аль-Ан'ам (часть 2)#

1Но Аллах, превознесённый, Ведающий, Мудрый, не направил своего Посланника ﷺ по подобному пути.

2Аллах знал — превознесён Он, — что это не тот путь! Он знал, что нравственность не стоит ни на чём, кроме как на основании вероубеждения, которое устанавливает мерила и возвышает ценности; что власть, на которую опираются эти мерила, — та самая, что творит ту атмосферу, которой владеет эта власть и которую она налагает и на соблюдающих предписанное, и на отступающих от него. И доколе это вероубеждение не утверждено, все ценности остаются колеблющимися, и нравственность, которая на них держится, остаётся такой же колеблющейся — без узды, без верховной власти, без воздаяния!

3Когда же, после труда тяжкого, утвердилось вероубеждение, и утвердилась власть, на которую оно опирается.. когда люди познали Господа своего и поклонялись Ему Одному.. когда люди освободились от власти рабов и от власти страстей — от обеих сразу.. когда закрепилось в сердцах «нет божества, кроме Аллаха».. — Аллах сделал тщетой всё, что ни предлагали предлагавшие, и их самих.

4Очистилась земля от византийцев и персов..

5И очистилось общество от неправды: власть исламская вершит по справедливости Аллаха, взвешивает весами Аллаха, поднимает знамя общественной справедливости во имя одного лишь Аллаха, называет его знаменем Ислама, не приставляя к нему никакого другого имени, и пишет на нём: «нет божества, кроме Аллаха»!

6И очистились души и нравы, смягчились сердца и духи — так что дело не нуждалось в пределах и наказаниях, установленных Аллахом, разве что в редчайших случаях: ведь страж встал там, внутри совестей; ведь жажда благоволения Аллаха и награды Его, стыдливость и страх перед гневом Его и карой Его заняли место надзора и место наказаний.

7И поднялось человечество — строем своим, нравами своими, всей жизнью своей — к высокой вершине, которой оно не достигало никогда прежде и которой после не достигало иначе как под сенью Ислама.

8И свершилось всё это потому, что те, кто воздвиг эту религию в образе государства, строя, законов и предписаний, прежде воздвигли её как вероубеждение, сделали её основой и понесли ради её водворения всё, что понесли: трудный путь и шествие с призывом, противостояние джахилии тем самым делом, которое ненавистно обладателям власти в каждую эпоху и во всяком месте, — «нет божества, кроме Аллаха»! Они не искали воздаяния на этой земле — каким бы ни было это воздаяние, хотя бы то была победа этого призыва их руками и утверждение этой религии на земле их усердием; и не осталось больше в душах их превозношения ни родом, ни народом, ни превозношения ни отчизной, ни землёй, ни превозношения ни кланом, ни домом..

9Стоило Аллаху даровать им всё это, как они знали: вот теперь они — доверенные этой великой миссии. Доверенные вероубеждения, в котором Аллах единолично держит верховенство — в сердцах и совестях, в поведении и обрядах, в душах и достояниях, в положениях и состояниях..; доверенные власти, влагаемой им в руки, чтобы они утверждали ею Закон Аллаха, приводя его в исполнение, и справедливость Аллаха, устанавливая её, — так чтобы от этой власти не доставалось ничего ни им самим, ни их семействам, ни их народам, ни их роду: власть в их руках — для Аллаха, Его религии и Его Закона. Ведь они знают: она от Аллаха, Он именно им вручил её.

10Но ничто из этого благословенного метода не осуществилось бы на столь высоком уровне, не начни призыв этим началом, не подними призыв одно лишь это знамя.. знамя «нет божества, кроме Аллаха».., не поднимая вместе с ним никакого другого.., не пойди призыв этой крутой, тяжкой внешне дорогой — благословенной и лёгкой в сути своей.

11И не был бы этот благословенный метод чист для Аллаха, начни призыв свои первые шаги призывом национальным, или общественным, или нравственным.. или подними он хоть какой-нибудь лозунг рядом со своим единым лозунгом: «нет божества, кроме Аллаха».

12Таков весь напор мекканского Корана — утвердить «нет божества, кроме Аллаха» в сердцах и умах и избрать этот путь, со всей его видимой тяжестью, не принимая путей иных; и этот путь сам по себе не таит зла.

13А что этот Коран берётся за один лишь вопрос вероубеждения, не вдаваясь в подробности строя, который на нём стоит, и законодательств, которые упорядочивают в нём взаимоотношения.. — то и это тоже из того, перед чем приверженцы призыва этой религии должны остановиться со всем сознанием..

14Сама природа этой религии и решила это.. Это религия, вся стоящая на принципе единого Божества.. Все её устройства, всё её законодательство истекают из этого великого истока.. И как огромное дерево — высокое, цветущее, бросающее далёкую тень, с переплетёнными ветвями, раскинувшееся на просторе — непременно пускает корни в почву на большую глубину и занимает пространство широкое, по соразмерению со своей громадой и своим размахом на просторе.. так и эта религия.. Её строй объемлет всю жизнь; ведает делами человечества большими и малыми; устраивает жизнь человека не в одной здешней, земной обители, но также и в обители последующей; не в одном мире явного, но также и в мире сокровенного, от него скрытого; не в одних внешних материальных отношениях, но и в глубинах совести, в мире потаённых чувств и намерений.. Это учреждение исполинское, необъятное, простирающееся широко.. и потому ему нужны корни и глубины такой же широты, громады, глубины и распространённости.

15Это грань из тайны этой религии и её природы; она определяет её метод в строительстве её самой и в её распространении; она делает построение вероубеждения и упрочение его, всеохватность этого вероубеждения и его проникновение во все ветвления души необходимостью из числа необходимых правильного возрастания и залогом из числа залогов слаженности и соразмерности между тем, что является от дерева на просторе, и тем, что пускают его корни в глубинах..

16Как только вероубеждение «нет божества, кроме Аллаха» укореняется в глубинах своих, далёких, вместе с ним в тот же час укореняется и строй, в котором «нет божества, кроме Аллаха» воплощается; становится ясно, что это единственный строй, который приемлют души, в которых утвердилось вероубеждение.. И души эти покоряются ему сразу — ещё до того, как им покажут его подробности, ещё до того, как им предъявят его законы. Ведь покорность с самого начала — требование веры.. С такой именно покорностью души принимают устройства Ислама и законы его — с довольством и приятием: они не оспаривают ничего, как только оно к ним исходит, и не мешкают в исполнении, едва приняв. Так упраздняют души бунты, привычки и обычаи с самого начала — раньше, чем те успевают стать предписаниями от Посланника Аллаха ﷺ, — тогда как правительства земные надрываются ради хоть чего-то из этого законами и кодексами, порядками и постановлениями, войсками и властью, пропагандой и печатью.. и достигают лишь того, что придерживают внешнее проявление нарушений, пока общество бурлит запретным и мерзким!

17Но нет — эта религия есть метод практический, деятельный, серьёзный. Она имеет дело с жизнью в её реальности и выходит навстречу этой реальности, чтобы рассудить её Своим повелением: отразить, исправить или устранить — и не вернуть на её место подмену, которой поклоняются помимо Аллаха. Разве это не работа с реальностью — существующей, наличной?! Поэтому прежде всего должно возникнуть мусульманское общество, признающее божественность и верховную власть за одним лишь Аллахом и отвергающее законность любого устройства, которое не стоит на этом основании.

18А когда это общество встанет в действительности, у него окажется жизнь реальная — требующая устройства и законодательства.. и только тогда эта религия примется полагать основы строя и слагать законы: для людей, изначально покорных строю и законам, изначально отвергающих любой иной строй и иные законы. И не будет среди них закона, навязанного им постороннею рукою и вменяющего этому обществу веру и предписания, — так что у строя будет его величие, а у Шариата его серьёзность — выше всего, чем живёт это общество..

19Не было у них ещё жизни реальной, самостоятельной, — и потому за тот период не ниспосылались устройства и законы; а насаждалась вера и нрав, истекающий из веры, после того как она утвердилась в глубинах своих, дальних.. Когда же явилась у них на земле держава, облачённая властью, низошли на них законы; оформился для них строй, отвечающий реальным нуждам мусульманского общества, — строй, которому государство гарантировало серьёзность и действие своею властью.

20Не пожелал Аллах, чтобы строй и законы были преподнесены им в Мекке готовыми, в запас, — чтобы затем быть введёнными в ход, когда государство встанет в Медине! Это вовсе не природа этой религии! Она куда реалистичнее этого и куда серьёзнее! Она не сочиняет проблем, чтобы потом сочинять для них решения.. Она встречает реальность во всём её объёме, облике и обстоятельствах, чтобы отлить её в собственную форму — сообразно этому объёму, облику и обстоятельствам.

21Те, кто ныне хочет от Ислама, чтобы он отлил формы строя, составил законы жизни.. — тогда как нет на лице земли общества, которое действительно решилось бы судиться одним лишь Шариатом Аллаха, отвергнув всякий другой, и владело бы при этом властью, способной это утвердить и провести в жизнь.. — те, кто хочет от Ислама такого, не постигают природы этой религии и того, как она действует в жизни так, как хочет того Аллах..

22Они хотят от неё, чтобы она переменила свой склад, свой метод и свою историю и стала походить на системы человеческие, методы человеческие; они силятся толкнуть её в состязание с системами человеческими ничтожными — тратя ради них имущества и души свои.. Они хотят, чтобы она отлила себя в форму предположений, обращённых к будущему, которого нет. Аллах же хочет, чтобы эта религия была такою, как Он её создал.. Вероубеждение, наполняющее сердце и полагающее власть свою на совесть. Вероубеждение, требование которого — чтобы люди не преклонялись ни перед кем, кроме Аллаха, и не принимали законов ни от кого, кроме Аллаха. И когда явятся люди, у которых такое вероубеждение, и власть в их обществе станет их властью, — начнутся законодательства, отвечающие нуждам их реальным и устраивающие всю их жизнь...

23К таким людям надо прежде обратиться с призывом принять вероубеждение — хотя бы они сами называли себя мусульманами, хотя бы свидетельства о рождении удостоверяли, что они мусульмане! Надо дать им узнать, что Ислам есть прежде всего исповедание вероубеждения, а не простое наследование традиции: вероубеждения, признающего верховную власть Аллаха во всём их деле и изгоняющего посягающих на власть Аллаха, присвоивших это право себе.. исповедание его в совестях их и обрядах их, исповедание его в укладе их и реальности их..

24И пусть этот вопрос будет основой призыва людей к Исламу — как он был основой их призыва к Исламу в первый раз.. Того призыва, которому весь мекканский Коран посвящал себя тринадцать полных лет.

25Если же есть общество, решившее установить исламский строй в своей общественной жизни, — потому что оно положило между собою и собою строить жизнь на этом основании и не допускать, чтобы над всей его жизнью властвовал кто-нибудь, кроме Аллаха, —

26когда это общество встанет на деле, ему начинают предлагаться основы исламского строя; и само это общество принимается слагать законы, которых требует его реальная жизнь, — в рамках общих основ исламского строя.. Вот правильная последовательность шагов метода исламского — реального, деятельного, серьёзного.

27Основания эти, покоящиеся на мудрости Ведающего, Мудрого, на Его знании природы людей и потребностей жизни.. Скажем: могло бы показаться…

28(1) См. о том, как Аллах запретил вино, в пятой части этих «Сеней», и о том, как Америка оказалась на это бессильна, — в книге «Что потерял мир с упадком мусульман».

29…что стоит лишь показать людям основы исламского строя — да и сами исламские законоположения тоже — в таком виде, который облегчит им путь призыва и расположит их сердца к этой религии!

30Что ж, добро пожаловать тому, кто предлагает, чтобы призыв Посланника Аллаха ﷺ на самом своём начале шёл под знаменем национальным, или общественным, или нравственным — в облегчение пути!

31Нет: души должны сперва очиститься для одного Аллаха и объявить о своём рабстве Ему — приняв один лишь Его закон и отвергнув всякий иной закон в самом принципе, — прежде чем с ними заговорят о каких-либо подробностях этого закона, чтобы склонить их к нему!

32Стремление должно рождаться из желания посвятить своё рабство в чистоте одному Аллаху и освободиться от власти кого-либо другого, а не из того, что предлагаемый строй будто бы сам по себе — лучшее из того, что у души есть, в том-то и том-то, со всеми подробностями.

33Закон Аллаха прекрасен сам по себе, ибо он — из законодательства Аллаха, и закон рабов никогда не сравняется с законом Аллаха. Но это не основа призыва. Основа призыва в том, что принятие одного лишь закона Аллаха и отвержение всякого иного закона — это и есть сам Ислам, и у Ислама нет иного значения. Кто избрал Ислам, тот уже сделал свой выбор в этом вопросе и не нуждается больше в том, чтобы его склоняли к нему красотой строя и его превосходством. И это — одна из первых истин веры!

34После этого необходимо сказать о том, как мекканский Коран решал вопрос вероубеждения на протяжении тринадцати лет.. Он не излагал его в виде «теории»! Не излагал его в виде «богословия» и не излагал в форме схоластического диспута — того самого, которым впоследствии занялись науки, именуемые «наукой о таухиде» или «наукой о каламе»!

35Нет.. Священный Коран обращался к человеческой фитре — и к тому, что заложено в самом её существовании, и к окружающим её в бытии знамениям и внушениям.. Он вырывал фитру из-под руин, расчищал природные приёмники восприятия от того, что наслоилось на них и вывело их из строя, распахивал врата фитры, чтобы она принимала действенные назидания и откликалась на них.. Сура же, что перед нами, — совершенный образец этого неповторимого метода, и немного позже мы поговорим о её особенностях.

36Так — в общей картине. В частностях же Коран был в это погружён.. им он вёл битву с руинами, парализовавшими фитру, — в живых, реальных людских душах.. Оттого форма «теории» не была той формой, что отвечает наличной действительности; той формой было живое противостояние западням, плотинам, барьерам и психологическим и жизненным помехам в живых, здесь присутствующих душах.. И умственная манера, выработанная поздними эпохами, тут ничего не решала.. Ибо Коран встречал целостную человеческую реальность со всеми её живыми обстоятельствами;

37он обращался к человеческому бытию в его целокупности посреди этой реальности.. Точно так же «богословие» не было подходящей формой. Ибо исламское вероубеждение, хоть оно и вероубеждение, являет собой метод реальной жизни, данный для практического претворения, и не ютится в тесном углу, где ютятся теоретические богословские изыскания!

38Коран, возводя вероубеждение в сознаниях мусульманской общины, вовлекал эту общину в исполинскую битву с джахилией вокруг неё — как её вовлекали в исполинскую битву с осадками джахилии в её собственном сознании, нравах и реальности.

39Из этих обстоятельств и поднялось вероучительное здание — не в виде теории, не в виде богословия, не в виде схоластического диспута, но в виде прямого организующего созидания жизни, воплощённого в самой мусульманской общине. И рост мусульманской общины — в её вероучительном представлении, в её реальном поведении сообразно этому представлению, в её выучке противостоять джахилии как сражающаяся с ней организация — сам по себе был полным воплощением роста вероучительного здания и его живым переводом на язык жизни.. Таков метод Ислама, и его же природой он и создан.

40Тем, кто несёт исламский призыв, совершенно необходимо осознать природу этой религии и её метод в движении — именно так, как мы показали. Дабы знали они: этап строительства вероубеждения, растянувшийся на весь мекканский период таким образом, не был отрезан от этапа практического становления исламского движения и реального строительства мусульманской общины. Это не был этап восприятия «теории» и её штудирования! Это был этап фундаментальной кладки — вероубеждения, общины, движения и самого реального существования — всего вместе,

41чтобы этап строительства вероубеждения был не этапом теоретического изучения вероубеждения, а этапом перевода этого вероубеждения в живую форму: воплощённого в душах, которые сформированы этим вероубеждением; воплощённого в коллективном строительстве, чей рост выражает само воплощение вероубеждения; воплощённого в реальном движении, которое выходит против джахилии и ведёт с ней битву — в сознании и в действительности, — дабы вероубеждение жило воплощённым и росло живым.

42Ошибка из ошибок, если мерить Исламом, — позволить теории выкристаллизоваться в чистую теорию для теоретического изучения.. культурного познания.. Больше того — опасность из опасностей!

43Коран провёл целых тринадцать лет на строительстве вероубеждения вовсе не потому, что оно ниспосылалось впервые.. Нет!

44Если бы пожелал Аллах, Он ниспослал бы этот Коран весь разом — и оставил бы его спутников изучать его тринадцать лет, больше или меньше, пока те не усвоят «исламскую теорию»!

45Но Аллах всеблагой желал иного. Он желал особого, единственного в своём роде метода. Он желал, чтобы строительство общины, строительство движения и строительство вероубеждения шли в одно и то же время. Он желал строить общину и движение посредством вероубеждения, а вероубеждение — посредством общины и движения! Он желал, чтобы вероубеждение было реальной действительностью общины, а реальная деятельная жизнь общины — живым воплощением вероубеждения. Потому строительство вероубеждения не могло не занять того срока, которого требует строительство душ и общины, — так что когда вероучительное становление созревало, община оказывалась реальным обликом этой зрелости.

46Такова природа этой религии, извлекаемая из метода мекканского Корана. Мы обязаны знать эту её природу — и не пытаться менять её в угоду торопливым желаниям, разбитым наголову формами человеческих теорий! Именно такой природой умма мусульман была сотворена в первый раз, и ею же творится умма мусульман всякий раз, когда угодно вновь вывести умму мусульман к бытию, — как вывел её Аллах в первый раз.

47Нам надлежит осознать всю тяжесть и всю опасность попытки превратить живое исламское вероубеждение в «теорию» для изучения и культурного познания прежде, чем оно обретёт форму в целостной, живой, движущейся действительности, — лишь потому, что нам хочется противопоставить поверженным человеческим «теориям» исламскую теорию!

48Исламское вероубеждение должно воплощаться в живых душах и в живой организации, живущей среди джахилийской среды вокруг неё, — и взаимодействовать с осадками джахилии в душах её приверженцев, ведь они были из людей джахилии, пока вероубеждение не вошло в их души и не вырвало их из джахилийской среды. В этом своём облике оно занимает в сердцах и умах, да и в самой жизни, пространство куда более ёмкое, широкое и глубокое, нежели то, что занимает «теория»; оно охватывает всё, что охватывают поле теории и её материал, — но им не исчерпывается.

49Исламское представление о божественности, о мироздании, о жизни и о человеке — представление всеохватное и полное. Но вместе с тем это представление реалистичное, общественное. И оно по самой своей природе питает отвращение к голому абстрагированию, ибо это противоречит его природе и его цели. Оно обязано воплощаться в людях, в живой организации, в реальном движении.. Путь его становления — расти сквозь людей, живую организацию и реальное движение, так что оно завершается теоретически в тот самый миг, когда завершается фактически; оно не отслаивается в виде теории, но пребывает воплощённым в реальной картине.

50И всякое теоретическое развитие, опережающее реальное деятельное развитие и не воплощающееся через него, — такая же ошибка и такая же опасность, если мерить природой этой религии, её целью и способом её внутреннего устроения.

51А Аллах всеблагой говорит:

«Кораном разделённым Мы ниспослали его, чтобы ты читал его людям неспешно, и ниспослали Мы его последовательным ниспосланием» (аль-Исра: 106).

52Разделённость — намеренная. И неспешность тоже намеренна.. Дабы совершилось становительное строительство, составленное из вероубеждения в образе «живой организации», а не в образе «познавательной теории»!

53Приверженцы этой религии должны знать доподлинно: раз эта религия — религия от Господа, то и метод её действия — метод от Господа, согласующийся с её природой. И невозможно оторвать суть этой религии от её метода действия.

54И пусть знают также: эта религия, пришедшая переменить вероучительное представление и переменить живую реальность, равным образом пришла переменить интеллектуальный и деятельный метод, которым строится вероучительное представление и переменяется живая реальность.. Она пришла строить вероубеждение и строить умму.. и затем учредить присущий ей метод мышления — в той же мере, в какой она учреждает вероубеждение, умму и живую реальность. Никакого разрыва между её особым методом мышления, её вероучительным представлением и её живым строительством нет — всё это единый узел. Когда же мы познаём её метод действия так, как показали, — давайте знать: этот метод исконен; это не метод какого-то этапа, какой-то среды, каких-то особенных обстоятельств рождения первой мусульманской общины. Он — тот самый метод, вне которого здание этой религии не воздвигается.

55Дело Ислама не сводилось к тому, чтобы переменить вероубеждение людей и их реальность, — и только. Его делом было и переменить самый способ их мышления, их обращения с представлением и с реальностью. Ибо это метод от Господа, всей своей природой противоположный ограниченным, жалким методам людей.

56А мы не можем прийти к господнему представлению и господней жизни иначе как через столь же господний метод мышления — метод, которым Аллах пожелал заменить людской способ мышления, чтобы здравыми стали их представление и их жизненное становление.

57Когда же мы требуем от Ислама, чтобы он сделал себя теорией для изучения, выходя за рамки природы господнего метода становления и природы господнего метода мышления, и подчиняем Ислам человеческим приёмам мышления, — мы словно ставим господний метод ниже человеческих методов, словно хотим поднять метод Аллаха в представлении и движении до уровня методов рабов!

58Отсюда положение становится опасным, а поражение — смертельным!

59Задача господнего метода — дать нам, приверженцам исламского призыва, особый способ мышления, которым мы отречёмся от осадков джахилийских способов мышления, господствующих на земле, — тех, что давят на наши умы и оседают в нашей культуре.. Стоит нам взяться за эту религию со способом мышления, чуждым её природе, — из числа преобладающих джахилийских способов мышления, — и мы упраздним её миссию, ради которой она пришла к человечеству, и лишим себя шанса спастись от гнёта джахилийского метода, царящего в нашу эпоху, и шанса спастись от его осадков в наших умах и нашем становлении.

60И здесь положение снова опасно, и поражение снова смертельно..

61Метод практического формирования и движения в строительстве Ислама ничуть не уступает по ценности и необходимости методу вероучительного представления и живого строя; и он так же не отделён от него.. И сколь бы рискованным ни казалось нам изложить это представление и этот строй в выразительной форме, мы обязаны не выпускать из виду: так «Ислам» на земле в облике реального движения не создаётся; мы обязаны не выпускать из виду, что от нашего изложения Ислама в этой форме выгоду получат лишь те, кто действительно занят реальным исламским движением. И предел пользы, которую эти люди извлекут из нашего изложения Ислама им в этой форме, — взаимодействовать с ним в той мере, которой они реально достигли в ходе самого движения!

62И ещё раз повторяю: вероучительное представление должно находить своё осуществление, воплощаясь в движущемся объединении, и это движущееся объединение должно в то же время быть воплощением…

63…— только тогда это было бы верным и стало бы подлинным переводом вероучительного представления в саму жизнь.

64И ещё раз повторяю: таков естественный метод ислама господня, и это — метод более высокий, более прочный, более действенный и ближе к прирождённой природе человека, чем метод выстраивания законченных, самостоятельных теорий и предложения их людям — то есть холодной умственной конструкции — прежде чем эти люди окажутся заняты живым, реальным движением; прежде чем сами они станут переводом этого теоретического замысла, растущим шаг за шагом.

65Если это справедливо в самом основании теории, то тем справедливее оно — по природе вещей — в том, что касается выдвижения основ системы, в которой воплощается исламское представление, или выдвижения подробных законоположений этой системы.

66Джахилия, окружающая нас, — она давит на нервы некоторых искренних из приверженцев исламского призыва, побуждая их торопить шаги исламского строительства, — она же, бывало, нарочно ставит их в затруднительное положение и спрашивает: где детали вашей системы? Где ваш устав и ваши законы? Она жаждает поторопить их, столкнув с их пути, заставить перескочить через этап строительства акыды, повернуть их господень метод с его естественного русла к немедленной выдаче готовой теории в ходе самого призыва — вместо того чтобы система определялась самой практикой, а законоположения прорастали посреди столкновения с реальной жизнью и её реальными проблемами.

67Долг приверженцев исламского призыва — не поддаваться этой уловке! Долг их — отвергнуть навязывание чуждого метода их движению и их религии, никому не покоряться в этом; долг их — разоблачить манёвр смущения и возвыситься над ним; и двигаться со своей религией по методу самой этой религии в самом движении. Ибо в этом — из тайн силы её, и это же — источник силы их самих.

68Метод в исламе равен самой истине, и нет меж ними разрыва.. Никакой чужой метод не способен в конечном счёте осуществить ислам. Западные чужеродные методы могут осуществить свои человеческие системы, но не способны осуществить нашу господню систему. Верность методу так же необходима, как верность акыде и верность системе, — во всяком исламском движении, а не только в первом исламском движении, как полагают некоторые!

69Вот мои последние слова.. И я надеюсь, что в этом разъяснении природы мекканского Корана и природы господня метода, в нём воплощённого, я достиг цели. Пусть узнают они, что то, что у Аллаха, — лучше, и что Он — Всевышний.. «Поистине, этот Коран ведёт к тому, что всего правее» (аль-Исра: 9).. Истинны слова великого Аллаха.

70После этого — переходим навстречу суре.

71Эта сура — первая из мекканских сур, к которым мы приступаем здесь на пути этих теней, — совершенный образец Корана, воплощающий природу этого Корана, его особенности и его метод: в его главной теме, в подходе к ней и в манере изложения — всё сразу, — и при этом хранящий собственное лицо — согласно бросающейся в глаза особенности всех сур Корана, которую не упустит зоркое наблюдение ни в одной суре.. У каждой суры своё лицо, свои черты, свой стержень, своя манера изложения её главной темы; свои сопровождающие изложение впечатляющие воздействия; свои картины, тени и атмосфера, их осеняющая; свои особые обороты, которые повторяются в ней и походят на неотступных её спутников.. — даже когда она касается одной темы или тем близких. Не сама тема рисует личность суры — а именно эти её черты и особенности!

72При этом сура трактует свою главную тему неподражаемым образом.. В каждом её проблеске, в каждом положении, в каждой сцене — великолепие: то дивное изумление, которое изливает душа, которое захватывает чувство и ошеломляет саму душу, пока та, заворожённая, гонится за его сценами, его ритмом, его внушениями!

73Да! Это правда! Правда, которую я нахожу в себе самом и в своём чувстве, следуя за течением суры, за её сценами и её ритмами.. И я не думаю, чтобы нашёлся человек с живым сердцем, который не нашёл бы в ней хотя бы оттенка того, что нахожу я.. Великолепие её действительно достигает предела ослепления — так что сердце не может следовать за ним иначе, как заворожённое, восхищённое!

74Взятая в целом, она являет истину Божественности.. Явит её в пределах мироздания и жизни, как являет в пределах души и совести; являет её в непреступных глубинах этого зримого мира, как и в глубинах того сокровенного, заповеданного; являет её в сценах возникновения мироздания, зарождения жизни и появления человека, как и в гибели народов минувших и смене их новыми; являет её в сценах, где фитра — прирождённая природа человека — предстоит мирозданию, предстоит событиям, предстоит свершившемуся и ожидаемому.. И наконец являет её в сценах Воскресения, в положениях творений, стоящих пред Господом своим, Творцом их.

75Тема, которую она ведёт от начала до конца, — тема акыды, со всеми её опорами и всеми её составными частями. Она берёт тайники человеческой души и обходит с нею всё сущее, к родникам акыды и её внушениям — скрытым и явным — в этом огромном бытии.. Она обходит с человеческой душой владения небес и земли: замечает в них мрак и свет, провожает взглядом солнце, луну и звёзды, сады на шпалерах и без шпалер, воды, изливаемые на них и текущие в них; останавливается с нею над погибшими общинами древности, над следами их — исчезнувшими и уцелевшими. Затем несётся с нею во мраках суши и моря, в тайнах сокровенного и души: живое выходит из мёртвого, и мёртвое выходит из живого; зерно, сокрытое во мраках земли; как возведено небо и как воздвигнуты горы. Потом обходит с нею людей и зверей, первых и последних, мёртвых и живых — и то попечение, что сторожит душу ночью и днём.

76Это космическое воинство, теснящее пределы души и пределы чувства.. А затем — живительные касания художника, после которых сцены и смыслы вспыхивают живыми в чувстве и воображении.. И всё привычное, повторное из образов и переживаний становится новым, трепещущим — словно душа принимает его впервые, словно до сих пор ни одно человеческое сознание не открывало его!

77Она в своём неудержимом потоке этих сцен, положений, внушений, ритмов, образов и теней подобна речному руслу с волнами, бегущими след в след: едва волна доходит до затишья, как следующая уже настигает её и сплетается с нею — в неразрывном, струящемся русле!

78И в каждой волне из этих несущихся, нагоняющих друг друга, переплетённых волн она достигает того ослепляющего великолепия, которое мы описали, — при согласованности метода изложения во всевозможных сценах, как покажем далее, — и овладевает всеми рубежами души: этим ослепляющим великолепием, бьющей ключом жизненной силой, изобразительным, выразительным и музыкальным ритмом, сомкнутым натиском — беря душу со всех дорог и из всех окон!

79Мы заранее убеждены, что не впадаем в преувеличение, когда передаём ритмы этой суры какому бы то ни было сердцу, — разве что предоставляем самой суре устремиться собственным течением, собственным ритмом к этому сердцу.. Ничего не добавляем мы человеческим описанием, человеческим слогом.. Но это дерзновенная попытка перекинуть мост между теми, кто отрезан от этого Корана потому, что далеки от жизни в атмосфере Корана, — и этим самым Кораном!

80Жизнь в атмосфере Корана не означает штудирования Корана, чтения его и ознакомления с его науками.. Это — не та атмосфера Корана, которую мы имеем в виду.. Под жизнью в атмосфере Корана мы разумеем то, чтобы человек жил в атмосфере, в условиях, в движении, в испытании, в противоборстве и среди забот — таких, в каких ниспосылался этот Коран.. Чтобы человек жил лицом к лицу с той джахилией, что сегодня застилает лик земли, — с её сердцем, её заботами, её движением, — и чтобы ислам снова «возрос» в нём самом и в душах людей, в его жизни и в жизни людей — вновь перед этой джахилией, со всеми её представлениями, всеми её интересами, всеми её практическими устоями; со всем её давлением на него, её войною против него, её противлением его господней акыде и его господню методу; со всеми её отпорами этому методу и этой акыде — после борьбы, усердия и стойкости..

81Вот она, кораническая атмосфера, в которой человек может жить — и вкусить этот Коран.. Ибо в такой атмосфере он ниспосылался, в такой круговерти он действовал.. А те, кто не живёт в подобной атмосфере, чужды Корану, как бы глубоко ни погружались в его изучение, чтение и ознакомление с его науками.

82Усилие же наше — возвести мост между искренними из них и Кораном — не даст плодов, пока они не перейдут этот мост, не достигнут другого берега и не примутся по-настоящему жить в атмосфере Корана — делом и движением. Только тогда они вкусят этот Коран и насладятся этим благодеянием, которым Аллах одаривает, кого пожелает.

83Эта сура разбирает коренной вопрос акыды.. вопрос о Божественности и рабстве.. Разбирает его, представляя рабам Господа рабов. Кто Он? Каков источник этого бытия? Какие тайны за ним? Кто эти рабы? Кто привёл их в это бытие? Кто сотворил их? Кто питает их? Кто печётся о них? Кто вершит их дела? Кто вращает их сердца и взоры? Кто чередует ночь их и день? Кто начинает их, чтобы потом вернуть их? Для чего создал их? На какой срок назначил им предел? К какой участи препоручит их?.. Вот жизнь, распускающаяся тут и там.. Кто рассеял её по этой пустоши?.. Вот вода, что изливается, дождь, что даруется, свод, что вращается.. Что же стоит за всем этим? Какие тайны и какие вести сокрыты за ним?.. Кто оставит после неё замену? Кто её изведёт? Когда ей смениться? И почему настигают её гибель и смерть — ради какого исхода, какого расчёта, какого воздаяния???

84Так обходит сура человеческое сердце по этим рубежам и горизонтам, по этим пещерам и глубинам.. Но во всём этом она держалась метода мекканского Корана — о котором шла речь на предыдущих страницах — и метода Корана вообще.. Она не стремится начертать теорию об акыде и не заводит богословской полемики, занимающей умы и мысли.. Нет — она стремится представить людям их истинного Господа, чтобы от этого представления прийти к порабощению людей их истинному Господу: порабощению сердец их и душ; их старания и их движения; их обычаев и их обрядов; всей их действительности — Единодержцу этому.. Власти Аллаха, кроме которой нет власти ни на земле, ни на небе.

85Почти всё течение суры склоняется к этой определённой цели — от первой её строки до последней.. Аллах — Творец. Аллах — Наделяющий уделом. Аллах — Владеющий. Аллах — Обладатель могущества, принуждения и владычества. Аллах — Ведающий сокровенное и тайны.. Ему одному — служение в жизни рабов; пусть не будет для иного ни посланничества, ни повеления, ни закона, ни суда, ни дозволения, ни запрета. Ибо всё это — свойства Божественности, и недозволено, чтобы кто-либо помимо Аллаха распоряжался ими в жизни людей: он не творит и не наделяет уделом, не оживляет и не умерщвляет, не вредит и не приносит пользы, не дарует и не удерживает — и не владеет ни собою, ни другим ничем — ни в здешнем мире, ни в мире последующем..

86И течение суры подводит к этому вопросу его доказательства — в тех сценах, положениях и ритмах, что достигают предела ослепляющего великолепия; оно встречает сердце сомкнутыми толпами внушающих воздействий — со всех дорог и из всех дверей! Великая же тема, которую разбирает сура, — тема Божественности и рабства — на небесах и на земле.

87владычества Аллаха на земле — во всём её широком пространстве и всеобъемлющем величии.. Но актуальный повод, присутствовавший в жизни мусульманской общины того времени, этот практический, конкретный повод, касался лишь части общей сферы права разрешать и запрещать применительно к жертвенным животным и пище, равно как и права законодательства в отношении обетов — из жертвенных животных, мщения и детей.. Именно об этом поводе и говорят эти аяты.

88Конец суры:

«Ешьте же то, над чем произнесено имя Аллаха, если вы веруете в Его знамения». (аль-Ан'ам: 118)

«Почему вам не есть то, над чем произнесено имя Аллаха? Он уже разъяснил вам, что Он запретил, за исключением того, к чему вы были вынуждены. Воистину, многие вводят в заблуждение своими желаниями, без всякого знания. Воистину, твоему Господу лучше известны те, кто преступает границы дозволенного». (аль-Ан'ам: 119)

«Оставьте как явный, так и скрытый грех. Воистину, тем, которые совершают грехи, воздается за то, что они приобрели». (аль-Ан'ам: 120)

«Не ешьте того, над чем не было произнесено имя Аллаха, ибо это нечестие. Воистину, дьяволы внушают своим помощникам спорить с вами. Если вы станете повиноваться им, то окажетесь многобожниками». (аль-Ан'ам: 121)

«Они выделяли Аллаху долю из посевов и скота и говорили: „Эта доля — Аллаху“, — согласно их утверждению, — „а эта — нашим сотоварищам“. Если что-то доставалось их сотоварищам, то это не доходило до Аллаха, а если что-то доставалось Аллаху, то это доходило до их сотоварищей. Скверны же их решения!» (аль-Ан'ам: 136)

«Таким же образом их сотоварищи приукрасили для многих многобожников убийство их детей, чтобы погубить их и внести смятение в их религию. Если бы Аллах пожелал, то они не стали бы делать этого. Оставь же их и то, что они измышляют!» (аль-Ан'ам: 137)

«Они говорили: „Эти животные и эти посевы запретны. Их могут есть только те, кому мы позволим“, — так они утверждали. А ещё у них были животные, на спины которых нельзя было садиться, и животные, при закалывании которых они не упоминали имя Аллаха. Всё это было измышлением против Него. Он воздаст им за то, что они измышляли». (аль-Ан'ам: 138)

«Они говорили: „То, что находится в утробах этих животных, предназначено только нашим мужчинам и запрещено нашим жёнам. Если же оно родится мёртвым, то оба могут есть его“. Он воздаст им за их выдумки. Воистину, Он — Мудрый, Знающий». (аль-Ан'ам: 139)

«Воистину, потерпели убыток те, которые по глупости своей, без всякого знания убивали своих детей и запрещали то, чем Аллах наделил их, возводя напраслину на Аллаха. Они сбились с пути и не последовали прямым путём». (аль-Ан'ам: 140)

89Вот этот актуальный повод в жизни мусульманской общины и окружающей её джахилии — тот, в котором воплощается тот великий вопрос: вопрос законодательства.. а за ним величайший вопрос: вопрос божественности и рабства, который разбирает вся сура. Разбирает его и весь мекканский Коран, как разбирает и мединский всякий раз, когда речь заходит о системе и упоминается законодательство.

90Поток подтверждений и воздействий, которым контекст суры обрушивается на джахилию и её приверженцев в вопросе об этом скоте, жертвенных животных и обетах, — поток, в котором воплощается вопрос права законодательства, увязанный с вопросом вероучения в целом, с вопросом божественности и рабства, превращённый в проблему веры или неверия, ислама или джахилии.. Такой поток — образцы которого мы попытаемся обозреть в этом кратком знакомстве с сурой и который во всём своём подлинном виде и детальном столкновении с текстами раскроется далее — внедряет в душу ту исконную истину о природе этой религии: каждая малость человеческой жизни обязана подчиниться абсолютным образом непосредственному владычеству Аллаха, воплощённому в Его шариате. Иначе это — выход из этой религии целиком из-за выступления против всеобъемлющего владычества Аллаха в той самой малости.

91Этот поток говорит и о том, сколь великое значение придаёт эта религия очищению всего лика жизни от теней владычества людей в любом из дел человеческих — великом или ничтожном, большом или малом — и связыванию любого из этих дел с тем великим первоначалом, в котором воплощается эта религия.. с абсолютным владычеством Аллаха, в котором на земле воплощается Его божественность, подобно тому как во всей вселенной воплощается Его божественность через управление делом этой вселенной целиком без сотоварища.

92За этими языческими обрядами, касающимися скота, жертвенных животных и обетов — из них самих и из детей, — контекст суры следует множеством разнообразных довершений: одни прямо изображают степень нелепости и противоречивости этих обрядов; другие связывают отправление людьми права запрещать и разрешать с величайшим вопросом вероучения и разъясняют, что следование повелению Аллаха в этом — Его прямой путь, с которого сходит из этой религии тот, кто ему не следует.. Вот как это идёт после упоминания тех обрядов в предыдущих аятах:

«Он — Тот, Кто взрастил сады, в которых есть шпалеры и нет шпалер, финиковые пальмы и посевы с различными плодами, оливки и гранаты, сходные и не схожие между собой. Ешьте из плодов, когда они созревают, и отдавайте должное в день сбора урожая, но не расточайте, ведь Он не любит расточительных». (аль-Ан'ам: 141)

«Среди скота есть те, которые служат для верховой езды и перевозки грузов. Ешьте то, чем вас наделил Аллах, и не следуйте по стопам сатаны, ибо он является вам явным врагом». (аль-Ан'ам: 142)

«Восемь пар: две пары овец и две пары коз. Скажи: „Он запретил самцов или самок, или то, что находится в утробах у самок? Приведите мне знание, если вы говорите правду“». (аль-Ан'ам: 143)

«А также две пары верблюдов и две пары коров. Скажи: „Он запретил самцов или самок, или то, что находится в утробах у самок? Или же вы были свидетелями, когда Аллах предписал вам это? Кто же несправедливее того, кто возводит на Аллаха ложь, чтобы ввести людей в заблуждение без всякого знания? Воистину, Аллах не ведёт прямым путём несправедливых людей“». (аль-Ан'ам: 144)

«Скажи: „В том, что ниспослано мне, я не нахожу запрещённого для едока, который хотел бы есть, кроме того, что является падалью, пролитой кровью или свининой, ибо всё это скверна, или скотины, забитой без упоминания имени Аллаха. Если же кто-либо вынужден съесть что-то из этого, не будучи несправедливым и преступающим границы дозволенного, то ведь ваш Господь — Прощающий, Милосердный“». (аль-Ан'ам: 145)

«Иудеям Мы запретили всех животных с когтями, а также жир коров и овец, кроме того, что есть на их спинах и внутренностях и смешано с костями. Так Мы воздали им за их несправедливость. Воистину, Мы говорим истину». (аль-Ан'ам: 146)

«Если они считают тебя лжецом, то скажи: „Ваш Господь обладает необъятной милостью, но Его кара не будет отвращена от преступных людей“». (аль-Ан'ам: 147)

«Многобожники скажут: „Если бы Аллах захотел, то мы не стали бы приобщать сотоварищей ни нам, ни нашим отцам, и не запретили бы себе ничего“. Так считали лжецами и те, кто жил до них, пока не коснулась их Наша кара. Скажи: „Есть ли у вас хоть какое-то знание, которое вы можете представить нам? Вы следуете только предположениям и изрекаете только ложь“». (аль-Ан'ам: 148)

«Скажи: „Аллаху принадлежит убедительное доказательство. Если бы Он захотел, то наставил бы вас всех на прямой путь“». (аль-Ан'ам: 149)

«Скажи: „Представьте своих свидетелей, которые засвидетельствовали, что Аллах запретил это“. Если же они станут свидетельствовать, то не свидетельствуй вместе с ними. Не следуй за желаниями тех, которые считают ложью Наши знамения, не веруют в Последнюю жизнь и считают равными своему Господу других». (аль-Ан'ам: 150)

«Скажи: „Придите, и я прочту то, что ваш Господь запретил вам: не приобщайте к Нему никаких сотоварищей; делайте добро родителям; не убивайте своих детей из страха перед бедностью — Мы обеспечиваем вас и их; не подходите близко к мерзости, как к явной, так и сокровенной; не убивайте душу, которую запретил убивать Аллах, если только у вас нет на это права. Всё это заповедал вам Аллах, — быть может, вы уразумеете“». (аль-Ан'ам: 151)

«Не приближайся к имуществу сироты иначе как во благо ему, пока он не достигнет совершеннолетия. Наполняйте меру и весы справедливо. Мы не возлагаем на человека сверх его возможностей. Когда вы говорите, будьте справедливы, даже если это касается родственника. Будьте верны завету Аллаха. Всё это заповедано вам Аллахом, — быть может, вы помяните назидание». (аль-Ан'ам: 152)

«Воистину, это — Мой прямой путь. Следуйте по нему и не следуйте другими путями, потому что они уведут вас от Его пути. Всё это заповедано вам Аллахом, — быть может, вы будете богобоязненны». (аль-Ан'ам: 153)

93Так же мы видим, что этот частный вопрос, касающийся запрета и дозволения в скоте и обетах — о скоте и о детях, — как это было заведено в джахилии, контекст увязывает с теми великими вопросами: с прямым путём и заблуждением; со следованием методу Аллаха или следованием шагами шайтана; с милостью Аллаха или Его карой; со свидетельством единственности Аллаха или с уравниванием с Ним других; со следованием Его пути прямо или с отпадением от него. И использует те же самые выражения, какие использовал, приступая к величайшему вопросу во всём его всеобъемлющем охвате.

94Здесь же мы видим, какими сценами воздействия и внушения он подкрепляет это в одном лишь этом месте: сцена творения и оживления — сады со шпалерами и без шпалер; сцена финиковой пальмы и посева с разными плодами, оливок и гранатов, сходных и несходных; сцена свидетельства и различения; сцена кары и сокрушения для многобожников.

95Это те самые сцены, которые контекст собрал прежде по всей суре, когда она бралась за вопрос вероучения целиком, ещё до обращения к этому частному поводу, в котором он воплощается. И всё это имеет своё красноречивое, не допускающее ошибки указание на природу этой религии и её взгляд на вопрос владычества и законодательства в большом и малом.

96Быть может, этим мы забегаем вперёд хода суры, поясняя её тематический метод: она берёт вопрос вероучения целиком, сталкивая его с частным поводом, касающимся законодательства и владычества. Об этом поводе мы не станем говорить, что он исчерпал всё то собравшееся, текущее через контекст всей суры множество подтверждений и воздействий, всё это дивное, ослепительное раскрытие истины божественности в её широком, всеобъемлющем русле. Мы скажем иное: это практический повод, поставивший великий вопрос лицом к лицу с определённой реальностью событий здешнего мира.. как мы говорили раньше.

97Итак, теперь перейдём к краткому представлению суры, её особенностей и характерных черт, как это заведено у нас в этих «тенях», прежде чем войти в подробный обзор текста:

98В преданиях от Ибн Аббаса, от Асмы бинт Язид, от Джабира, от Анаса ибн Малика и от Абдуллы ибн Масуда (да будет доволен ими всеми Аллах) сказано, что эта сура — мекканская и что ниспослана она была вся сразу, единым разом.

99Ни в этих преданиях, ни в самом содержании суры нет ничего, что помогло бы определить дату её ниспослания из мекканского периода. Согласно предпочтительному порядку сур Корана, она идёт после суры «аль-Хиджр» и оказывается пятьдесят пятой сурой. Но мы — как уже разъясняли при знакомстве с сурой «аль-Бакара» — не можем по этим признакам твёрдо судить о какой-либо точной дате ниспослания сур: на порядок сур опираются при таком датировании обычно лишь постольку, поскольку само упорядочение основывается на начальных аятах сур. Что же до суры «аль-Ан'ам», она ниспослана вся целиком, единым разом, и определить дату её ниспослания мы не в состоянии. Однако мы склоняемся к тому, что она явилась после первых лет посланничества.. быть может, на пятый или шестой год. Опираемся же в этом предпочтении не более чем на порядковый номер, а затем на широту тематики, которую она охватывает, и на развёрнутость изложения: ведь призыв и полемика с многобожниками, их долгое отчуждение и обвинение Посланника Аллаха ﷺ во лжи уже требовали такого развёрнутого изложения вероучительных вопросов — точно так же, как требовали они и утешения Посланника Аллаха ﷺ после долгого упорства, отвращения и отрицания.

100Есть предание от Ибн Аббаса и Катады: сура целиком мекканская, кроме двух аятов, ниспосланных в Медине. Это слова Всевышнего: «Они не оценили Аллаха должным образом, когда сказали: „Аллах ничего не ниспослал человеку“. Скажи: „Кто ниспослал Писание, которое принёс Муса в качестве света и верного наставления для людей?“ Вы превращаете его в листы, которые показываете, хотя многое скрываете, тогда как вам и вашим отцам стало ведомо то, чего вы не знали. Скажи: „Аллах“, — а затем оставь их забавляться своей болтовней».. Это аят 91; он ниспослан о двух иудеях — Малике ибн ас-Сайфе и Каабе ибн аль-Ашрафе. А также слова Всевышнего: «Он — Тот, Кто взрастил сады со шпалерами и без шпалер, финиковые пальмы и посевы с разными плодами, оливки и гранаты, сходные и несходные. Ешьте из плодов их, когда они созреют, и отдавайте должное в день сбора урожая, но не расточайте, ведь Он не любит расточительных»..

101..Это аят 141; он ниспослан о Сабите ибн Кайсе Шаммасе аль-Ансари.. Ибн Джурайдж и аль-Маварди сказали: он ниспослан о Муазе ибн Джабале.

102Первое из этих двух сообщений допустимо, поскольку в аяте упоминается Писание, которое принёс Муса в качестве света и наставления для людей, и содержится обращение против иудеев в словах Всевышнего: „вы превращаете его в листы, которые показываете“.. Хотя есть и другие сообщения — от Муджахида и Ибн Аббаса — о том, что те, кто сказал: „Аллах ничего не ниспослал человеку“, — это многобожники Мекки и что аят мекканский. Есть и такое чтение: «Скажи: „Кто ниспослал Писание, которое принёс Муса в качестве света и верного наставления для людей, которое они превращают в листы, показывая их и скрывая многое“». Ибн Джарир привёл это сообщение и одобрил это чтение.. и на этом основании аят оказывается мекканским.

103Что же до второго аята, то контекст не допускает, чтобы он был мединским: без него контекст разрывается — предшествующая его часть не смыкается с последующей ни по смыслу, ни по слову. Повествование идёт непрерывно о том, как Аллах взрастил сады со шпалерами, и о том, как Он сделал из скота вьючных животных и подстилку в следующем аяте: «А среди скота есть те, которые служат для перевозки тяжестей и для употребления. Ешьте то, чем вас наделил Аллах, и не следуйте по стопам сатаны, ибо он — явный вам враг». Затем..

104…продолжения разговора об «аль-Ан'аме», который начался ещё до аята о заклятии.. — сведя всё это воедино к единой теме, о которой мы говорили в предыдущем разделе, посвящённом вопросу дозволенного и запретного и заклятий.

105И в нём есть то, что указывает на его мединский характер: слова «в день жатвы его».. и понимание этого как zakat — закята. А закят с его установленными размерами для посевов и плодов определился только в Медине.. Но и это не является решающим в отношении аята, поскольку до нас дошли толкования, что он означает милостыню, или что он означает угощение из урожая тех, кто проходит мимо в день жатвы или сбора плодов, или родственникам.. а закят был определён позднее — десятиной и полу-десятиной.. И в этом случае аят оказывается мекканским.

106Сказал ат-Табари: сура «аль-Ан'ам» — мекканская, кроме шести аятов, нисшедших в Медине: «Они не оценили Аллаха по истинной Его ценности..» — до конца трёх аятов, и «Скажи: „Придите, я прочту то, что запретил вам ваш Господь“..» — до конца трёх аятов.

107Мекканский характер первой из этих групп аятов мы уже разъяснили; на второй и третий аяты из этой группы распространяется то же, что и на первый из них.

108Что же касается остальных, то мне не известна ни одна передача от сподвижника или табиина о том, что они мединские, и в их содержании нет ничего, что побуждало бы считать их мединскими. Они говорят о джахилийских воззрениях и теснейшим образом связаны с темой дозволенного и запретного в закалываемом скоте и заклятиях, о которой речь шла прежде.. Поэтому я склоняюсь к тому, что и они мекканские.

109А в амирском мусхафе указано, что аяты (22, 23; 91, 92; 151, 152, 153) — мединские. Об аятах (91, 92) и (151–153) мы уже говорили, а в аятах (22, 23) нет ничего, что давало бы основание полагать их мединскими, кроме упоминания в них людей Писания. Но это не довод: подобное встречается и в мекканских аятах.

110По всем этим причинам мы склоняемся к тому, чтобы принять категорические передачи, которые прямо указывают, что сура ниспослана целиком в Мекке за одну ночь. Они передаются от Ибн Аббаса и от Асмы бинт Язид, причём передача от Асмы уточняет обстоятельства сопутствующего события так:

111«Сура „аль-Ан'ам“»

112Суфьян ас-Саури передал от Лейса, от Шахра ибн Хаушаба, от Асмы бинт Язид, которая сказала: «Сура „аль-Ан'ам“ была ниспослана Пророку ﷺ целиком, а я держала поводья верблюдицы Пророка ﷺ — от тяжести её чуть не ломались кости верблюдицы».

113Что же касается передачи от Ибн Аббаса, её привёл ат-Табарани:

114Рассказал нам Али ибн Абд аль-Азиз: рассказал нам Хаджжадж ибн Минах: рассказал нам Хаммад ибн Салама, от Али ибн Зейда, от Юсуфа ибн Михрана, от Ибн Аббаса, который сказал: «„аль-Ан'ам“ была ниспослана в Мекке за одну ночь, целиком, и семьдесят тысяч ангелов сопровождали её, окружая её прославлением».

115И эти две передачи достовернее тех высказываний, в которых говорится, что некоторые аяты — мединские. И это помимо тематического анализа, который мы уже провели выше.

116И поистине, связность суры, её напор и её стремительное течение внушают сердцу, что эта сура — река, которая течёт, или поток, который устремляется, без преград и разделителей; и само её построение полностью подтверждает эти передачи — или, по меньшей мере, сильно подкрепляет их.

117Что же касается основной темы суры и её общего характера, то мы уже вкратце указали на них в начале разговора о ней. Но здесь необходима некоторая детализация этого определения.

118Абу Бакр ибн Мардавайхи передал по своему иснаду от Анаса ибн Малика, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Сура „аль-Ан'ам“ была ниспослана, и с ней — сонмище ангелов, заполнившее всё пространство между востоком и западом; они гремели прославлением, и земля колебалась под ними». И Посланник Аллаха ﷺ говорил: «Субхана Ллахи-ль-Азым. Субхана Ллахи-ль-Азым..»

119Это сонмище, это грохотание — их отблеск ясно виден в суре!.. Она сама и есть сонмище. Сонмище, от которого содрогается душа и содрогается мироздание!.. Это скопление позиций, картин, откровений и ритмов!.. И она, как мы уже говорили, своим стремительным течением, этими картинами, позициями, откровениями и ритмами напоминает русло реки, несущейся с волнами, идущими одна за другой. Едва волна достигает своего покоя, как уже видна следующая волна, настигающая её и переплетающаяся с ней в едином, непрерывном, текущем русле!

120И главная тема, которую она раскрывает, — единая; поэтому сура не делится на отрывки, каждый из которых освещал бы свою сторону темы.. Это волны.. и каждая волна согласуется с предыдущей и завершает её.

121А потому мы не будем пытаться изложить все темы, которые содержит сура, в этом введении; мы лишь постараемся показать образцы этих следующих одна за другой волн:

122Сура начинается с противостояния многобожникам, которые придают Аллаху сотоварищей, тогда как доказательства единобожия окружают их, встают перед ними, охватывают их и предстают перед ними в горизонтах и в них самих.. Она начинается с противостояния им с истиной божественности, явленной в широких касаниях, объемлющих всё бытие и всё их собственное существование.. Она начинается тремя касаниями, которые очерчивают великие сферы бытия на предельной глубине и широте:

123«Хвала Аллаху, Который сотворил небеса и землю и установил мраки и свет. А затем те, которые не уверовали, признают равными своему Господу других.

124Он — Тот, Кто сотворил вас из глины, а затем определил срок. У Него назначенный срок. А затем вы сомневаетесь.

125Он — Аллах на небесах и на земле. Он знает то, что вы скрываете, и то, что вы обнародуете, и знает то, что вы приобретаете» (аль-Ан'ам: 1–3).

126Три аята: первый объемлет всё мироздание, второй объемляет всё человеческое бытие.. а затем божественность объемлет оба этих бытия в третьем аяте!

127Какое поразительное совершенство! Какая красота! Какая всеохватность! Какое окружение!

128И перед этим мирозданием, свидетельствующим о единстве Творца, и перед этим человеческим бытием, свидетельствующим о Его промысле, и перед этой божественностью, властвующей на небесах и на земле, ведающей сокровенное и явное и то, что приобретается.. многобожие многобожников и сомнение сомневающихся предстаёт чудовищным уродством, которому нет места в миропорядке, нет места в фитре души и нет опоры ни в сердце, ни в разуме!

129И в этот миг начинается следующая волна, показывающая положение тех, кто считает ложью знамения Аллаха, явленные в мироздании и в жизни; и наряду с показом этого странного, отвергаемого положения — угроза, обращённая к первым, и явление сокрушающей власти, на которую указывают эти гибели и эти потрясения. Здесь раскрывается упрямство отвергающих перед лицом этой ясной истины и разъясняется, что отвергающим недостаёт не доводов, а искренности намерения и открытости сердца для довода:

«Если бы даже Мы ниспослали им ангелов, и мёртвые заговорили бы с ними, и Мы собрали бы пред ними всё сущее, они ни за что не уверовали бы, если только этого не пожелает Аллах. Но большинство их не ведает об этом. Так Мы всякому пророку устраивали врагов — дьяволов из числа людей и джиннов, внушающих друг другу красивые слова для обольщения. Если бы твой Господь пожелал, они не делали бы этого. Оставь же их вместе с их измышлениями. И пусть склоняются к этому сердца тех, которые не веруют в Последнюю жизнь, и пусть удовлетворяются этим и пусть приобретают то, что они приобретают. Неужели я пожелаю иного судью помимо Аллаа, в то время как Он ниспослал вам Писание, разъяснённое?» Те, кому Мы даровали Писание, знают, что оно ниспослано от твоего Господа с истиной. Посему не будь в числе сомневающихся. Слово твоего Господа исполнилось правдиво и справедливо! Никто не изменит Его слов, и Он — Слышащий, Знающий. Если ты станешь повиноваться большинству тех, кто на земле, они собьют тебя с пути Аллаха. Они лишь следуют предположениям и только измышляют. «Воистину, твой Господь лучше знает тех, кто сбивается с Его пути, и лучше знает тех, кто следует прямым путём. Ешьте из того, что названо именем Аллаха, если вы веруете в Его знамения. Почему же вы не едите из того, над чем произнесено имя Аллаха, в то время как Он уже разъяснил вам, что вам запрещено, если только вы не вынуждены поступить так? Многие вводят в заблуждение своими собственными желаниями безо всякого знания. Воистину, твой Господь лучше знает беззаконников. Оставьте грех и явное зло и скрытый грех. Тем, кто совершает грех, воздастся за то, что они творили. Не ешьте из того, над чем не было произнесено имя Аллаха, ибо это есть нечестие. Воистину, дьяволы внушают своим помощникам препираться с вами. Если вы станете повиноваться им, то окажетесь многобожниками. Разве тот, кто был мёртв, и Мы вернули его к жизни и дали ему свет, по которому он ходит среди людей, подобен тому, кто находится во мраках и не может выйти из них? Так многобожникам представляется прекрасным то, что они совершают. Если бы они явились к тебе, когда ты с ними, и Мы ниспослали бы им наказание, они сказали бы: „Господи! Зачем Ты послал к нам наказание? Лучше бы Ты отправил нас раньше“» — нет, они не уверовали бы, пока не увидят мучительные страдания. И они сказали бы: «Почему нам не дарованы сокровища, или почему с нами нет ангела?» Если бы даже Мы ниспослали ангела, дело было бы решено, и им не было бы отсрочки. Если бы Мы сделали его ангелом, то сделали бы его мужчиной и внесли бы им путаницу, в которой они сейчас находятся. Воистину, до тебя посланники также подвергались осмеянию, но тех, кто насмехался над ними, постигало то, над чем они насмехались. Скажи: «Постранствуйте по земле и посмотрите, каким был конец тех, кто считал истиной ложь» (аль-Ан'ам: 111).

130И отсюда начинается третья волна — в определении истины божественности, явленной в принадлежности Аллаху, превелик Он, всего, что на небесах и на земле, и в том, что успокаивается ночь и день; и явленной в том, что Он — Кормилец, Который кормит, а Сам не нуждается в кормлении. И потому Он — Покровитель, и нет покровителя, кроме Него, Которому подобает, чтобы рабы обращали себя к Нему одному, и не придавали Ему равных.. Он держит в Своей власти вред и благо, и Он над всякой вещью мощен, и Он — Одолевающий, превыше Своих рабов, и Он — Мудрый, Ведающий..

131И волна достигает своей вершины после всего этого вступления — в свидетельствовании и размежевании между Посланником ﷺ и его народом, в предостережении их и отречении от их многобожия и провозглашении единобожия перед их лицом — в высоком, решительном, окончательном тоне:

«Скажи: „Кому принадлежит то, что на небесах и на земле?“ Скажи: „Аллаху! Он предписал Себе милость. Он непременно соберёт вас вместе в День воскресления, в котором нет сомнения. Те, которые потеряли самих себя, никогда не уверуют. Ему принадлежит то, что покоится ночью и днём. Он — Слышащий, Знающий“. Скажи: „Неужели я возьму своим покровителем кого-либо помимо Аллаха, Творца небес и земли, Который кормит, а Сам не нуждается в кормлении?“ Скажи: „Мне велено быть первым, кто предался Аллаху, и не быть в числе многобожников“. Скажи: „Я боюсь, что если я ослушаюсь своего Господа, то пострадаю от мучений в Великий день“. Отвечено будет тому, кто отвратится от этого; а тем, кто предался Аллаху и творил добро, — великая награда, и вечное блаженство. Если Аллах коснётся тебя бедой, то никто, кроме Него, не избавит тебя от неё. Если Он коснётся тебя благом, то ведь Он властен над всякой вещью. Он — Одолевающий, превыше Своих рабов, и Он — Мудрый, Ведающий. Скажи: „Что может быть большим свидетельством?“ Скажи: „Аллах — свидетель между мной и вами. Мне открыто это Откровение — Коран, дабы я предостерёг вас посредством его, а также всех, кому он будет доведён. Неужели вы действительно свидетельствуете, что наряду с Аллахом существуют другие боги?“ Скажи: „Я не свидетельствую об этом“. Скажи: „Он — Единственный Бог, и я непричастен к тому, что вы придаёте Ему в сотоварищи“..» (аль-Ан'ам: 12–19).

132Затем начинается четвёртая волна, которая говорит о знании людей Писания этой Книгой, ниспосланной с истиной, которую отрицают многобожники; и называет это многобожие величайшей несправедливостью; и ставит многобожников перед их картиной в День собрания, когда их спросят о их сотоварищах и они отрекутся от многобожия, и их измышление покинет их; и изображает их состояние — с их прирождёнными приёмниками, отключёнными, не улавливающими откровений веры и не отвечающими им, и с их сердцами, закрытыми завесой, не постигающими доказательств веры; и они утверждают, что этот Коран — сказки первых; и говорит о них: они губят самих себя, удерживая других от прямого пути и сами отстраняясь от него. Затем изображается их состояние, когда их остановят перед огнём и они скажут: «О, если бы нам было возвращено, мы не считали бы ложью знамения нашего Господа и стали бы верующими!» Затем их возвращают в ближнюю жизнь, где они отрицали воскресение и воздаяние. Затем следует изображение их состояния, когда их остановят перед их Господом и Он спросит их об этом отрицании, а они понесут свои бремена на своих спинах. И волна завершается констатацией убытка тех, кто считал ложью встречу с Аллахом, и ничтожности ближней жизни рядом с Последней обителью, уготованной для богобоязненных:

«Кто может быть несправедливее того, кто возвёл навет на Аллаха или счёл ложью Его знамения? Воистину, беззаконники не преуспеют. В тот день, когда Мы соберём их всех, а затем скажем тем, кто придавал Аллаху сотоварищей: „Где же ваши сотоварищи, о которых вы утверждали?“ — тогда их единственным оправданием будут слова: „Клянёмся Аллахом, нашим Господом, мы не были многобожниками!“ Посмотри, как они лгут о самих себе, и как покинуло их то, что они измышляли. Среди них есть такие, которые слушают тебя, но Мы накинули на их сердца покрывала, чтобы они не понимали его, и поразили их уши глухотой. Даже если они увидят любое знамение, они всё равно не уверуют в него, а когда они приходят к тебе, чтобы препираться с тобой, неверующие говорят: „Это — всего лишь сказки древних народов“. Они удерживают других от него и сами отстраняются от него, но губят только самих себя, не осознавая этого. Если бы ты только видел их, когда их остановят перед огнём! Они скажут: „О, если бы нам было возвращено, мы не считали бы ложью знамения нашего Господа и стали бы верующими!“ Нет! Им открылось то, что они скрывали прежде. Если бы их вернули, то они вернулись бы к тому, что им было запрещено. Воистину, они — лжецы. Они сказали: „Есть только наша ближняя жизнь, и мы не будем воскрешены“. Если бы ты только увидел их, когда их остановят перед их Господом! Он скажет: „Разве это не истина?“ Они скажут: „Клянёмся нашим Господом!“ Он скажет: „Вкусите же мучения за то, что вы не веровали“. Пропали те, которые считали ложью встречу с Аллахом. Когда же внезапно для них настанет Час, они скажут: „Горе нам за то, что мы пренебрегали им!“ Они понесут свои бремена на своих спинах. Воистину, скверно то, что они понесут! Мирская жизнь — не что иное, как игра и забава. А Последняя обитель — лучше для тех, кто богобоязнен. Неужели вы не разумеете?» (аль-Ан'ам: 21–32).

133И здесь — обращение к Пророку ﷺ, утешение его и облегчение его скорби о том, что его огорчает: то, что они отворачиваются от того, что пришло к ним от Аллаха; и указание ему на пример в посланниках до него, которые терпели, когда их считали лжецами и причиняли им страдания, пока не приходила к ним помощь от Аллаха; и утверждение, что сунна Аллаха не меняется, но она и не торопится! И если Посланник Аллаха ﷺ не властен заставить сердца откликнуться, то каков же его человеческий труд в этом призыве?.. Он лишь доносит, а ведёт прямым путём Аллах — если Его мудрость в Его творении, а Он один — Обладатель власти и Распорядитель, потребует, чтобы откликнулись те, чьи прирожденные приёмники не отключены от восприятия. А мёртвые — в них нет жизни, и они не воспринимают откровений веры и не отвечают им…

134…и Аллах воскресит их, и к Нему они будут возвращены.

«Мы знаем, что тебя опечаливают их слова. Воистину, они не считают тебя лжецом — нечестивцы отвергают знамения Аллаха. До тебя посланников также считали лжецами, но они терпели, когда их отвергали и причиняли им страдания, пока не приходила Наша помощь. Никто не изменит слов Аллаха, и до тебя уже приходили вести о посланниках. Если их отвращение тяготит тебя, то, если ты можешь отыскать туннель в земле или лестницу на небо, принеси им знамение. Если бы Аллах пожелал, то собрал бы их на прямом пути, и посему не будь одним из невежд. Отвечают только те, кто слышит. Мертвецов Аллах воскресит, и к Нему они будут возвращены» (аль-Ан'ам: 33–36).

135[стр. 0308]

136Быть может, эти отрывки дают представление о природе суры — так же, как они дают представление о её теме. Быть может, они достигают вершины, которая выше вершин тех волн, что мы обозрели, — и течение её на некоторых участках бурливее и ритм её звучнее.. Но мы не можем обозреть всю суру в этом кратком вступлении; часть этого предстоит в следующем разделе.

137[стр. 0309]

138Мы уже говорили, что эта сура рассматривает свою основную тему неповторимым образом: в каждом её проблеске, в каждом положении, в каждой картине она достигает предела «ошеломляющей красоты», которая захватывает душу и приковывает чувство, поражает сердце — пока оно следит за её картинами, событиями и поворотами.

139Так пусть же теперь сами тексты суры изобразят эту истину своим живым языком. Ведь любое описание, сколь бы высоким оно ни было, ничего не стоит в передаче этой истины человеческому сердцу!

140Провозглашение истины божественности, знакомство людей с их истинным Господом, поклонение Ему одному — вот основная тема суры. Так послушаем же, как коранический контекст провозглашает эту истину в различных положениях.

141В положении свидетельства и разрыва — там, где эта истина сияет в сердце верующего в неё; там, где он противостоит с нею несогласным и возвещает её с силой и с уверенностью:

«Скажи: „Неужели я стану искать другого господа помимо Аллаха, тогда как Он — Господь всякой вещи?“ Каждый человек несет ответственность за свои деяния, и ни одна душа не понесет ношу другой. Затем вы вернетесь к вашему Господу, и Он поведает вам о том, в чем вы расходились во мнениях. Скажи: „Мне велено быть первым из тех, кто покорился“. Не будь же в числе многобожников. Скажи: „Я не стану поклоняться тому, чему вы поклоняетесь помимо Аллаха. Скажи: „Я стану поклоняться Аллаху, Который умертвит нас, а потом воскресит“. Тот, кого Он помилует в тот день, будет обретшим великий успех. Если Аллах коснется тебя бедой, то никто не сможет избавить от нее, кроме Него. Если Он коснется тебя благом, то ведь Он властен над всякой вещью. Он — Одолевающий, находящийся над Своими рабами. Он — Мудрый, Ведающий. Скажи: „Что может быть большим свидетельством?“ Скажи: „Аллах — Свидетель между мною и вами. Мне открыто это Откровение — Коран, дабы я предостерег посредством него вас и тех, до кого он дойдет. Неужели вы действительно свидетельствуете, что существуют другие боги помимо Аллаха?“ Скажи: „Я не свидетельствую об этом“. Скажи: „Он — Единственный Бог, и я не причастен к тому, что вы приобщаете в сотоварищи“» (аль-Ан'ам: 164, 14–19).

142В положении угрозы — там, где власть Аллаха объемлет рабов и пред Ним обнажается фитра, и спадает с неё наносное, и возвращается она к одному лишь истинному Господу своему, забывая ложных божеств — перед Господом и перед местами гибели считающих ложью:

«Скажи: „Как вы думаете, если придет к вам наказание от Аллаха или наступит Час, станете ли вы взывать к кому-либо помимо Аллаха, если вы говорите правду?“ Нет, только к Нему вы станете взывать, и Он развеет то, к чему вы взывали, если пожелает, и вы забудете то, что приобщали в сотоварищи. Скажи: „Как вы думаете, если наказание Аллаха придет к вам внезапно или открыто, будет ли уничтожен кто-либо, кроме несправедливых людей?“.. Мы отправляем посланников только добрыми вестниками и увещевателями. Те, которые уверовали и творили благое, не познают страха и не будут опечалены. А тех, которые сочли ложью Наши знамения, постигнет наказание за то, что они нечестиво поступали. Скажи: „Я не говорю вам, что при мне сокровищницы Аллаха, и я не ведаю сокровенного. Я не говорю вам, что я — ангел. Я лишь следую тому, что внушено мне в Откровении“. Скажи: „Разве равны слепой и зрячий? Неужели вы не поразмыслите?“ Предупреди же тех, которые страшатся того, что они будут собраны перед своим Господом, что не будет у них покровителя и заступника помимо Него, — быть может, они станут богобоязненны. Не изгоняй тех, которые взывают к своему Господу утром и перед закатом, стремясь к Его Лику. Ты не в ответе за них, и они не в ответе за тебя. Неужели ты станешь прогонять их и окажешься в числе несправедливых? Так Мы подвергли испытанию одних из них другими, дабы они сказали: „Неужели этим из нас оказано благодеяние?“ Разве Аллах не знает лучше благодарных? Когда к вам приходят те, которые уверовали в Наши знамения, говорите: „Мир вам! Ваш Господь предписал Себе милость“» (аль-Ан'ам: 40–47, 50–54).

143И в положении созерцания знамений Аллаха на страницах Вселенной — в море и на суше, в ночи и дне, в этой жизни и в жизни будущей, в жизни и в смерти:

«У Него — ключи сокровенного, и знает о них только Он. Ему известно то, что на суше и в море. Даже лист падает только с Его ведома. Нет ни зернышка во мраках земли, ни чего-либо свежего или сухого, чего бы не было в ясном Писании. Он — Тот, Кто умерщвляет вас ночью и знает, что вы совершаете днем. Затем Он оживляет вас в нем, дабы завершился назначенный срок. Затем вы вернетесь к Нему, и Он поведает вам о том, что вы совершали. Он — Одолевающий, находящийся над Своими рабами. Он посылает хранителей к вам. Когда же к кому-нибудь из вас приходит смерть, Наши посланники умерщвляют его, и ничего не упускают. Затем их возвращают к Аллаху, их Истинному Покровителю. Разве решение не принадлежит Ему? Он — Наискорейший из счетоводов» (аль-Ан'ам: 59–62).

144И в Его откровениях на страницах Вселенной, которые обращаются к фитре на понятном ей языке ритма в её сокровенных глубинах:

«Вот Ибрахим (Авраам) сказал своему отцу Азару: „Неужели ты считаешь идолов богами? Я вижу, что ты и твой народ находитесь в очевидном заблуждении“. Так Мы показали Ибрахиму (Аврааму) царство небес и земли, дабы он стал одним из уверовавших. Когда ночь покрыла его, он увидел звезду и сказал: „Вот мой Господь“. Когда же она закатилась, он сказал: „Не люблю я тех, кто закатывается“. Когда он увидел восходящую луну, он сказал: „Вот мой Господь“. Когда же она зашла, он сказал: „Если мой Господь не наставит меня на прямой путь, то я стану одним из заблудших“. Когда он увидел восходящее солнце, он сказал: „Вот мой Господь! Оно больше всех“. Когда же оно зашло, он сказал: „О мой народ! Я не причастен к тому, что вы приобщаете в сотоварищи. Я обратил свое лицо к Тому, Кто сотворил небеса и землю, будучи единобожником, и я не принадлежу к многобожникам“. Его народ стал препираться с ним, и тогда он сказал: „Неужели вы станете препираться со мной относительно Аллаха, тогда как Он наставил меня на прямой путь? Я не боюсь тех, кого вы приобщаете Ему в сотоварищи, если только моего Господа не пожелает чего-либо. Мой Господь объемлет знанием всякую вещь. Неужели вы не помните? И почему я должен бояться того, что вы приобщаете в сотоварищи, тогда как вы сами не боитесь приобщать к Аллаху сотоварищей, относительно которых Он не ниспослал вам никакого доказательства? Скажите, если вы знаете, какая из двух сторон чувствует себя в большей безопасности? Те, которые уверовали и не облекли свою веру в несправедливость, пребывают в безопасности и следуют прямым путем“» (аль-Ан'ам: 74–82).

145И в картине бьющей ключом жизни в видах и родах, в картине рассвета и наступления вечера, в картине звёзд и мраков на суше и в море, в картине зреющих злаков, растущего посева и наливающихся плодов.. — там, где сияет единство Творца без сотоварища, Изобретателя без подобного, и там, где притязание на сотоварищей и сыновей оказывается глупостью, которую отвергают и разумы, и сердца:

«Воистину, Аллах раскалывает зерно и косточку. Он выводит живое из мертвого и выводит мертвое из живого. Таков Аллах! Как же вы отвращаетесь от истины? Он раскрывает утреннюю зарю. Он предназначил ночь для покоя, а солнце и луну — для исчисления. Таково предопределение Могущественного, Знающего. Он — Тот, Кто сотворил для вас звезды, чтобы вы находили по ним путь во мраках суши и моря. Мы уже разъяснили знамения людям знающим. Он — Тот, Кто сотворил вас из одного человека. Он создал из него супругу, чтобы он мог успокоиться рядом с ней. Когда же он возлег с ней, она понесла легкое бремя и ходила с ним. Когда же она отяжелела от бремени, они вдвоем воззвали к Аллаху, своему Господу: „Даруй нам от Себя доброе потомство, и мы будем в числе благодарных“. Он — Тот, Кто ниспосылает с неба воду. Мы вырастили посредством нее растения всех видов. Мы выводим из них зеленые ростки и выводим из них зерна, сидящие рядами. На финиковых пальмах из завязей вырастают низко висящие гроздья. Мы разводим сады из винограда, оливок и гранат, которые имеют сходство и различия. Посмотрите на их плоды, когда они плодоносят, и на их созревание. Воистину, в этом — знамения для людей верующих. Они приобщили к Аллаху в сотоварищи джиннов, тогда как Он сотворил их, и бессмысленно приписали Ему сыновей и дочерей без всякого знания. Пречист Он и превыше того, что они приписывают Ему. Он — Первосоздатель небес и земли. Как может быть у Него ребенок, если у Него нет супруги, если Он сотворил все сущее и ведает обо всем? Вот ваш Господь — Аллах. Нет божества, кроме Него, Творца всякой вещи. Поклоняйтесь же Ему! Он — Попечитель и Хранитель всякой вещи. Не постигают Его взоры, а Он постигает взоры. Он — Проницательный, Ведающий» (аль-Ан'ам: 95–103).

146И в положении возвращения всего дела к Нему — после смерти, после отвержения поиска иного господа помимо Него, тогда как Он — Господь всякой вещи, и возвращения всего дела к Нему целиком: в этом мире — в деле наместничества и испытания, в мире будущем — в деле расчёта и воздаяния, — там, где сура завершается этим смиренным воззванием:

«Скажи: „Мой Господь наставил меня на прямой путь — на правильную религию, веру Ибрахима (Авраама), единобожника, который не был из числа многобожников“. Скажи: „Моя молитва и мое жертвоприношение, моя жизнь и моя смерть — ради Аллаха, Господа миров, у Которого нет сотоварища. Мне велено это, и я — первый из мусульман“. Скажи: „Разве я стану искать другого господа помимо Аллаха, тогда как Он — Господь всякой вещи?“ Каждому человеку Мы определили, что он унаследует. Скажи: „Неужели я стану искать судью помимо Аллаха, тогда как Он ниспослал вам Писание, подробно разъяснив его?“ Те, кому Мы даровали Писание, знают, что оно ниспослано от твоего Господа с истиной. Посему не будь в числе сомневающихся. Совершенное Слово твоего Господа — истина и справедливость. Никто не изменит Его Слов. Он — Слышащий, Знающий. Если ты станешь повиноваться большинству тех, кто на земле, они собьют тебя с пути Аллаха. Они лишь следуют предположениям и измышляют. Твой Господь лучше знает тех, кто сбивается с Его пути, и лучше знает идущих прямым путем. Ешьте из того, что даровал вам Аллах дозволенным и прекрасным, и будьте благодарны за милость Аллаха, если только вы поклоняетесь Ему. Скажи: „Он запретил мне есть падаль, кровь, мясо свиньи и то, что было заколото не ради Аллаха. Если же кто-то вынужден пойти на это, не домогаясь запрещенного и не преступая пределов, то ведь твой Господь — Прощающий, Милосердный“. Скажи: „Мне запрещено есть то, что вы приносите в жертву помимо Аллаха“. Не ешьте из того, над чем не было произнесено имя Аллаха, ибо это — нечестие. Воистину, дьяволы наущают своих помощников препираться с вами. Если вы станете повиноваться им, то окажетесь многобожниками. Неужели тот, кто был мертвым, и Мы оживили его и дали ему свет, благодаря которому он ходит среди людей, равен тому, кто находится во мраках и не может выйти из них? Так неверующим представляется прекрасным то, что они совершали. Так Мы подвергли испытанию одних из них других, дабы они сказали: „Неужели этим из нас оказано благодеяние?“ Разве Аллах не знает лучше благодарных? Когда к вам приходят те, которые уверовали в Наши знамения, говорите: „Мир вам! Ваш Господь предписал Себе милость“» (аль-Ан'ам: 161–160, 145–146, 122–123, 53–54).

147[стр. 0307]

«К Нему вы вернетесь, и Он поведает вам о том, в чем вы расходились во мнениях. Он — Тот, Кто сделал вас наместниками на земле. Он возвысил одних из вас над другими по степеням, дабы испытать вас тем, что Он даровал вам. Воистину, твой Господь скор в наказании. Но ведь Он — Прощающий, Милосердный» (аль-Ан'ам: 164–165)..

148И причина этого — не только та ошеломляющая красота, которой облечён контекст суры в каждом положении, в каждой картине, в каждом ритме, в каждом откровении.

149Мы уже говорили: контекст суры достигает предела ошеломляющей красоты в каждой картине и в каждом положении — при согласованности в методе представления картин и положений. И мы обещали разъяснить, что мы разумеем под этой согласованностью.

150Здесь мы приведём лишь некоторые образцы — в ожидании подробного представления текстов после краткого вступления. Из этой согласованности мы ограничимся тремя её видами, ярко выступающими в контексте суры.

151Контекст представляет картины и положения разнообразно, но все они сходятся в одном явлении.. В каждой картине или положении он словно берёт слушателя за руку и ставит его перед картиной, дабы тот всмотрелся в неё, перед положением — дабы тот поразмыслил над ним.. Он ставит его перед ними движением, которое почти воплощают сами слова! А сами картины и положения содержат застывшие фигуры: слушатель видит их в их застывшей позе — и контекст останавливает и его самого, дабы он смотрел на них и всматривался!

152Так, в картинах Воскресения и картинах предсмертного часа встречаются эти застывшие позы:

«Если бы ты только увидел тех, кто остановился перед Огнем! Они скажут: „О, если бы нас вернули, то мы не считали бы ложью знамения нашего Господа и стали бы верующими“» (аль-Ан'ам: 27).

«Если бы ты только увидел, как несправедливые остановятся перед своим Господом! Они будут перекидывать словами друг с другом. Те, которых притесняли, скажут тем, которые превозносились: „Если бы не вы, то мы стали бы верующими“. Те, которые превозносились, скажут тем, которых притесняли: „Разве мы отвратили вас от верного руководства после того, как оно явилось вам? Нет, вы сами были грешниками“. Те, которых притесняли, скажут тем, которые превозносились: „Это ваши дневные и ночные козни, когда вы предлагали нам не веровать в Аллаха и приобщать к Нему сотоварищей“. Когда же они увидят наказание, они станут раскаиваться. Мы возложим оковы на шеи тех, которые не веровали. Разве им воздают не за то, что они совершали?» (аль-Ан'ам: 30, 27–33).

«Если бы ты видел беззаконников, когда они окажутся в предсмертной агонии, и ангелы прострут свои руки: „Выдайте свои души! Сегодня вам воздадут унизительным наказанием за то, что вы говорили об Аллахе несправедливую речь и превозносились над Его знамениями“. Вы явились к Нам одиночками, какими Мы создали вас в первый раз, и оставили позади себя то, чем Мы вас наделили. Мы не видим с вами ваших заступников, которых вы для себя считали сотоварищами Аллаха. Связи между вами разорваны, покинуло вас то, что вы утверждали» (аль-Ан'ам: 93–94).

«Он спросит: „Где те, кого вы приобщали в сотоварищи?“ — „Мы потеряли их, или, вернее, мы раньше никого не призывали“. Так Аллах введет их в заблуждение. Они скажут: „Клянусь Аллахом, нашим Господом! Мы не были многобожниками“. Посмотри, как они лгут о самих себе и как покинуло их то, что они измышляли» (аль-Ан'ам: 22–24)..

153И слушатель — свидетель, который не может не остановиться перед этой картиной и не всмотреться в неё:

«Скажи: „Как вы думаете, если придет к вам наказание от Аллаха или наступит Час, станете ли вы взывать к кому-либо помимо Аллаха, если вы говорите правду?“ Нет, только к Нему вы станете взывать, и Он развеет то, к чему вы взывали, если пожелает, и вы забудете то, что приобщали в сотоварищи» (аль-Ан'ам: 40–41)..

«Скажи: „Разве кто-нибудь другой, помимо Аллаха, может принести вам наказание?“ Скажи: „Как вы думаете, если наказание Аллаха придет к вам внезапно или открыто, будет ли уничтожен кто-либо, кроме несправедливых людей?“» (аль-Ан'ам: 47).

154И в изображении состояния заблуждения после верного руководства, возвращения от истины после того, как она была обретена, — контекст рисует выпуклую картину, перед которой слушатель останавливается и всматривается, даже если в самих словах нет ни приказа смотреть, ни указания остановиться:

«Скажи: „Неужели мы станем взывать помимо Аллаха к тому, что не приносит нам пользы и не наносит вреда? Неужели мы обратимся вспять после того, как Аллах наставил нас на прямой путь, подобно тому, кого дьяволы обольстили и заставили блуждать по земле?“» (аль-Ан'ам: 71).

155И так же контекст останавливает слушателя перед картиной зреющих плодов в садах, в которых воплощается жизнь и в которых сияет божественное изобретение красок и плодов:

«Он — Тот, Кто ниспосылает с неба воду. Мы вырастили посредством нее растения всех видов. Мы выводим из них зеленые ростки и выводим из них зерна, сидящие рядами. На финиковых пальмах из завязей вырастают низко висящие гроздья. Мы разводим сады из винограда, оливок и гранат, которые имеют сходство и различия. Посмотрите на их плоды, когда они плодоносят, и на их созревание. Воистину, в этом — знамения для людей верующих» (аль-Ан'ам: 99)..

156Таковы все картины и положения суры: в них сияет эта согласованность, и она — их общий характер.

157Другой вид согласованности, связанный и с этим видом.. положения свидетельства..

158Картины Воскресения в суре представлены так, словно это положения свидетельства над тем, что творили многобожники и считающие ложью; положения обличения их и направления взоров на эти положения.. Мы уже приводили образцы их. И каждое из них начинается: «Если бы ты только увидел…» — и они сходятся с положениями свидетельства над вероучением и положениями свидетельства над шариатом — и те и другие одинаково.

159В начале суры, при разговоре о вероучении во всём его охвате, встречается это положение:

160«Скажи: „Что может быть большим свидетельством?“ Скажи: „Аллах — Свидетель между мною и вами. Мне открыто это Откровение — Коран, дабы я предостерег посредством него вас и тех, до кого он дойдет…“»

161…вас этим и того, кому он был доведён. Разве вы станете свидетельствовать, что помимо Аллаха есть иной бог? Скажи: «Я не свидетельствую». Скажи: «Он — Бог единственный, и я непричастен к тому, что вы приобщаете в сотоварищи» (аль-Ан'ам: 19)..

162Когда же повествование дошло до особой темы, связанной с этим в суре, — темы вероучения в вопросе дозволенного и запретного, — оно выстроило новую картину и призвало засвидетельствовать этот частный вопрос так же, как засвидетельствовало тот общий вопрос, — в знак того, что это одна и та же тема по существу, и ради той согласованности, которая есть общий признак коранического выражения:

«Скажи: „Приведите ваших свидетелей, которые засвидетельствуют, что Аллах запретил это“. Если они засвидетельствуют, то не свидетельствуй вместе с ними. Не следуй за страстями тех, которые счёт Our знамения ложью, и тех, которые не веруют в Последнюю жизнь и приравнивают к своему Господу» (аль-Ан'ам: 150).

163Третий оттенок согласованности — согласованность выражения, которой требует предметное изложение и которая проявляется в повторении одних и тех же формул, показывающем, что перед нами одна истина во многих образах.

164Так, в начале суры о неверующих, которые приобщают к Нему сотоварищей, говорится, что они «приравнивают к своему Господу», и в её конце о тех, кто узаконивает для себя собственные установления, говорится так же, что они «приравнивают к своему Господу»:

«Хвала Аллаху, Который сотворил небеса и землю, установил мрак и свет. Но затем те, которые не уверовали, приравнивают к своему Господу» (аль-Ан'ам: 1).

«Не следуй за страстями тех, которые счёт Our знамения ложью, и тех, которые не веруют в Последнюю жизнь и приравнивают к своему Господу» (аль-Ан'ам: 150).

165В первом аяте они приравнивают к своему Господу то, что приобщают к Нему, во втором — приравнивают к Нему то, что сами узаконивают. И в этом есть и предметный смысл, и красота выражения.

166(1) См. книгу «Художественный образ в Коране», глава «Согласованность». Изд. Дар аш-Шурук.

167[стр. 1064]

168Так же повторяется слово «путь» (сырат): оно обозначает Ислам в целом и выражает вопрос законодательства таким образом:

«Кого Аллах желает наставить на прямой путь, тому Он раскрывает грудь для Ислама, а кого Он желает ввести в заблуждение, тому Он делает грудь стеснённой и тесной, как будто тот поднимается на небо. Так Аллах насылает скверну на тех, которые не веруют. Это — путь твоего Господа, прямой. Мы уже разъяснили знамения людям, которые поминают назидание» (аль-Ан'ам: 125–126)..

169А после разговора о скоте и посевах, о дозволенном и запретном в конце суры — как и было обещано во вступлении при знакомстве с ней — говорится:

«Таков Мой прямой путь. Следуйте по нему и не следуйте иными путями, поскольку они собьют вас с Его пути. Это — то, что Он заповедал вам, — быть может, вы устрашитесь» (аль-Ан'ам: 153)..

170Отсюда ясно, что этот вопрос есть вопрос вероучения, что следование ему — движение по пути Аллаха, а уклонение от него — выход с этого пути.. что это вопрос веры или неверия, джахилии или Ислама.. как мы и разъяснили в начале речи!

171Здесь уместно завершить общее знакомство, чтобы лицом к лицу встретить тексты суры в их кораническом контексте — с помощью Аллаха..

172Мы сочли, что сказанного достаточно для приближения к природе суры и для достижения согласованности между ней и её сенью..

173И от Аллаха — успех..

174[стр. 1065]

175Хвала Аллаху, Который сотворил небеса и землю, установил мрак и свет. Но затем те, которые не уверовали, приравнивают к своему Господу (аль-Ан'ам: 1).

176Он — Тот, Кто сотворил вас из глины, затем предопределил срок — срок, названный у Него. Затем вы сомневаетесь (аль-Ан'ам: 2).

177Он — Аллах в небесах и на земле. Он знает ваше тайное и явное и знает то, что вы приобретаете (аль-Ан'ам: 3).

178Это — широкие касания великой истины и протяжённые ритмы в начале суры. Они прочерчивают общую основу темы суры и сути вероучения:

«Хвала Аллаху, Который сотворил небеса и землю, установил мрак и свет. Но затем те, которые не уверовали, приравнивают к своему Господу» (аль-Ан'ам: 1).

179Это первые касания.. Они начинаются хвалой Аллаху — прославлением Его, возвеличиванием и признанием Его права на хвалу и славу за Его божественность, явленную в творении и созидании.. Так связывается достохвальная божественность с её первым свойством — творением.. И творение берётся в самом огромном из бытия — в небесах и земле.. затем в самых огромных из явлений, возникающих из творения небес и земли по преднамеренному замыслу — во мраке и свете.. Это широкое касание объемлет исполинские тела зримого космоса, необъятные расстояния между этими телами и всеобъемлющие явления, рождающиеся их вращением по орбитам.. — чтобы изумиться людям, которые видят, как огромная, необъятная, всеобъемлющая страница бытия говорит о могуществе Великого Творца, как говорит она о Его мудром промысле, — и после всего этого не веруют, не признают единобожия и не воздают хвалы, а придают Аллаху сотоварищей, равняют их с Ним:

«Но затем те, которые не уверовали, приравнивают к своему Господу» (аль-Ан'ам: 1)..

180О какая необъятная пропасть между знамениями, говорящими во вселенной, и их пропащим отзвуком в душе! Пропасть, что равна исполинским телам, необъятным расстояниям и всеобъемлющим явлениям.. нет — больше того..

181Второе касание:

«Он — Тот, Кто сотворил вас из глины, затем предопределил срок — срок, названный у Него. Затем вы сомневаетесь» (аль-Ан'ам: 2).

182Это касание человеческого бытия, следующего в своём существовании за бытием космическим и за явлениями мрака и света. Касание человеческой жизни в этой безмолвной вселенной. Касание дивного перехода от мрака косной глины к свету лучезарной жизни — перехода, художественно согласующегося с «мраком и светом».. А рядом с ним другое, переплетающееся касание: касание первого предопределённого срока — смерти — и второго, назначенного срока — воскресения.. Два касания, противостоящие друг другу в покое и движении, как противостоит косная глина живому творению в зарождении..

183И между каждыми двумя противостоящими — необъятная пропасть в сущности и во времени.. И всё это должно было передать человеческому сердцу уверенность в промысле Аллаха и твёрдую веру во встречу с Ним:

184«Затем вы сомневаетесь»..

185Третье касание объемлет два первых в единой раме и утверждает божественность Аллаха в космосе и в человеческой жизни в равной мере:

«Он — Аллах в небесах и земле. Он знает ваше тайное и явное и знает то, что вы приобретаете» (аль-Ан'ам: 3).

186Тот, Кто сотворил небеса и землю, — Аллах в небесах и на земле. Он один обладает божественностью в них обеих. И все требования божественности исполняются на них: подчинение закону, который установил для них Аллах, и совершение по одному Его повелению.

187И таким же должно быть положение в жизни человека. Аллах сотворил его, как сотворил небеса и землю; в первичном своём составе он — из глины этой земли, а те свойства, которыми Он наделил его, сделав его человеком, дал ему Аллах. И в своём телесном устроении он подчинён закону, который установил для него Аллах, хочет он того или нет. Своё существование и своё сотворение он получает изначально по воле Аллаха — не по своей воле и не по воле отца и матери: они сходятся, но не властны дать зародышу существование! И он рождается по закону, который положил Аллах для срока беременности и условий рождения! И дышит он этим воздухом, меры которого установил Аллах, вдыхая его в том количестве и тем способом, какие пожелал для него Аллах. И он чувствует и страдает, голодает и жаждет, ест и пьёт.. словом — живёт по закону Аллаха, без своей воли и без своего выбора.. В этом он совершенно так же, как небеса и земля.

188И Аллах знает его тайное и явное, и знает, что он приобретает в своей жизни, в тайне и открыто.

189И потому подобает ему следовать закону Аллаха и в своей избирательной жизни — в своих вероучительных воззрениях, ценностных мерилах и жизненных установлениях, — чтобы его природная жизнь, управляемая законом Аллаха, шла прямо вместе с жизнью деятельной, когда ею правит шариат Аллаха. И чтобы одна часть его не противоречила другой, чтобы одна не сталкивалась с другой, чтобы он не разрывался между двумя законами и двумя установлениями: один из которых — божественный, а другой — человеческий, и они вовсе не равны.

190Это широкая всеобъемлющая волна в начале суры.. Она обращается к человеческому сердцу и человеческому разуму с доводом творения и доводом жизни, представленными и в горизонтах, и в самих душах. Но она не обращается к ним в виде абстрактного умозрения — богословского или философского! Нет, это речь внушающая и пробуждающая фитру, когда она ставит её лицом к лицу с движением творения и оживления, с движением промысла и распоряжения — в форме утверждения, а не в форме спора; с властью уверенности, почерпнутой из утверждения Аллаха и из свидетельства внутренней фитры, подтверждающей правдивость этого утверждения в том, что она видит.

191И существование небес и земли, и их управление по этому ясному порядку, и зарождение жизни — с человеческой жизнью на её вершине — и её движение по тому пути, по которому она идёт.. всё это ставит человеческую фитру лицом к лицу с истиной и вселяет в неё уверенность в единобожии Аллаха.. А единобожие — это тот вопрос, для утверждения которого создана вся эта сура — нет, весь Коран целиком. И это не вопрос «существования» Аллаха. Проблемой в истории человечества всегда была проблема незнания истинного Бога с Его истинными качествами, а не проблема неверия в существование бога!

192И многобожники-арабы, к которым обращалась эта сура, вовсе не отрицали Аллаха как такового — они признавали Его существование, признавали, что Он — Творец, Дающий удел, Владыка, Оживляющий и Умерщвляющий.. и многое из качеств, как об этом говорит Коран, обращаясь к ним и передавая их слова. Но их уклонение, заклеймившее их многобожием, состояло в том, что они не признавали следствий этого своего признания: они не признавали господства Аллаха и Его власти, и не принимали одного лишь Его шариата как закона, и отвергали принцип правления кого-то иного, кроме Аллаха, в каком бы то ни было деле жизни.

193Вот что заклеймило их многобожием и неверием!.. Ибо из признания Его божественности, из того, что Он — Творец, Дающий удел, Владыка — как они признавали, — из Его творения небес и земли и творения человека, из Его знания и объемлющности их тайного и явного, их дел и приобретений — неизбежно следует, что Он один обладает правом власти и законодательства, как мы и разъяснили в общем знакомстве с линией суры и её методом.

194И довод творения и довод жизни, как они пригодны для встречи с многобожниками ради утверждения единобожия и права власти, так же пригодны они и для встречи с ничтожными современными джахилийскими вывертами, отрицающими Аллаха.

195Поистине, есть большое сомнение в том, что эти безбожники сами верят себе! Скорее всего, это началось как манёвр против церкви; затем его использовали иудеи, желая разрушить основу основ человеческой жизни, чтобы на лице земли не осталось никого, кто стоял бы на этой основе, кроме них — как они говорят в своих протоколах, — и чтобы род человеческий, лишённый этой основы, пришёл в упадок и оказался под их властью, поскольку только они одни сохранят источник подлинной силы, которую даёт вероучение!

196А иудеи, как бы ни велика была их хитрость и козни, не властны одолеть человеческую фитру, которая в своих глубинах верит в существование бога, — хотя она и сбивается лишь в познании истинного Бога с Его истинными качествами, и хотя она и уклоняется, не утверждая единства Его власти в своей жизни, за что и заклеймлена многобожием и неверием на этом основании. Но некоторые души портятся в своей фитре, и в них выходят из строя врождённые приёмники и врождённые отклики. Только с этими душами и может иметь успех иудейская хитрость, цель которой — изгладить в них существование Аллаха. Но эти души с испорченной фитрой всегда останутся немногими и исключительными в массе людей во все времена. Подлинных безбожников на лице земли сегодня не более нескольких десятков миллионов в России и Китае из сотен миллионов..

197...руки и огня — несмотря на сорокалетние изнурительные усилия по искоренению веры всеми средствами обучения и пропаганды!

198И вот иудеи добиваются успеха на другом поприще: они превращают религию в набор чувств и обрядов и изгоняют её из реальной жизни, внушая её приверженцам, что те могут оставаться верующими в Аллаха — при том, что существуют иные господа, которые и узаконивают для их жизни нечто помимо Аллаха! И так они действительно губят человечество — даже при его иллюзии, что оно всё ещё верует в Аллаха.

199Это — то самое одурманивание присутствием религии, которой нет в жизни людей, пока они считают себя мусульманами и верующими в Аллаха! И это одурманивание будет длиться до тех пор, пока люди не пробудятся — если Аллах позволит им пробудиться!

200И я полагаю — а Аллах знает лучше, — что иудеев-сионистов и христиан-крестоносцев, обоих, постигло разочарование в этой религии в этом обширном исламском регионе — в Африке, Азии и Европе likewise. Они отчаялись отвратить людей здесь к безбожию по пути материалистических учений, как отчаялись они и отвратить их к другим религиям путём миссионерства или колониализма. Ибо человеческая фитра сама по себе отвергает безбожие и отказывается от него — даже среди многобожников, не говоря уже о мусульманах; а другие религии не осмеливаются штурмовать сердце, познавшее Ислам, или даже унаследовавшее Ислам!

201[стр. 134]

202И я полагаю — а Аллах знает лучше, — что именно из этого разочарования в этой религии иудеи и сионисты, христиане и крестоносцы отказались от открытого столкновения с Исламом — по пути коммунизма или по пути миссионерства — и обратились к способам более коварным и к сетям более лукавым... Они не отрицают религию целиком.. А затем, под этим обманным покровом, проводят в жизнь все проекты, которые рекомендовали миссионерские конгрессы и сионистские протоколы и которые они прежде не сумели осуществить в полной мере на долгой дистанции!

203Эти режимы и эти порядки поднимают знамя Ислама — или, по меньшей мере, объявляют о своём уважении к религии, — но они правят не по тому, что ниспослал Аллах; они изгоняют шариат Аллаха из жизни; дозволяют то, что запретил Аллах; распространяют материалистические воззрения и ценности о жизни и морали, разрушающие исламские воззрения и ценности; они направляют все аппараты воспитания и пропаганды на уничтожение исламских нравственных ценностей и на разгром религиозных воззрений и устремлений; они осуществляют то, что предписали конгрессы миссионеров и протоколы сионистов: вывести мусульманскую женщину на улицу и сделать её искушением для общества — во имя прогресса и цивилизации, во имя пользы труда и производства, — тогда как миллионы мужчин в этих краях остаются без дела, не находя работы! Они облегчают пути нравственного разложения и подталкивают оба пола к нему — трудом и воспитанием.. Всё это — при том, что они заявляют о своей приверженности Исламу и уважении к вероучению! А люди, одурманенные, живут в обществе, которое тоже считает себя мусульманским! Разве благонравные из них не молятся и не постятся? А что касается того, чтобы право власти принадлежало одному лишь Аллаху или же разрозненным господам, — вот от этого-то и скрыли от них крестоносчество и сионизм, миссионерство и колониализм, ориенталистика и направляемые органы пропаганды; они внушили им, что это не имеет отношения к религии, и что мусульмане могут оставаться мусульманами и верующими в Аллаха — при том, что вся их жизнь стоит на воззрениях, ценностях, законах и установлениях, которые не от этой религии!

204И в довершение обмана и совращения, и в довершение маскировки всемирного сионизма и «учёного» крестоносчества, они разжигают войны искусственные — холодные или горячие — и вражду искусственную во всевозможных видах между собой и этими режимами и порядками, которые они же воздвигли, которые они же обеспечивают материальной и моральной поддержкой, которые охраняют силами явными и скрытыми, и перья их разведывательных агентств они ставят на их прямую службу и охрану!

205И эти искусственные войны и искусственные враждебные кампании — из глубины обмана, чтобы отвести подозрение от тех, кто ведёт за них то, чего сами они не смогли добиться за три века или более: уничтожения ценностей и нравов, разгрома вероучений и воззрений, лишения мусульман в этом обширном крае их первого источника силы.. — а он состоит в том, чтобы их жизнь стояла на основе их религии и их шариата.. — и осуществления чудовищных планов, содержащихся в протоколах сионистов и резолюциях миссионеров, — без ведома надзирателей и соглядатаев!

206И если в этом крае остаётся остаток, не поддавшийся обману, не поддающийся одурманиванию во имя извращённой религии и во имя тех религиозных аппаратов, поставленных на службу искажению слова от его мест, на службу объявлению неверия Исламом, а распутства, нечестия и разложения — «развитием», «прогрессом» и «обновлением».. если остаётся такой остаток — на него обрушивается война сокрушающая, истребляющая; на него изливаются обвинения лживые, гнусные, и он сокрушается сокрушением полным — при том, что мировые агентства новостей и всемирные органы пропаганды глухи, немы и слепы!!!

207А тем временем благонравные простодушные мусульмане считают это борьбой личной или сектантской, не имеющей отношения к разгорающейся битве против этой религии, и с простодушным усердием — из тех, кого охватывает ревность за религию и за нравственность — занимаются указанием на мелкие отступления и мелкие порицаемые дела, полагая, что они сполна исполнили свой долг этими тихими возгласами...

208Пока религия целиком сокрушается и разрушается до основания, пока власть Аллаха узурпируется узурпаторами, пока тагут, в который им велено не веровать, правит жизнью людей целиком и в подробностях!

209Иудеи-сионисты и христиане-крестоносцы потирают руки от радости: план удался, обман прошёл — после того как они отчаялись покончить с этой религией открыто, во имя безбожия, или отвратить от неё людей во имя миссионерства, долгую пору времени.. Но надежда на Аллаха больше, а упование на эту религию глубже. Они хитрят — а Аллах лучше всех хитрящих. Он — Тот, Кто говорит: «Те, которые жили прежде, строили козни. Но у Аллаха все козни. Ему известен каждый труд каждой души. И неверующие узнают, для кого будет последний дом. Это — не ложь!» (Гафир: 44)... «Неужели они полагают, что Я не слышу их тайны и их заговоры? Конечно же! Мои посланники находятся перед ними и записывают» (аз-Зухруф: 80)... «И они хитрили, и Аллах хитрил, а Аллах — лучший из хитрящих» (Аль-Имран: 54)... «Не считай Аллаха нарушающим обещание, данное Его посланникам. Воистину, Аллах — Могущественный, Способный на возмездие» (Ибрахим: 47)..

210Что же касается противостояния доказательства творения и доказательства жизни скверне безбожия, то это противостояние сильное, и у безбожников нет перед ним ничего, кроме увиливания, софистики и изворачивания:

211Существование этой вселенной изначально, с этим её особым порядком, требует — по логике непорочной фитры и по логике сознающего разума в равной мере, — чтобы за ней стоял Творец, Устроитель..

212Ведь расстояние между бытием и небытием — расстояние, которое человеческое восприятие не может пересечь иначе, как через представление о божестве, которое порождает, творит, вызывает к бытию.

213Безбожники же обращаются к этой пропасти и пытаются заполнить её упрямством. Они говорят: нет нужды предполагать, что до бытия было небытие!.. Среди них есть философ, известный как философ «спиритуализма», защищавший его перед лицом «материализма». На этом основании некоторые обманутые из числа мусульман возвеличивали его и находили утешение в его словах о своей религии — как будто религии Аллаха нужна поддержка слова какого-то раба из рабов!.. Этот философ — Бергсон, иудей!!!

214Он говорит: этому космическому бытию не предшествовало небытие! А предположение бытия после небытия проистекает из природы человеческого ума, который не может мыслить иначе, как таким образом..

215Но на какую же, спрашивается, логику опирается тогда Бергсон в утверждении, что космическому бытию не предшествовало небытие?

216На разум? Нет. Ибо разум, как он сам признаёт, не может мыслить иначе, как бытие после небытия! На откровение от Аллаха? Этого он не заявляет — хотя и говорит, что интуиция суфиев всегда находила это, и что мы должны верить этой неизменной интуиции... Но где же третий источник, на который опирается Бергсон в утверждении, что космическому бытию не предшествовало небытие? Мы не знаем!

217Необходимо прибегнуть к представлению о Творце, который сотворил эту вселенную.. Необходимо прибегнуть к этому представлению, чтобы объяснить само существование вселенной.. Что же говорить, если дело обстоит так, что она существует не просто как существование, а существует управляемой законами, которые не дают сбоя, где всякая вещь рассчитана мерами, крайние пределы которых человеческие умы способны постичь лишь частично — после долгого размышления?!

218(1) Беглецы от церкви, которая давила на шеи рабов во имя «Бога», — все их помыслы в восемнадцатом и девятнадцатом веках были направлены на отрицание «Бога». Но «идеалисты» из них избрали «разум», чтобы отдать ему все свойства и атрибуты Аллаха, а «материалисты» из них избрали «природу», чтобы отдать ей эти свойства и атрибуты, — ибо ни тем, ни другим не было спасения от предположения чего-то сверх человеческих сил, на что можно возложить объяснение этого бытия и того, что в нём происходит. Просто они хотели отрицать Аллаха, чтобы освободиться от хватки церкви!!!

219Так же и возникновение этой жизни. Расстояние между нею и материей — каково бы ни было содержание понятия «материя», пусть даже это излучение, — невозможно объяснить иначе, как представлением о существовании божества Творца, Устроителя, Который творит вселенную в состоянии, допускающем возникновение в ней жизни, и допускающем её обеспечение также после её возникновения. А человеческая жизнь со своими поразительными свойствами — ступень выше просто жизни.. И происхождение её — из глины, то есть из материи этой земли и её рода; и необходима воля Устроителя, которая дарует ей жизнь и дарует ей свойства человека — намеренно и избирательно. И все попытки, предпринятые безбожниками для объяснения возникновения жизни, потерпели крах перед самим человеческим разумом. Последнее, что я читал в этой области, — попытка американского философа Дюрана сблизить тип движения в атоме — который он называет степенью жизни — с известным типом жизни у живых существ: отчаянное усилие заполнить пропасть между мёртвой материей и пульсирующей жизнью, с целью обойтись без божества, которое вдыхает жизнь в мёртвое!

220Но это отчаянное усилие не приносит ему и материалистам никакой пользы.. Ибо если жизнь — свойство, скрытое в материи, и нет за этой материей иной силы, обладающей волей, то что же заставляет жизнь, которая в космической материи, проявляться в степенях, одни из которых тоньше и сложнее других? Проявляться в атоме как простое механическое движение, лишённое сознания, затем проявляться в растении в органической форме, затем — в известных живых существах в органической форме ещё более сложной и запутанной?..

221Что заставило материю — содержащую в себе жизнь, как говорится, — брать одним своим частям из элемента жизни больше, чем другим, без направляющей воли? Что заставило жизнь, скрытую в материи, различаться в своих ступенях восхождения?!

222Мы понимаем это различие, когда признаём, что есть воля Устроителя, Которая творит это, избирая и желая. Но когда материя «живая» (допустим такое!) — одна сама по себе, тогда самому человеческому разуму невозможно понять и объяснить это различие!

223Исламское объяснение излияния жизни в её различных степенях — единственное решение этой загадки, которую не объясняют жалкие материалистические попытки!

224И поскольку мы в этих сеней не выходим за рамки коранического метода, мы не идём дальше этого в противостоянии скверне безбожия доводами творения, устроения и жизни.. Ведь Священный Коран не сделал вопросом своего вопроса существование Аллаха — ибо Аллах знает, что фитра отвергает эту скверну. Нет, вопрос — это вопрос единобожия Аллаха и утверждения Его власти в жизни раба; и это тот вопрос, к которому устремлена сура в этой волне, которую мы обозрели.

«Мы видим, как ты обращаешь своё лицо к небу, и Мы обратим тебя к кибле, которой ты будешь доволен» (аль-Бакара: 144)... «И где бы вы ни были, обращайте свои лица к ней» (аль-Бакара: 150)...

225عرو رم س — (мусор OCR, пропущено)

«И если бы Мы ниспослали тебе писание на бумаге, которого они коснулись бы своими руками, то неверующие сказали бы: „Это — всего лишь явное колдовство"» (аль-Ан'ам: 7).

«Они сказали: „Для чего ему не ниспосланы ангелы?" А если бы Мы ниспослали ангелов, то дело было бы уже решено, и они не получили бы отсрочки» (аль-Ан'ам: 8).

«Издевались и над посланниками до тебя, но тех, кто насмехался, постигло то, над чем они издевались» (аль-Ан'ам: 10). «Скажи: „Постранствуйте по земле и посмотрите, каков был конец тех, кто счёл истину ложью"» (аль-Ан'ам: 11).

226Это — следующая волна в начале суры, после первой волны с её широкими мазками.. Волна, которая затопила всю вселенную истиной бытия, явленной в творении небес и земли, в порождении мраков и света; затем в творении человека из вещества этой земли; в определении его срока, который завершается смертью; в сохранении тайны последнего срока, назначенного для воскресения; в ведении тайны людей и явного их, и того, что они приобретают втайне и открыто..

227Это бытие Божественное, которое являет себя в горизонтах и душах, — бытие единственное, единое; нет ничего подобного Ему, ибо нет творца, кроме Аллаха; и это бытие всеобъемлющее, ослепительное, покоряющее, перед которым неверие и отвращение от этих ниспосланных знамений выглядят отвратительными и безобразными..

228И затем сура показывает положение многобожников, которые противостоят исламскому призыву в тени этого всеобъемлющего, ослепительного, покоряющего бытия, — и это положение оказывается отвратительным и уродливым даже в глазах самих его носителей, которых этот Коран ставит лицом к лицу с этой истиной! Коран выигрывает битву в первом же раунде. Выигрывает её в глубинах человеческой фитры — вопреки их упрямству и их явному строптивому упорству!

229И в этой волне он рисует картину упорства и строптивости и противостоит ей то угрозой, то обращением сердец к местам гибели прежних обвинителей лжи, собирая в ней целый ряд потрясений и внушений — после первого потрясения, которое принесла с собой та широкая волна:

«Какое бы знамение из знамений твоего Господа ни приходило к ним, они отворачивались от него. Они сочли ложью истину, когда она пришла к ним, но скоро им сообщат весть о том, над чем они насмехались. Разве они не видели, сколько Мы погубили поколений до них? Мы наделили их властью на земле такой, какой не наделили вас. Мы ниспосылали на них обильные дожди и провели под ними реки. Но Мы погубили их за их грехи и создали после них другое поколение» (аль-Ан'ам: 4–6).

230Они занимают позицию отвращения из упрямства и строптивости. Им недостаёт не знамений, зовущих к вере, не примет, указывающих на правдивость призыва и призывающего, не доводов, красноречиво свидетельствующих о том, что стоит за призывом и призывающим: о божественности истинной, которой и призывают веровать и которой велено подчиняться.. Не этого им недостаёт — им недостаёт желания откликнуться; упрямство и настойчивость держат их за руки, а отвращение не даёт им смотреть и размышлять:

«Какое бы знамение из знамений твоего Господа ни приходило к ним, они отворачивались от него» (аль-Ан'ам: 4).

231И когда дело обстоит так — при изобилии доказательств, при непрерывном потоке знамений и ясности истин — угроза сокрушающей карой может произвести то потрясение, которое распахнёт окна фитры, когда с неё спадёт завеса высокомерия и упрямства:

«Они сочли ложью истину, когда она пришла к ним. Но скоро им сообщат весть о том, над чем они насмехались» (аль-Ан'ам: 5).

232Это — истина, пришедшая к ним от Творца небес и земли, Создателя мраков и света, Творца человека из глины; Бога в небесах и на земле, Который знает их тайну и явное их и знает, что они приобретают.. Это — истина, а они сочли её ложью, упорствуя в неверии, отвращаясь от знамений, насмехаясь над призывом к вере.. Так пусть же ждут они вести достоверной о том, над чем насмехались!

233И он оставляет их перед этой общей угрозой, которой они не знают ни рода, ни срока.. Оставляет их в ожидании, что в каждое мгновение

234[стр. 1183]

235И он указывает в этой угрозе их шеям, взорам, сердцам и членам — на места гибели прежних обвинителей лжи. А они знали некоторые из них: жилища адитов в аль-Ахкафе и самудитов в аль-Хиджре — их развалины ещё стояли, и арабы проезжали мимо них в зимнем походе на юг и в летнем походе на север; они проходили и мимо селений Лута и знали то, что рассказывали о них окрестные жители. И сура обращает их взор к этим местам гибели — а некоторые из них были рядом с ними:

«Разве они не видели, сколько Мы погубили поколений до них? Мы наделили их властью на земле такой, какой не наделили вас. Мы ниспосылали на них обильные дожди и провели под ними реки. Но Мы погибли их за их грехи и создали после них другое поколение» (аль-Ан'ам: 6).

236Разве они не видели мест гибели минувших поколений? Аллах даровал тем силу и власть, каких не было дано адресатам этого откровения — курейшитам — во всей Аравии; ниспосылал на них дождь за дождём, взращивая растения и плоды, и изливал на них обильные уделы. Потом они ушли, и земля унаследовала их; земля даже не заметила их ухода! Её унаследовали другие люди! Как же ничтожны обвинители лжи и отвратившиеся — даже обладатели силы и власти среди людей! Как ничтожны они пред Аллахом — и как ничтожны они пред этой землёй! Они были погублены и исчезли, а земля и не почувствовала пустоты и запустения: её заселил другой род, и земля пошла своим круговоротом, словно здесь и не было обитателей; и жизнь пошла своим движением, словно здесь и не было живых!

237Но они забывают.. Они забывают, что эта власть была дарована им лишь по воле Аллаха — чтобы испытать их: будут ли они верны завету Аллаха и Его условию — поклонению Ему одному и получению всего лишь от Него одного, — ведь именно Он — Обладатель власти, а они лишь наместники в ней? Или они сделают из себя тагутов, присваивающих права и свойства божественности и распоряжающихся вверенным им как господа, а не наместники?

238Это истина, которую забывают люди, когда Аллах даёт им власть, когда они отворачиваются от завета, лежащего на наместничестве, и идут наперекор сунне Аллаха — и им не даётся увидеть, каков конец этого пути, пока.. пока не придёт Книга к своему сроку и не исполнится обещание Аллаха.. Тогда концы бывают разными: одних Аллах берёт истребляющей карой — карой сверху или из-под ног, как случилось со многими народами; других Он берёт недородами и убылью душ и плодов, как тоже случалось с народами; третьих Он берёт тем, что одних из них заставляет вкусить силу других: они мучают друг друга, истребляют друг друга, губят друг друга, вредят друг другу, и перестают одни из них доверять другим — и ослабевает в конце концов их мощь; и Аллах направляет на них Своих рабов — праведных или нечестивых — которые подрывают их силу и вырывают их с корнем из того, чем они владели.. Так совершается круговорот сунны.. Блажен тот, кто познал эту сунну, кто понял, что это — испытание, и жил по завету Аллаха в том, в чём был наместником. А несчастен тот, кто забыл эту истину и вообразил, что власть дана ему за его знание, или за его хитрость, или просто так, без всякого промысла!

239И поистине, людей обманывает то, что они видят нечестивца тирана, или растленного распутника, или безбожного неверующего — властвующим на земле, не взятым Аллахом.. Но люди просто торопятся.. Они видят начало пути или его середину — и не видят конца пути.. А конец пути нельзя увидеть, пока он не наступил! Его можно увидеть лишь на местах гибели минувших — когда они уже стали преданиями.. А Коран

240[стр. 1184]

241показывает людям, живущим свою короткую жизнь, конец пути — и их обманывает то, что они видят в своей короткой жизни, и они принимают это за конец пути.

242Этот текст Корана: «Но Мы погибли их за их грехи» (аль-Ан'ам: 6) — утверждает истину, утверждает сунну и утверждает одну из сторон исламского истолкования событий истории.

243Он утверждает истину: грехи губят своих носителей, даже если отдельный человек не увидит этого в своей короткой жизни, а поколение — в своём ограниченном сроке. Но это — сунна, к которой приходит община, когда грехи расплодятся в ней и когда вся её жизнь будет построена на грехах.. И это же — часть исламского истолкования истории: гибель поколений и наследование их другими поколениями — среди причин этого и действие грехов в теле общины, и их влияние на создание состояния, которое завершается гибелью: либо внезапной карой от Аллаха, как бывало в древней истории, либо медленным, естественным, органическим разложением, которое ползёт по телу общины со временем, пока она всё глубже погружается в лабиринт грехов!

244А перед нами — в истории сравнительно недавней — достаточно свидетельств действия безнравственного разложения, повсеместной распущенности, превращения женщины в соблазн и украшение, роскоши и изнеженности, забавы благоденствием.. Перед нами достаточно свидетельств действия всего этого в гибели греков и римлян, ставших преданиями, — и в гибели, первые признаки которой уже явлены и конец которой маячит на горизонте, в современной общине, как во Франции и Англии, — вопреки внешней силе и широкому богатству.

245Материалистическое истолкование истории начисто вычёркивает эту сторону из своего объяснения этапов общины и событий истории, ибо его изначальная направленность — устранить из жизни нравственное начало и устранить мировоззренческое основание, на котором оно стоит.. Но это истолкование вынуждено впадать в смешные натяжки, объясняя события и этапы в жизни человечества, которые невозможно объяснить иначе, как на основе мировоззренческого основания.

246А исламское истолкование — со своей всеохватностью, серьёзностью, правдивостью и реалистичностью — не упускает влияния материальных факторов, которые материалистическое истолкование объявляет всем; но оно отводит им то место, которого они заслуживают на широком полотне жизни, и выдвигает на первый план другие действующие факторы, которые отвергают лишь люди толстокожего упрямства перед реальностями бытия.. Оно выдвигает предопределение Аллаха, стоящее за всем; выдвигает внутреннее изменение в сердцах, чувствах, убеждениях и воззрениях; выдвигает реальное поведение и нравственное начало.

247(1) См. главу «Метания и смятение» в книге «Ислам и проблемы цивилизации», а также главы «Свидетельство истории» и «Свидетельство двадцатого века» в книге «Развитие и застой в жизни человечества». Изд. Дар аш-Шурук.

248[стр. 1185]

249И оно не упускает ни одного из факторов, которыми совершается в жизни сунна Аллаха.

250Затем сура переходит к изображению природы упрямства, из которого рождается это отвращение, и рисует удивительный образ человеческих душ — а Коран рисует их во всех их состояниях, во всех их изгибах и во всех их связях. Это — образ души строптивой, которая вырывает истину у себя перед глазами и не видит её; которая отрицает то, что неотрицаемо, ибо оно столь ясно, что противнику было бы стыдно его отрицать — хотя бы из простой стыдливости! И Коран являет этот образ во всей наглядности в нескольких словах — по своему чудотворному, творческому способу выражения и изображения:

«И если бы Мы ниспослали тебе писание на бумаге, которого они коснулись бы своими руками, то неверующие сказали бы: „Это — всего лишь явное колдовство"» (аль-Ан'ам: 7).

251Не слабость довода в пользу правдивости знамений Аллаха заставляет их отворачиваться от этих знамений, ни его неясность, ни разноголосица разумов вокруг него. Нет — эту позицию занимает их грубая строптивость и толстокожее упрямство! Это — принципиальная настойчивость на отказе и отрицании, на том, чтобы вовсе не принимать довод в расчёт и даже не смотреть на него! Если бы Аллах Всевышний ниспослал Своему Посланнику ﷺ этот Коран не через откровение, которого они не видят, а на бумаге зримой, осязаемой, чувственной — и они сами коснулись бы этой бумаги своими руками, не со слов других и не просто увидев её глазами, — они и тогда не признали бы того, что видят

252…и сказали бы они с непреклонной уверенностью: «Это не что иное, как явное колдовство!» (аль-Анам: 7).

253И это — грубая, отвратительная картина, вызывающая омерзение, заставляющая каждого, кто её видит, негодовать! Картина, которая побуждает душу шагнуть вперёд и дать ей пощёчину! Ибо перед лицом таких упрямцев нет места ни доводу, ни спору, ни доказательству!

254А изображение её таким образом — а это картина, отражающая подлинную, многократно повторявшуюся реальность, — преследует две цели, а то и несколько:

255Во-первых, оно даёт самим противникам увидеть мерзкую, гнусную, постыдную суть их позиции — словно подносят зеркало к лицу человека…