аль-Фатиха#

«Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного! Хвала — Аллаху, Господу миров, Милостивому, Милосердному, Царю Дня суда! Тебе одному поклоняемся и Тебя одного просим о помощи. Веди нас прямою дорогой — дорогой тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, кто навлёк гнев Твой, и не заблудших» (аль-Фатиха: 1–7).

1Эту короткую суру из семи аятов читают семнадцать раз в течение суток и ночи — по меньшей мере; читается она и в обязательных молитвах, и в дополнительных. Не совершается молитва без этой суры: в обоих достоверных сборниках хадисов приводится от Посланника Аллаха ﷺ — из хадиса Убады ибн ас-Самита: «Нет молитвы тому, кто не прочитал Открывающую Книгу».

2В этой суре заключено столько из всеобщих основ исламского вероучения, столько из всеобщих основ исламского воззрения, столько цельных чувств и устремлений, что это уже говорит о доле мудрости — в том, почему она избрана для повторения в каждом ракаате, и в том, почему тщетна всякая молитва, в которой она не произносится..

3Сура открывается словами: «Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного».. Хотя о басмале идут споры — аят ли она каждой суры, или это аят Корана, которым открывают чтение любой суры, — весомее всего то мнение, что она принадлежит суре «Аль-Фатиха», и потому аяты её исчисляются семью. Есть и такое мнение, что под словами Всевышнего «Мы даровали тебе семь из часто повторяемых и великий Коран».. (аль-Хидр: 87) разумеется именно сура «Аль-Фатиха» в её семи аятах, которыми возносится хвала и которые повторяются в молитве.

4Начинать с имени Аллаха — вот благоговейная норма, которой Аллах научил Своего пророка ﷺ с самых первых аятов ниспосланного Корана, согласно единодушному мнению, — это слова Всевышнего: «Читай во имя Господа твоего» (аль-'Аляк: 1). И это согласуется с величайшей основой исламского воззрения: Аллах — «Первый и Последний, Явный и Тайный» (аль-Хадид: 3).. Он — да будет Он превознесён! — истинное Бытие, из которого черпает существование всё сущее и которым начинается всякое начинаемое. Стало быть, Его именем совершается всякое начало; Его именем вершится всякое движение и всякое свершение.

5А описание Его — да будет Он превознесён! — в начале суры как Милостивого, Милосердного объемлет все значения милости и все её состояния.. Он Один владеет этими двумя качествами вместе — как Один владеет и качеством ар-Рахман. Позволительно назвать милосердным (рахим) кого-либо из Его рабов, но немыслимо — по законам вероучения — чтобы оба качества соединились в рабе.. И как бы ни расходились толкователи в значении этих двух качеств, какое из них указывает на более широкие пределы милости, — этот спор не наше дело; наша цель — установить, что лишь эти два качества, соединённые вместе, объемлют собой все значения милости, её состояния и её пределы.

6И если начинание с имени Аллаха — со всем единобожием и благоговением, что в нём сокрыто, — это первое всеобщее основание исламского воззрения, то охват всех верховных значений милости, её состояний и пределов двумя качествами — «Милостивый, Милосердный» — являет второе всеобщее основание этого воззрения и утверждает истину связи между Аллахом и рабом:

«Хвала — Аллаху, Господу миров» (аль-Фатиха: 2).

7Хвала Аллаху — чувство, которым переполняется сердце верующего при одном поминании Аллаха.. Само Его существование как начала есть лишь излияние излияний благодати, пробуждающих хвалу и восхваление. В каждый миг, в каждую минуту, на каждом шагу щедроты Аллаха текут, сменяя одна другую и стекаясь воедино, омывая все Его творения — и прежде всего этого человека.. Потому хвала Аллаху — начало, и хвала Аллаху — завершение: таково правило из правил исламского воззрения, обращённого к человеку: «Он — Аллах, нет божества, кроме Него. Ему хвала в здешнем мире и в мире Последнем» (аль-Касас: 70).. И перевешивает эта хвала все весы. В «Сунан» Ибн Маджаха приводится от Ибн 'Умара (да будет доволен ими обоими Аллах), что Посланник Аллаха ﷺ рассказал: некий пророк из пророков Аллаха сказал: «Господи! Тебе хвала — так, как подобает величию лика Твоего и величию державы Твоей». Два ангела взялись записать это, но не сумели — как записать? Они взошли к Аллаху и сказали: «Господь наш! Раб произнёс слово, которого мы не умеем записать». Ответил Аллах — а Он лучше знает, что сказал Его раб: «А что сказал Мой раб?» Сказали: «Господи! Он сказал: "Тебе хвала — так, как подобает величию лика Твоего и величию державы Твоей"». Тогда сказал им Аллах: «Запишите, как сказал Мой раб: он ведь встретится со Мною, и Я воздам ему».

8Обращение к Аллаху с хвалой — это то чувство верующего, что рождается при одном его поминании, как уже говорилось. Что же до второй части аята — «Господь миров», — то она воплощает основу исламского воззрения: безраздельное, всеобъемлющее Господство — одно из всеобщих оснований исламского вероучения. Аллах — Единственный Владыка и Единственный Распорядитель, ведущий дела к благоустройству и воспитанию. Это распоряжение ради благоустройства и воспитания объемлет миры, то есть всех тварей: Аллах правит ими во благо, печётся о них и воспитывает их; все миры и все создания хранимы и оберегаемы попечением Аллаха, Господа миров. Связь же между Творцом и творениями постоянна, непрерывна — она есть в любое мгновение и в любом состоянии.

9Всеобъемлющее Господство развеивает ту мглу, что рождается там, где эта истина не видна с безусловной очевидностью. Люди нередко тонули между признанием Аллаха единым и единственным Владыкой мироздания — и верой во множество господ, которые, как им представлялось, делят между собою управление жизнью. Сегодня это кажется диковинным, чуть не смешным, — однако так было, и так остаётся. Благородный Коран поведал нам о сонме многобожников, говоривших о своих разрозненных божествах: «Мы поклоняемся им лишь затем, чтобы они приблизили нас к Аллаху» (аз-Зумар: 3); так же Он сказал о сонме людей Писания: «Они приняли книжников своих и монахов своих за господ вместо Аллаха» (ат-Тауба: 31). А вероучения джахилий, царившие по всей земле, когда пришёл ислам, кипели богами различными — малыми божествами, которые, по уверению их почитателей, стояли рядом с великим божеством!

10И вот неограниченное Господство в этой суре, всеохватность этого Господства надо всеми мирами — развилка дорог между строем и хаосом в вероучении: чтобы все миры обратились к единому Господу, признавая пред Ним абсолютную власть, и стряхнули со своих плеч давящий груз разрозненных божеств — а вместе с ним и метания между разными владыками. И чтобы совесть этих миров успокоилась в вечном попечении Аллаха и Его непрестанном Господстве — в том, что попечение это никогда не прервётся, не оскудеет и не исчезнет, — а не в том, что рисовало высшее философское представление, скажем, Аристотеля: мол, Бог создал эту вселенную, а после уже не занимается ею, ибо Бог слишком возвышен, чтобы мыслить о том, что ниже Его, — Он мыслит лишь о Самом Себе! Аристотель же — таково было его воззрение — благороднейший из философов, и ум его — самый совершенный из умов!

11Ислам пришёл в годину, когда грудами громоздились вероучения, воззрения, предания, философии, призраки и умствования.. где перемешались истина с ложью, достоверное с фальшивым, религия с суеверием, философия с мифом.. И человеческая совесть под этими грудами блуждала, шатаясь во мраках и догадках, и не находила в них твёрдой точки уверенности.

12А той безводной пустыней, где нет ни пристанища, ни уверенности, ни света, было пространство вокруг представлений человечества о его божестве, о Его свойствах, об отношении Его к творениям — и особенно вокруг того, какова связь между Аллахом и человеком.

13И не могла человеческая совесть утвердиться в твёрдом решении касательно этого мира, самой себя и метода своей жизни, пока не утвердилась в решении касательно вероучения своего, воззрения на божество и Его свойства — пока среди этого мрака, этих скитаний и этих тяжёлых груд не открылось ей знание ясное, прямое, твёрдое.

14Да и не понять человеку, сколь необходима эта твёрдость, пока не увидит он воочию, как громадны эти груды, как широка эта пустыня скитаний из вероучений, воззрений и преданий, которой были полны человеческие мысли, когда пришёл ислам и застал их царящими повсюду, — той пустыни, малую частицу которой мы упомянули выше, вкратце. (Многое из этого будет показано при обозрении сур Корана — и человек увидит, что Коран есть лечение полное, всеобъемлющее, совершенное.)

15Потому первая забота ислама была устремлена к тому, чтобы освободить дело вероучения от искажений и определить воззрение, на котором утверждается совесть в вопросе о Боге, Его свойствах, Его отношении к творениям и отношении творений к Нему — с несокрушимой определённостью и уверенностью.

16Потому единобожие здесь — полное, чистое, очищенное от всего постороннего, всеобъемлющее, которого не касается никакая скверна ни вблизи, ни…

Окончание Мукаддимы и тафсир суры «аль-Фатиха»

17…издалека.. это — основа воззрения, которое принёс с собою Ислам, и отсвет его проявления в душе: он выслеживает в ней каждую тревожную мысль и каждый налёт сомнения вокруг истины таухида, чтобы очистить её от всякой мути — и сделать твердыней, стоящей незыблемо, к которой не подступит никакая иллюзия ни в каком обличье.

18С такою же ясностью Ислам произносит решающее слово о качествах Аллаха — и особенно о том, что в них относится к абсолютному Господству. Ведь большая часть нагромождений лежала именно в тех дебрях блуждания, где плутают философии и вероучения, — как плутают в них превратные представления и мифы. Ибо всё, что соприкасается с этим грозным вопросом, оставляет величайший след и в человеческой душе, и в человеческом поведении — в равной мере.

19Кто обозревает тот исполинский труд, который затратил Ислам, чтобы утвердить решающее слово о Сущности Аллаха, Его качествах и Его отношении к творениям, — труд, подкреплённый множеством коранических текстов.. кто обозревает этот исполинский труд, не обозревая тяжёлых нагромождений того всеобъемлющего блуждания, в котором блуждало всё человечество, тот, возможно, не осознает, насколько были необходимы все эти многократно подтверждаемые разъяснения и вся эта тщательность, выслеживающая все потайные тропы души.. Однако обращение к тем нагромождениям обнаруживает необходимость столь грандиозного труда — подобно тому как оно обнаруживает меру убожества той роли, которую человечество играло и продолжает играть в освобождении человеческой души, в избавлении её и даровании ей свободы от гнёта метаний между всевозможными господами, всевозможными превратными представлениями и мифами!

20Красота этого вероучения, его полнота и стройность, простота великой истины, которую оно являет.. всё это не открывается сердцу и разуму так, как открывается при обозрении нагромождённых руин джахилии — её вероучений и воззрений, её мифов и философий! И более всего — когда дело касается Божественной Истины и её связи с миром. Тогда-то исламское вероучение и предстаёт милостью — подлинной милостью для сердца и разума: милостью, исполненной красоты и простоты, ясности и стройности, близости и сердечной теплоты, прямого и глубокого отклика фитре.

21«Милостивый, Милосердный».. Это качество, объемлющее все высоты милости, все её состояния и все её сферы, повторяется здесь — в самом сердце отношений между Господом и взращиваемыми Им, между Творцом и творениями. Это связь милости и попечительства, рождающая изобилие хвалы и восхваления. Это связь, что стоит на безмятежном доверии и бьётся любовью: хвала — естественный отклик души на зов милости.

22Господь и Бог, каким являет Его Ислам, не преследует Своих рабов, как преследуют врагов и противников боги древних греков в своих капризах и вспышках ярости — какими рисуют их греческие мифы; и не враждует с людьми за их растущую мощь, как это изображают выдуманные мифы Ветхого Завета — вроде того, что заключён в сказании о вавилонской башне в одиннадцатой главе книги Бытия.

23(1) И была на всей земле одна речь и одни слова. Когда же они двинулись с востока, то нашли равнину в земле Сеннаар и поселились там. И сказали друг другу: наделаем кирпичей и обожжём их огнём; и стали у них кирпичи вместо камней, а земляная смола — вместо извести. И сказали они: построим себе город и башню высотою до небес, и сделаем себе имя, прежде чем рассеемся по лицу всей земли. И сошёл Господь посмотреть на город и башню, которые строили сыны человеческие. И сказал Господь: вот — один народ, и один у всех язык, и вот что начали они делать, и не отстанут они от того, что задумали. Сойдём же и смешаем там язык их, чтобы один не понимал речи другого. И рассеял их оттуда Господь по всему лицу земли, и они прекратили строить город. Посему дано имя городу тому: Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле.

«Властелин Дня воздаяния!».. Вот ещё вероучительная истина — из числа истин веры в Последнюю жизнь. Владычество — предел захвата и власти; День же воздаяния — день расчёта в Последней жизни.. Нередко люди сами свидетельствуют, что Аллах — Творец всякой вещи, и Коран говорит о некоторых из них: «Если ты спросишь их: „Кто сотворил небеса и землю?“ — они непременно скажут: „Аллах“..» (Сура «Лукман»: 25) — а затем повествует о них: как далёк их возврат!

24Признание Дня воздаяния — вероучительная истина из числа основных истин исламского вероучения, и цена её огромна: она привязывает взоры людей и их сердца к иному миру — миру, отличному от материального мира, в котором они обитают. И покуда эта истина не утверждена, человека не оставляет тревога: успеет ли он получить воздаяние за свои труды в коротком, тесно очерченном жизненном веке, при ограниченном достоянии земли. Когда же она утверждается, он трудится равно спокойно — воздастся ли ему в этом мире или в Последней обители: с безмятежностью, исходящей от Аллаха, с доверием добру, с непреклонностью в истине, с широтой и простором души, с твёрдым знанием.

25Вот она, развилка путей: развилка между рабским служением прихотям и страстям — и человеческой свободой, достойной сына человека; между покорностью земным воззрениям, ценностям и меркам — и привязанностью к возвышенным, от Аллаха идущим ценностям, с превозношением над логикой джахилии. Развилка путей между человечностью в её высшем смысле, которой желает человека Господь — Владыка его, — и искажёнными, сбившимися с пути её образами, которых не коснуться словами.

26И жизнь человеческая не достигает своих высот, пока эта истина не займёт своё место в сознании людей — пока они не узнают, что воздаяние на земле не есть их последняя доля, и пока человек в пределах своего недолгого века не укрепится в уверенности, что есть иная жизнь, ради которой стоит бороться, стоит жертвовать собою ради победы истины и добра — в уповании на воздаяние, которое он обретёт там.

27Не равны уверовавшие в Последнюю жизнь и отвергающие её — ни по чувствам, ни по нраву, ни по поведению, ни по делам. Это два различных рода творений, две несхожие природы: они не сходятся на земле в делах и не сойдутся в Последней жизни в воздаянии.. Вот она, развилка путей..

28«Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного просим помочь!».. И вот вероучительная истина, рождающаяся из предшествующих истин суры: поклонение — никому, кроме Аллаха, и помощь — ни от кого, кроме Аллаха.

29И здесь вновь развилка путей.. развилка путей между абсолютной свободой от всякого рабского служения — и абсолютным рабским служением рабам! Эта истина возвещает рождение полного, всеобъемлющего освобождения человека: освобождения от рабского служения превратным представлениям, освобождения от рабского служения режимам, освобождения от рабского служения обстоятельствам. Когда поклоняются одному лишь Аллаху и помощью просят у одного лишь Аллаха — человеческая душа избавляется от унизительного пресмыкательства перед системами, порядками и особами, как избавляется от пресмыкательства перед явлениями, превратными представлениями и суевериями.

30И здесь Ислам являет свою позицию относительно сил человеческих и сил природных..

31Силы человеческие — с точки зрения мусульманина — бывают двух видов: сила ведомая прямым путём, верующая в Аллаха и следующая методу Аллаха.. и сила заблудшая, не связанная с Аллахом и не следующая Его методу. С нею должно воевать, против неё бороться и наступать на неё.

32Нельзя, чтобы эта заблудшая сила была огромной или сокрушительной. Оторванная от своего первоисточника, она — словно занесённая головня: скоро погаснет, утратит огонь и свет, как бы ни была громадна её масса; искра же, сохраняющая связь с источником, — пусть малочисленная — одолевает своею малостью множество, ибо соединена с первым источником силы и питается из единственного родника силы и могущества.

33Что же до сил природы, то позиция Ислама в отношении их — позиция познания и дружбы, а не страха и вражды: сила человека и сила природы исходят из воли Аллаха и Его желания, подчинены воле Аллаха и Его желанию, соразмерены друг другу и сотрудничают в движении и притяжении.

34Вероучение Ислама внушает ему, что Господь подчинил ему все эти силы — навсегда, покуда он держится Его пути. Путь же к обретению этой дружбы — созерцать эти силы, узнавать их, действовать заодно с ними и вместе с ними устремляться к Аллаху, его Господу. Если же они порою причиняют ему вред, то лишь потому, что он не вдумывался в них, не узнавал их и не постигал закона, по которому они движутся.

35Люди Запада — наследники римской джахилии — издавна выражают пользование силами природы словами: «покорение природы».. Это выражение своей внешней стороной выдаёт взгляд джахилии, оборвавший и связь с Аллахом, и связь с духом мироздания, славящего Аллаха, — в противовес тому, как дух достигает лона Милосердного, духовно срастаясь с духом этого сущего, восхваляющего Аллаха, Господа миров..

36Тогда человек верует, что есть иная связь между ним и этими силами — не связь подавления и притеснения. Он убеждён, что Аллах — Творец всех этих сил, что создал их все по единому закону, дабы они сотрудничали в достижении предназначенных им целей согласно этому закону; что Он изначально подчинил их человеку и облегчил ему раскрытие их тайн и познание их законов; что обязанность человека — распоряжаться тем, что устроено для него, извлекая поддержку из каждой из них. Не человек покоряет их — Аллах подчиняет их ему: «Он подчинил вам всё, что на земле».. (Сура «аль-Джасия»: 13)

37И потому иллюзии не омрачат его чувства к силам природы, и страх не встанет между ним и ими.. Он верует в одного лишь Аллаха, поклоняется одному лишь Аллаху, помощи просит у одного лишь Аллаха. Эти силы — из творений его Господа; он созерцает их, осваивается с ними, познаёт их тайны, и они отдают ему свою помощь, открывают ему свои сокровища, — и человек живёт с ними в дружбе приветливой, любящей.. Как дивно слово Посланника Аллаха ﷺ о горе: «Это гора, которая любит нас, и мы любим её».. В этих словах — всё, чем преисполнено сердце первого мусульманина Мухаммада ﷺ: любовь и близость к природе — даже в самых грандиозных и самых суровых её проявлениях.

38И вот, после утверждения тех основных вероучительных истин исламского воззрения и утверждения устремлённости к одному лишь Аллаху в поклонении и испрошении помощи, приходит практическое приложение этого устремления — мольба, обращённая к Аллаху, облечённая в форму вероучительного положения, отвечающего духу суры и её складу:

39«Веди нас прямым путем, путем тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на которых Ты разгневался, и не заблудших».

40«Веди нас прямым путем».. Даруй нам верно узнать прямой путь, ведущий к цели, и даруй стойкость на нём после того, как мы его узнаем. И знание, и стойкость — обе суть ведение Аллаха, Его попечение, Его милость. Обращение к Аллаху с этой мольбой — выражение пылкого убеждения, что лишь Он один — Податель помощи. И это — величайшее и первое из того, что верующий просит у своего Господа. Ведение прямым путём — залог счастья в этом мире и в Последней жизни, залог несомненный; по сути своей это — ведение фитры человека к закону Аллаха, согласующему движение человека с движением всего сущего в едином влечении к Аллаху, Господу миров.

41Это путь тех, кого Аллах облагодетельствовал, — а не путь тех, на кого пал гнев Его за то, что они узнали истину и покинули её, и не путь тех, кто сбился с истины и не нашёл дороги.. Это путь блаженных, ведомых прямым путём, достигших цели.

42Итак, вот сура, избранная для повторения в каждой молитве — та, без которой молитва недействительна. В ней, при всей её краткости, — основные вероучительные истины исламского воззрения и душевные устремления, вытекающие из этого воззрения.

43В сахихе Муслима приводится хадис от Алаи ибн Абд ар-Рахмана, переданный с слов его отца со слов Абу Хурайры, о том, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Сказал Аллах Всевышний: Я разделил молитву между Мною и Моим рабом пополам: половина её — Мне, половина — Моему рабу, а Моему рабу — то, что он попросит. Когда раб произнесёт: „Хвала Аллаху, Господу миров“, — Аллах скажет: „Мой раб воздал Мне хвалу“. Когда он произнесёт: „Милостивый, Милосердный“, — Аллах скажет: „Мой раб восславил Меня“. Когда он произнесёт: „Властелин Дня воздаяния“, — Аллах скажет: „Мой раб превознёс Меня“. Когда он произнесёт: „Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного просим помочь!“ — [Аллах скажет]: „Это — между Мною и Моим рабом, а Моему рабу — то, что он попросит“. Когда же он произнесёт: „Веди нас прямым путем, путем тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на которых Ты разгневался, и не заблудших“, — [Аллах скажет]: „Это — Моему рабу, и Моему рабу — то, что он попросит“.»

44Быть может, этот достоверный хадис — после того как из контекста суры уяснилось то, что уяснилось, — приоткрывает одну из тайн избрания этой суры для того, чтобы верующий повторял её семнадцать раз всякий день и ночь, — или сколько пожелает Аллах, чтобы он повторял её всякий раз, вставая на молитву и взывая к своему Господу.

45Эта сура — из первых сур, ниспосланных после хиджры, и она — самая длинная сура Корана безусловно. Вероятнее всего, аяты её ниспосылались не сплошным потоком, так что она завершилась прежде, чем стали ниспосылаться аяты других сур: рассмотрение причин ниспослания части её аятов и части аятов других длинных мединских сур — хотя причины эти и не установлены абсолютно достоверно — указывает, что аяты длинных мединских сур ниспосылались не все подряд; случалось, что аяты позднейшей суры приходили прежде, чем завершилась предыдущая сура, у которой были ниспосланы вступительные части. Мерило же при упорядочении сур по времени ниспослания — первенство ниспослания их начал, а не всех их аятов. В этой суре есть аяты из последних ниспосланных в Коране — как аяты о ростовщичестве, — тогда как вступительные её части, вероятнее всего, были из первых аятов Корана, ниспосланных в Медине.

46Что же до собирания аятов каждой суры в одну суру и распорядка этих аятов, то это установлено указанием свыше, вдохновением. Передаёт ат-Тирмизи от Убайда ибн Умайра аль-Лейти с слов отца его — из рассказа Убаййа ибн Кааба, да будет доволен им Аллах. Спросили его: «Когда были ниспосланы „Анфаль“ и „Бараа“, — обе они из числа сур примерно в сто аятов, — вы соединили их рядом и не написали между ними строки „Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного“, а поместили обе в семь длинных сур. Что побудило вас к этому?» И ответил Убайй: «Посланник Аллаха ﷺ принимал [откровение] и велел: „Поместите этот аят в суру, в которой упоминается то-то и то-то“. Аль-Анфаль была из первых ниспосланных в Медине, а Бараа — из последних ниспосланных частей Корана, и содержание обеих было сходно, повествование их было похоже одно на другое, и я опасался, что одну примут за часть другой. Посланник Аллаха ﷺ скончался, не разъяснив нам этого. Потому-то я и соединил их, и не написал между ними строки „Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного“, и поместил обе в семь длинных сур».

47Эта передача разъясняет, что порядок аятов в каждой суре был установлен по прямому указанию Посланника Аллаха ﷺ. Передал Ибн Аббас, да будет доволен ими обоими Аллах: Пророк ﷺ был щедрее всех людей на добро, а щедрейшим он бывал в рамадане, когда навещал его Джибрил; Джибрил же, мир ему, навещал его каждую ночь рамадана, пока Пророк ﷺ не прочитает ему Коран целиком, — а в другой передаче: пока он не выверит с ним Коран. Когда Пророк ﷺ встречался с Джибрилом, мир ему, он бывал щедрее на добро, чем посланный ветер. А смысл здесь в том, что Посланник Аллаха ﷺ прочитал Коран целиком Джибрилу, как Джибрил прочитал его ему.. Это и означает, что Джибрил видел распорядок аятов, распределённых по сурам.

48Потому и замечает тот, кто живёт под сенью Корана, что каждая из его сур обладает особой личностью — личностью, исполненной духа..