пред Господом и удержал душу от страсти — Рай». Это — формула всей нашей оси, и её произносит Откровение, а Ибн Хазм ставит её венцом. Целомудрие — не подавление ради подавления, а страх пред Аллахом, обращающий страсть в покорность, с наградой — быть среди المقربين.

§ 2. Образцы целомудрия — и Аллах не теряет его награды

Перевод

(Ибн Хазм приводит примеры воздержавшихся:)

Юноша Кордовы, отрёкшийся от мира: остался наедине с красавицей-женой друга (мужа задержал ночной дозор); она позвала его к себе, «и не было третьего с ними, кроме Аллаха»; он был искушён — затем вернулся к нему разум, он подумал об Аллахе, положил палец на пламя светильника и сказал: «О душа, вкуси это — и где это пред огнём Геенны (نار جهنم)?!» — и к утру палец его был сожжён огнём. (Ибн Хазм: неужели он дошёл до этого сам, а не страстью, что одолела его? И неужели Аллах потеряет его стояние? Нет — Он щедрее и знающее.)
Женщина, которой любимый сказал: «Сделаем истинным, что о нас говорят», — ответила: «Нет, клянусь Аллахом, никогда: я ведь читаю слово Аллаха — „Близкие друзья в тот День — враги друг другу, кроме богобоязненных (إلا المتقين)“ [аз-Зухруф: 67]»; и вскоре они соединились дозволенно (في حلال).
Сын халифа Абд ар-Рахмана: один на крыше с прекрасным юношей-стражем; восстал ночью, сел — затем прибег к Аллаху от Шайтана (تعوذ من الشيطان), велел юноше сойти вниз и запер дверь. (Свидетель: «Я понял, что Аллах желает ему блага».)

Замечание редакции

Образцы целомудрия — противовес предостережениям Главы 29: страсть одолевает, но страх Аллаха и память о Геенне побеждают. И заметь обетование Ибн Хазма: Аллах не теряет награды воздержавшегося. А аят аз-Зухруф 67 («друзья — враги, кроме богобоязненных») снова смыкается с осью Главы 1: уцелеет лишь любовь ради Аллаха; вознаграждается соединение дозволенное.

§ 3. Хадис о семи под тенью Аллаха — два столпа книги в одном

Перевод

Сказал Посланник Аллаха ﷺ: «Семерых укроет Аллах в Своей тени в День, когда не будет тени, кроме Его тени: справедливый правитель; ЮНОША, ВЫРОСШИЙ В ПОКЛОНЕНИИ АЛЛАХУ; человек, чьё сердце привязано к мечети; ДВОЕ, ЧТО ПОЛЮБИЛИ ДРУГ ДРУГА РАДИ АЛЛАХА (تحابّا في الله), сошлись на этом и на этом расстались; человек, что помянул Аллаха в уединении, и прослезились глаза его; МУЖ, КОТОРОГО ПОЗВАЛА ЖЕНЩИНА ЗНАТНАЯ И КРАСИВАЯ, А ОН СКАЗАЛ: „ПОИСТИНЕ, Я БОЮСЬ АЛЛАХА“; и человек, что подал милостыню тайно» (аль-Бухари и Муслим, от Абу Хурайры).

Замечание редакции

Это — совершенный венец всей книги. В одном хадисе сошлись два столпа, на которых стоит весь наш шарх:

«Двое, что полюбили друг друга РАДИ АЛЛАХА» — это ось Главы 1 (высшая любовь — في الله), к которой мы возвращали каждую главу;
«Муж, которого позвала красивая женщина, а он сказал: „Боюсь Аллаха“» — это достоинство целомудрия, к которому книга шла, — и есть «ونهى النفس عن الهوى» из § 1.

Так любовь ради Аллаха и целомудрие из страха пред Аллахом — два луча одной оси — встречаются в тени Аллаха в Судный День. Лучшего завершения для книги о любви быть не может.

§ 4. Благодарность, поклонение и бренность мира

Перевод

Даже если бы не было воздаяния, награды и наказания — на нас лежало бы тратить жизни и силы в БЛАГОДАРНОСТИ Творцу, что начал нас благами прежде, чем мы их заслужили, одарил разумом, которым мы познали Его, даровал чувства, знание, низвёл небеса с их пользами… сделал нас хранилищем Своего Слова и обителью Своей религии, сотворил для нас Рай — а затем не довольствовался [тем], чтобы рабы вошли в него иначе как своими деяниями, чтобы он стал по праву их: «воздаянием за то, что они совершали» [ас-Саджда: 17].

Кто познал Господа своего и меру Его довольства и гнева — обесценились в глазах его проходящие наслаждения и тленный прах. Так куда же бежать от покорности этому Щедрому Царю? И что за желание в наслаждении проходящем, чьё сожаление не проходит?.. Мы воззваны — либо к Раю, либо к Огню! Промедление здесь — явное заблуждение.

Замечание редакции

Здесь — итог: поклонение и благодарность — долг сами по себе, даже до награды; мир тленен (тема Глав 24 и 27), и бежать от покорности Аллаху некуда. Берём целиком.

Стих главы — обманчивость наслаждения

Встревожила тебя краса, чьё отсутствие тебе — бессонница,

и прохлада союза, чья тайна в тебе — пожар;

и близость свиданья, что влечёт за собою скорую разлуку, —

а не будь близости, не было б и разлуки;

и сладость вкуса, за которой тебе — горькая колоквинта

и алоэ; и [мнимый] простор, чья растрата — [одна] теснота.

Стих обнажает суть § 4: всякая услада страсти обманна — за бессонницей краса, за прохладой союза пожар, за близостью разлука, за сладостью полынь. «Что за желание в наслаждении проходящем, чьё сожаление не проходит?» — и сердце повёрнуто к Непреходящему.

§ 5. Закрытие книги: смирение, защита труда и таухид

Перевод

Здесь — да возвысит тебя Аллах — кончается то, что я вспомнил ради тебя. И я не включил измышлений, что преувеличивают поэты (будто слёзы — как ливни, что поят путников, будто вовсе нет сна и пищи), — ибо это не имеет истины, ложь без основания; у всего есть предел, и Аллах установил всему меру. Я ограничил послание известными истинами.

И прошу у Аллаха прощения за то, что записывают два ангела из этого и подобного: если это не из празднословия (اللغو), за которое не взыскивают, то — иншаАллах — из малых грехов, что прощаются (اللمم المعفو), а не из мерзостей, и уж точно не из больших грехов (الكبائر).

И знаю, что некоторые фанатики (المتعصبون) осудят меня за то, что я составил подобное… но я не дозволяю никому думать обо мне иное, чем я намеревался. Сказал Аллах: «О те, которые уверовали! Сторонитесь многих домыслов: ведь часть домыслов — грех» [аль-Худжурат: 12]; и Пророк ﷺ: «Берегитесь домысла, ибо он — лживейшая речь» (Бухари, Муслим); и: «Кто верует в Аллаха и в Последний День, пусть говорит благое или молчит» (Бухари, Муслим).

…Я не держусь показухи (المراياة), и не подвизаюсь чуждым [вычурным] подвижничеством (نسكًا أعجميًا); а кто исполняет обязательные предписания, избегает запретного и не забывает блага меж собой и людьми — на того ложится имя ИХСАН (الإحسان); и оставь меня от иного. И довольно мне Аллаха.

…Ты знаешь, что ум мой перевёрнут тем, в чём мы: изгнанием из домов, разлукой с родиной, бедствиями власти (نكبات السلطان), переменой братьев, потерей имущества, отрезанием наследия отцов и дедов, чужбиной… Да не сделает нас Аллах жалующимися [никому], кроме Него. Ведь Тот, Кто оставил [нам], — больше Того, Кто взял; …всё — Его дар, и нет у нас власти над самими собою: мы — от Него, и к Нему наш возврат. И всякое одолженное возвращается к Одолжившему. Ему хвала — первому и последнему. И я говорю:

Заключительный стих всей книги:

Я сделал отрешение [от мира] (اليأس) крепостью себе и бронёй —

и [потому] не облёкся в одежды униженного;

и то, что для всех людей — много, у меня — малость:

оно уберегло меня [от рабства] перед людьми;

коль здравы моя религия (ديني) и честь моя (عرضي) —

не печалюсь о том, что миновало;

вчера ушло, а завтра — не знаю, застану ли его, —

так к чему же [вся] эта забота?

Да сделает Аллах нас и тебя из терпеливых, благодарных, восхваляющих, поминающих [Его]. Аминь, аминь. И хвала Аллаху, Господу миров, и да благословит Аллах господина нашего Мухаммада, его семью и сподвижников, и да приветствует.

Замечание редакции

Ибн Хазм закрывает книгу так, как требует наша ось:

смирением — он держит ответ даже за написанное, прося прощения у Аллаха;
истиной — отвергает поэтическую ложь, держась действительности (его захиритская честность);
защитой от домыслов — Кораном и Сунной [аль-Худжурат: 12];
взвешенной верой — إحسان есть исполнение фардов, оставление харама и благонравие; без показухи и без чуждого крайнего «подвижничества» (важная нота против вычурности);
и чистым таухидом — «мы от Него, и к Нему наш возврат; всё одолженное возвращается к Одолжившему; Ему хвала первому и последнему», и финальная мольба о صبر, شكر, حمد, ذكر.

Книга о земной любви завершается возвратом сердца к Аллаху — это и есть наша ось, исполненная до конца рукою самого автора.

§ 6. Закрытие всего шарха

На этом «Ожерелье голубки» завершено — все 30 глав в трёх слоях (Перевод / Раскрытие слов / Толкование), под осью вероубеждения Ибн Таймийи.

Как сомкнулась дуга книги:

началась с любви ради Аллаха (Глава 1) и слома неоплатонической рамки;
прошла через психологию и физиологию сердца, болезнь страсти, верность и вероломство, бренность мира (Главы 24, 27);
и завершилась целомудрием, страхом стояния пред Аллахом и возвратом сердца к Нему — с венцом-хадисом о семи под тенью, где любовь ради Аллаха и целомудрие из страха пред Ним встречаются в один День.

Метод выдержан до конца: достоинства Ибн Хазма признаны прямо и громко (особенно Главы 19, 22, 27, 29–30); каламическая примесь сломана там, где была (Главы 1, 14, 29); слабые риваяты честно помечены (Главы 13, 16, 26, 28, 29); физиология/психология раскрыты с точными доказательствами.

والحمد لله رب العالمين.

Конец книги.