аль-Араф (часть 2)#

1И ход суры делает ударение на напоминании и предостережении в своих заключительных остановках. Как и делает он ударение на точке отправления и на точке возвращения: народ Нуха, народ Худа, народ Салиха, народ Лута, народ Шуайба.. Затем он делает особое ударение на истории народа Мусы.

2И в этом вступлении к суре мы не можем не привести краткие образцы мест ударения в суре.

3Сура начинается так:

«Алиф. Лам. Мим. Сад. Ниспосано тебе Писание — пусть же не будет в твоей груди стеснения от него — дабы ты увещевал им и дабы оно было напоминанием для верующих. Следуйте за тем, что ниспосано вам от вашего Господа, и не берите помимо Него других покровителей. Как же мало вы поминаете назидание!» (аль-Араф: 1–3).

4С первой же минуты это — обращение к Посланнику Аллаха ﷺ и обращение к его народу, с которым он борется этим Кораном.. И всё, что следует затем в суре из историй, из описания долгого пути человечества и его возвращения по начертанному пути, и всё, что показывается из картин бытия и Дня воскресения — всё это обращение, прямое или порой косвенное, к нему, ﷺ, и к его народу — для предостережения и напоминания, как указывает на это это краткое вступление.

5И слова Аллаха, слава Ему, Своему Посланнику ﷺ:

«Ниспосано тебе Писание — пусть же не будет в твоей груди стеснения от него» (аль-Араф: 2)

6— рисуют положение реальное, которое сегодня не может постичь никто, кроме того, кто живёт в джахилии и призывает к Исламу, и знает, что он замышляет дело огромное и тяжкое, за которым — великие трудности.. Он замышляет воздвигнуть вероучение и воззрение, ценности и весы, порядки и состояния, совершенно отличные от всего, что есть в мире людей. И он находит в душах осадок джахилии, в умах — представления джахилии, в жизни — обычаи джахилии, в порядках и нервах — её давление — такое, что слово истины, которое он несёт, ощущается им как чуждое среде, тяжкое для душ, отвергаемое сердцами. Слово, несущее издержки, соответствующие тому полному перевороту всего, что люди знают в своей джахилии из представлений и идей, ценностей и весов, законов и установлений, обычаев и традиций, порядков и связей.. И оттого и возникло в его груди это стеснение от противостояния людям с той тяжкой истиной — то стеснение, от которого Аллах, слава Ему, избавляет Своего Пророка ﷺ: чтобы не было в его груди ничего от этого Писания, и чтобы он нёс его, увещевая и напоминая, и не заботился о том удивлении и отвержении, с которым встречают слово истины, — и о сопротивлении, войне и тяготах тоже.

7А поскольку дело обстоит так — столь тяжко, столь чуждо, столь сопряжено с сопротивлением этому полному, всеобъемлющему изменению, которое замышляет это вероучение в жизни людей и их представлениях, — ход суры спешит устрашить народ сокрушающей угрозой, напомнить им участь прежних и показать им гибель давних — в общем виде, прежде чем приступить к подробным рассказам о них в их местах в суре:

«Сколько селений Мы погубили! Наказание Наше постигало их ночью и во время послеполуденного отдыха. Когда же наказание Наше постигало их, они могли лишь сказать: „Воистину, мы были несправедливы"» (аль-Араф: 4–5).

8...поскольку религия была ниспослана им через посланников. «Мы непременно расскажем им обо всем со знанием, и Мы не отсутствовали. Весы в тот день будут истинными. Те, чьи весы будут тяжелы, обретут успех. А те, чьи весы будут легки, потеряют самих себя, поскольку они были несправедливы к Нашим знамениям».. [стр. 13:9]

9После этого вступления начинается рассказ.. Он начинается с разговора о том, что род человеческий был утверждён на земле.. о том, что Аллах вложил в этот мироздание свойства и соответствия, позволяющие этому роду жить и утвердиться на земле. И о том, что Аллах вложил в сам этот род свойства и соответствия, согласующиеся с мирозданием; и способность познавать его законы и использовать их; и извлекать пользу из его энергий, и его запасов, и его накоплений, и его пропитания:

«Мы утвердили вас на земле и устроили для вас там средства к жизни. Но мало вы благодарны!» (аль-А'раф: 10).

10Но это лишь подготовка к изложению рассказа о первом сотворении.. к изображению той точки отправления, с которой человечество начало свой предначертанный путь. Контекст суры сосредоточен именно на этой точке, излагает рассказ о первом сотворении и делает его также точкой для увещевания и напоминания, питающихся теми назиданиями и глубокими впечатлениями, что несут в себе его сцены и события:

«Мы сотворили вас, потом придали вам облик, а затем сказали ангелам: «Падите ниц перед Адамом!» Они пали ниц, и только Иблис не был в числе павших ниц. Он сказал: «Что помешало тебе пасть ниц, когда Я приказал тебе?» Он сказал: «Я лучше него. Ты сотворил меня из огня, а его — из глины». Он сказал: «Низвергнись отсюда! Негоже тебе превозноситься здесь. Изыди! Отныне ты — один из униженных». Он сказал: «Предоставь мне отсрочку до дня их воскрешения». Он сказал: «Я предоставляю тебе отсрочку». Он сказал: «За то, что Ты совратил меня, я непременно засяду поджидать их на Твоем прямом пути. Затем я буду подходить к ним спереди и сзади, справа и слева, и Ты не найдешь большинства из них благодарными». Он сказал: «Изыди отсюда презренным и отверженным! А если кто из них последует за тобой, то Я заполню Геенну всеми вами. О Адам! Поселись в Раю вместе со своей супругой и еьте там вдоволь, где пожелаете, но не приближайтесь к этому дереву, иначе окажетесь одними из беззаконников». Но сатана стал наущать их, чтобы показать им срамные места, которые были скрыты от них. Он сказал: «Ваш Господь запретил вам это дерево только для того, чтобы вы не стали ангелами или бессмертными». Он поклялся им: «Воистину, я — искренний доброжелатель». Он низвел их (впадение в грех) обманом. Когда они вкусили от этого дерева, их срамные места стали видны, и они стали прилеплять на себя листья Рая. Господь их воззвал к ним: «Разве Я не запретил вам это дерево и не сказал вам, что сатана для вас — явный враг?» Они сказали: «Господь наш! Мы поступили несправедливо по отношению к себе, и если Ты не простишь нас и не смилостивишься над нами, то мы окажемся одними из потерпевших урон». Он сказал: «Низвергнитесь и будьте врагами друг другу! Для вас на земле есть обитель и пользование до определенного срока». Он сказал: «На ней вы будете жить, на ней будете умирать и из нее будете выведены» (аль-А'раф: 11–25).

11И в этой сцене отправления определяется судьба всего пути и судьбы обоих родителей рода человеческого.. И вырисовываются авангарды великой битвы, которая не утихает ни на мгновение на протяжении всего пути, между этим врагом, открыто объявившим вражду, и всеми сынами Адама. Как вырисовываются и точки слабости в человеческом существе вообще, и лазейки сатаны к нему через них.

12И потому контекст делает из этой сцены повод для долгого последующего увещевания и предостережения.. предостережения сынов Адама тем, что произошло с их отцом от этого заклятого врага.. И в тени этой сцены, где сатана стоит лицом к лицу с Адамом и его супругой — родителями людей, и в тень того итога, к которому привёл первый раунд битвы, контекст обращается с речью к сынам Адама: напоминает им и увещевает их, и предостерегает их от такой же участи:

«О сыны Адама! Мы ниспослали вам одеяние для прикрытия ваших срамных мест и украшения. А одеяние богобоязненности — лучше. Таковы знамения Аллаха, — быть может, они помянут. О сыны Адама! Не позволяйте сатане совратить вас, подобно тому, как он вывел из Рая ваших родителей. Он сорвал с них одежды, чтобы показать им их срамные места. Воистину, он и его сородичи видят вас оттуда, где вы их не видите. Воистину, Мы сделали дьяволов покровителями тех, которые не веруют» (аль-А'раф: 26–27).

«О сыны Адама! Если к вам придут посланники из вашей среды, читая вам Мои знамения, то те, которые уверовали и поступали праведно, не познают страха и не будут опечалены. А те, которые сочли ложью Наши знамения и превознеслись над ними, станут обитателями Огня и пребудут там вечно» (аль-А'раф: 35–36).

13И непременно нужно заметить, что сцена наготы после совершения запрета, и прикрытие листьями Рая, и затем это последующее напоминание сынам Адама о милости Аллаха, ниспославшего одеяние, которое скрывает их срамные места, и украшения, которыми они украшаются, и предостережение их от искушения сатаной, который сорвёт с них их одежды и украшения, как сорвал с их родителей.. непременно нужно заметить, что упоминание этого эпизода из рассказа и последующее его комментирование таким образом обращено к реальному положению в арабском многобожническом джахилийском обществе, где люди под гнётом определённых преданий и обычаев совершали обход вокруг Дома нагими, запрещали себе некоторые виды одежд и некоторые виды пищи в период хаджа и утверждали, что это — от закона Аллаха, и что Аллах запретил им то, что они запрещают самим себе.. И потому в изложении рассказа о человечестве и в комментировании его присутствует то, что соответствует этому реальному положению джахилии.. и всякой джахилии в действительности.. Разве не признак всякой джахилии — обнажение и обнажённость, и скудность стыдливости перед Аллахом, и скудность богобоязненности?

14И это указывает нам на одну из особенностей коранического метода, достойную размышления.. Ведь даже рассказы в Коране излагаются лишь в противостоянии реально существующему положению. И поскольку он каждый раз противостоит определённому положению, то истина, о которой он напоминает, и эпизод, который он излагает в том или ином месте, излагаются в меру того реального положения, которому текст противостоит в тот момент, и в его атмосфере. И это, в дополнение к тому, что мы сказали о кораническом методе при ознакомлении с сурой аль-Ан'ам в седьмой части, становится важным основанием.. оно состоит в том, что коранический метод не излагает ничего, чего не требует реально существующее положение.. Он не знает накопления знаний впрок до момента возникновения практической потребности в них.

15А теперь — прежде чем караван двинется в путь, прежде чем посланники встретятся с событиями, прежде чем контекст изложит, как убеждение двигалось вместе с человеческой историей после Адама и его супруги и их первого испытания.. теперь мы спешим изобразить сцену конца, конца великого этапа, — тем преобладающим в Коране способом, когда путь излагается в обоих своих отрезках: в обители испытания и в обители воздаяния, словно это единый непрерывный путь.

16И здесь мы встречаем самую длинную из сцен Воскресения, самую подробную, самую богатую подробностями и диалогами.. Её место в суре — после рассказа об Адаме и его выходе из Рая через совращение Иблисом его и его супруги, и после предостережения Аллахом сынов Адама, чтобы сатана не совратил их, как вывел их родителя из Рая, и после сообщения им, что Он пошлёт к ним посланников, которые будут читать им Его знамения. Её место также определяется тем, что она ставится как подтверждение того, с чем увещевают те посланники. И вот — те, кто подчинился сатане, лишились возвращения в Рай и были совращены от него, как сатана вывел их родителей из него; а те, кто воспротивился сатане и подчинился Аллаху, были возвращены в Рай, и им было возвещено: «Это — тот Рай, который вы унаследовали за то, что совершали».. И вернулись изгнанники в обитель блаженства!..

17Сцена эта длинна, и я не считаю возможным приводить её здесь целиком в этом общем ознакомлении; она встретится нам далее во всех подробностях. [стр. 13:8]

18...и требуют чудес для подтверждения его — от дурной участи:

«Мы уже принесли им Книгу, которую изложили подробно, со знанием, как верное руководство и милость для верующих людей. Неужели они ждут чего-либо, кроме его истинного смысла (Конца света)? В день, когда его истинный смысл наступит, те, которые прежде забыли о нем, скажут: «Посланники нашего Господа приходили с истиной. Неужели у нас есть заступники, которые заступились бы за нас? Или же мы будем возвращены и станем совершать не то, что совершали прежде?». Они потеряли самих себя, и покинуло их то, что они измышляли» (аль-А'раф: 52–53).

19А после этого широкого по просторам пути контекст возвращается к началу, чтобы прокомментировать его через «истинность божественности» и «истинность господства» в картинах мироздания, свидетельствующих об этой истинности, — тем кораническим способом, когда всё это мироздание превращается в свидетеля этой истинности через её следствия, глубоко воздействующие на человеческое сердце, когда оно встречает их просветлённым чувством

20(1) [стр. 100–12029]

21и озарённым разумением. И цель этого пути в картинах мироздания и его тайнах — прояснить основную истины убеждения: она состоит в том, что всё это мироздание в совокупности своей исповедует поклонение одному лишь Аллаху: Аллах — его Господь и его Правитель. И потому человеку более всего подобает не быть фальшивой нотой в верующей гармонии бытия и не выходить из поклонения Господу этого мироздания, которому принадлежит творение и власть. Он — Господь миров.

«Ваш Господь — Аллах, Который сотворил небеса и землю за шесть дней, а затем вознесся на Трон (Истава). Он покрывает ночью день, который поспешно за ней следует. Солнце, луна и звезды подчинены Его воле. Несомненно, Он творит и повелевает. Благословен Аллах, Господь миров! Взывайте к вашему Господу смиренно и тайно. Воистину, Он не любит преступников. Не распространяйте нечестия на земле после того, как она приведена в порядок. Взывайте к Нему со страхом и надеждой. Воистину, милость Аллаха близка к творящим добро. Он — Тот, Кто посылает ветры добрыми вестниками Своей милости. Когда же они приносят тяжелые облака, Мы гоним их к мертвой земле, проливаем воду и взращиваем посредством нее всевозможные плоды. Так Мы воскрешаем мертвых. Быть может, вы помяните назидание. Хорошая земля дает хорошие растения по воле своего Господа, а плохая земля дает лишь скудные растения. Так Мы разъясняем знамения для благодарных людей» (аль-А'раф: 54–58).

22И теперь путь продолжается, и рассказ течёт, и выступает благородный человеческий светоч, взывающий к заблудшему человечеству: напоминает ему и возвещает о том, что его ждёт дурная участь. А заблудшее человечество увиливает и упрямствует: встречает добрый призыв упрямством и мятежом, а затем — тиранией и насилием.. И Аллах Всеблагой принимает битву после того, как посланники выполнят свой долг напоминания и увещевания: они встречают от своих народов обвинение во лжи и отворачивание, затем насилие и притеснение. И после того как они отделятся от своих народов в вопросе убеждения и станут поклоняться одному Аллаху и взывать к Нему одному во всём..

23И контекст излагает рассказ о Нухе, рассказ о Худе, рассказ о Салихе, рассказ о Луте, рассказ о Шуайбе.. вместе с их народами, которые говорят им: «О мой народ! Поклоняйтесь Аллаху, ибо нет у вас иного божества, кроме Него».. И их народы препираются с ними, обвиняя Аллаха Всеблагого в божественности, и негодуют оттого, что божественность принадлежит Ему одному, и оттого, что избран на посланничество человек из числа людей! И некоторые из них препираются о том, чтобы религия касалась дел земной жизни и вмешивалась в финансовые и торговые сделки! — точно так же, как сегодняшняя современная джахилия пытается поднять этот же самый вопрос после десятков веков, называя это древнее джахилийское препирательство «освобождением» и «прогрессивностью»! И контекст излагает участи обвинивших во лжи, в конце каждого рассказа.

24И при прослеживании всего хода рассказов в суре замечаешь, что каждый посланник говорит своему народу одно слово: «О мой народ! Поклоняйтесь Аллаху, ибо нет у вас иного божества, кроме Него». И он предлагает им истину, которую его Господь поручил ему хранить, — как предлагает искренний, преданный доброжелатель, тревожащийся за свой народ тем, что он видит из грозящей ему погибели, тогда как они о ней не ведают. Но они не принимают совета своего посланника, не размышляют о последствиях своего дела и не ощущают глубины искренности, которую несёт сердце посланника, и глубины отрешённости от всякой корысти и жажды власти.

25И уместно привести здесь то, что передано из рассказа о Нухе — первом из рассказов — и из рассказа о Шуайбе, последнего в этой серии рассказов, после которой контекст останавливается для комментария:

«Мы отправили Нуха (Ноя) к его народу, и он сказал: «О мой народ! Поклоняйтесь Аллаху, ибо нет у вас иного божества, кроме Него. Я боюсь, что вас постигнут мучения в Великий день». Знать из его народа сказала: «Мы видим, что ты находишься в очевидном заблуждении». Он сказал: «О мой народ! Я не заблуждаюсь. Напротив, я — посланник Господа миров. Я доношу до вас послания моего Господа и искренне желаю вам добра. Я знаю от Аллаха то, чего вы не знаете. Неужели вы удивились тому, что напоминание от вашего Господа дошло до вас через мужчину из вашей среды, чтобы он мог предостеречь вас и чтобы вы стали богобоязненны? Тогда, быть может, вы будете помилованы». Но они сочли его лжецом. Мы спасли его и тех, кто был с ним, в ковчеге, а тех, кто отверг Наши знамения, потопили. Воистину, они были слепыми людьми» (аль-А'раф: 59–64).

«А в Мадьяне (Мы послали) их брата Шуайба. Он сказал: «О мой народ! Поклоняйтесь Аллаху, ибо нет у вас иного божества, кроме Него. Вам явилось ясное знамение от вашего Господа. Соблюдайте меру и вес справедливо, не придерживайте имущества людей и не распространяйте нечестия на земле после того, как на ней установлен порядок. Так будет лучше для вас, если вы являетесь верующими. Не садитесь на каждой дороге, угрожая и сбивая с пути Аллаха тех, кто уверовал в Него, и пытаясь исказить его. Помните, как вас было мало, а как Он приумножил вас. Посмотрите же, каков был конец распространявших нечестие! Если часть из вас уверовала в то, с чем я отправлен, а часть не уверовала, то

26…пока Аллах не рассудит между нами, — ведь Он — Наилучший из судий» (аль-Араф: 87).

27Знать из его народа, которая возгордилась, сказала: «Мы непременно изгоним тебя, о Шуайб, и тех, кто уверовал вместе с тобой, из нашего селения, или же вы вернётесь в нашу религию». Он сказал: «Неужели даже против нашей воли? Мы возвели бы на Аллаха ложь, если бы вернулись в вашу религию после того, как Аллах избавил нас от неё. Не бывать нам в ней снова, если только не пожелает того Аллах, Господь наш. Объял знанием нашего Господа всё. На Аллаха мы уповаем. Господь наш, рассуди между нами и нашим народом по истине, ведь Ты — Наилучший из решающих» (аль-Араф: 88–89).

28И знать из его народа, которая не уверовала, сказала: «Если вы последуете за Шуайбом, то непременно окажетесь среди потерпевших урон». Их поразило землетрясение, и утром они лежали безжизненными в своих домах, будто никогда там и не жили. Те, кто счёл лжецом Шуайба, сами оказались потерпевшими урон (аль-Араф: 90–92).

29И он отвернулся от них и сказал: «О народ мой! Я донёс до вас послания моего Господа и искренне наставлял вас. Как же мне скорбеть о людях неверных?» (аль-Араф: 93).

30Вот эти два образца — и все остальные истории между ними — едины: будь то в изображении сути вероучения, с которым пришли посланники — все до единого — к детям Адама, каждый пророк к своему народу, или в том, как эту истину воспринимают возгордившаяся знать и слабые последователи, или в ясности этого вероучения и его определённости в душах посланников и их приверженцев, или же в размежевании посланников с их народами, когда им становится окончательно ясно упорство последних и их последнее упрямство, — и затем в управлении предопределением: возмездии клеветникам после того, как посланники размежевались с ними, покончили с увещеванием и напоминанием, — и в упорстве клеветников, настаивающих на своём.

31И здесь повествование делает остановку ради назидания, в котором раскрывается сунна Аллаха — образ действия Его могущества с людьми, когда к ним приходит послание, а они объявляют его ложью.

32Он пробуждает их сердца, напоминая об опасности, которая подстерегает их посреди беспечности. Кто знает их, что предопределение Аллаха уже сторожит их и творит над ними ту самую сунну? Разве не вразумит их участь погибших народов, которые ведь тоже жили спокойно в своих жилищах?

«И Мы не посылали в какое-либо селение пророка, иначе как хватая его жителей бедствием и невзгодой, чтобы они смирились. Потом, когда они были в достатке и благоденствии, они говорили: "И отцов наших касались и невзгоды, и радости!" — и Мы схватили их внезапно, когда они даже не ощущали» (аль-Араф: 94–95).

«Если бы жители селений уверовали и стали богобоязненными, Мы открыли бы им благословения неба и земли. Но они сочли ложью, и Мы схватили их за то, что они приобретали. Неужели жители селений уверены, что Наша мощь постигнет их ночью, когда они спят? Или уверены, что Она постигнет их днём, когда они играют? Неужели они чувствуют себя в безопасности от хитрости Аллаха? От хитрости Аллаха не чувствует себя в безопасности лишь народ, терпящий урон» (аль-Араф: 96–99).

«Разве не стало ясно тем, кто наследует землю после её жителей, что стоит Нам пожелать — Мы поразим их за их грехи и запечатаем их сердца, и они не станут слышать? Это те селения, истории о которых Мы повествуем тебе. К ним приходили их посланники с ясными доводами, но они не могли уверовать в то, что прежде объявляли ложью. Так Аллах запечатывает сердца неверующих. И Мы не находили у большинства из них верности завету — Мы нашли большинство из них нечестивыми» (аль-Араф: 100–102).

33После этого повествование разворачивает историю Мусы — с фараоном и знатью его, и с его народом, сынами Исраиля; и эта история занимает самую большую площадь, какую занимал какой-либо рассказ в коранической суре; она являет собой множество эпизодов; и повествование останавливается у некоторых из них для назидания, как останавливается у её конца для долгого назидания — до самого конца суры.

34Эпизоды из истории Мусы, да будет мир над ним, приходили и прежде — согласно порядку ниспослания — в сурах «аль-Муззаммиль», «аль-Фаджр» и «аль-Камар», но это были краткие указания. И вот первая сура после тех сур, где эти длинные эпизоды разворачиваются на широкой сцене.

35В неё вошли: столкновение Мусы с фараоном лицом к лицу вокруг сути вероучения; эпизод состязания и колдовства — оба они многократно повторяются в других сурах; эпизод притеснения фараоном сынов Исраиля и ниспослания потопа, саранчи, вшей, жаб и крови — подробно изложенного только в этой суре; эпизод потопления фараона и знати из его народа… Затем повествование продолжает идти рядом с сынами Исраиля: их требование к Мусе сделать им божество — идола; эпизод назначенного ему срока встречи с Господом, его просьбы узреть Его, рассыпания горы и потрясения, ниспослания скрижалей; эпизод поклонения его народа тельцу в его отсутствие; эпизод их слов «мы не уверуем в тебя, пока не увидим Аллаха воочию»; эпизод их ослушания при входе в селение и ловле рыбы в день субботы; эпизод воздвижения горы над ними, словно навеса… И всё это изложено широко и подробно, так что история занимает целый джуз суры.

36И в одной из сцен этой истории повествование вводит Последнее пророческое послание, описывая его природу и его суть. Это происходит, когда Муса, да будет мир над ним, обращается к своему Господу о тех из его народа, кого поразил удар [молнии], и молит о милости Всевышнего — так, что здесь переплетаются сюжеты ради осуществления назидательной цели, которую Коран действительно проводит через своё повествование.

«И избрал Муса из своего народа семьдесят мужей для Нашей назначенной встречи. Когда же их охватило сотрясение, он сказал: "Господи! Если бы Ты пожелал, Ты погубил бы их прежде, и меня. Неужели Ты погубишь нас за то, что натворили глупцы из нас? Это ведь лишь Твоё искушение: Ты вводишь им в заблуждение кого пожелаешь и ведёшь прямым путём кого пожелаешь. Ты — наш Покровитель. Прости же нас и помилуй, ведь Ты — Наилучший из прощающих. Предпиши нам добро в этой жизни и в последующей, ибо мы обратились к Тебе"» (аль-Араф: 155–156).

«Он сказал: "Моим наказанием Я поражаю того, кого пожелаю, а Моя милость объемлет всякую вещь. Я предопишу её тем, кто богобоязнен и выплачивает закят, кто верует в Наши знамения, — тем, кто следует за посланником, пророком из простецов, которого они находят записанным у себя в Тауре (Торе) и Инджиле (Евангелии): он велит им одобряемое и удерживает от предосудительного, объявляет им дозволенными благие вещи и запрещает скверные, снимает с них бремя и оковы, что лежали на них"» (аль-Араф: 156–157).

37В тени этой правдивой вести от Аллаха и этого раннего обещания о посланнике из числа простецов Аллах велит Пророку возвестить природу его миссии, суть его призыва и суть Господа, Который его направил, — единый мировоззренческий первоисточник, с которым пришли все посланники до него:

«Скажи: "О люди! Я — посланник Аллаха ко всем вам, [посланник] Того, Кому принадлежит власть над небесами и землёй. Нет божества, кроме Него: Он дарует жизнь и умерщвляет. Уверуйте же в Аллаха и Его посланника, простеца-пророка, который уверовал в Аллаха и Его слова. Следуйте же за ним, — быть может, вы пойдёте прямым путём"» (аль-Араф: 158).

«И вот Господь твой извлёк из чресл детей Адама их потомство и заставил их засвидетельствовать самим себе: "Разве Я не ваш Господь?" Они сказали: "Да, мы свидетельствуем", — чтобы вы не сказали в День воскресения: "Мы не придавали этому значения", или чтобы не сказали: "Наши отцы были многобожниками прежде, а мы были потомками после них. Неужели Ты погубишь нас за то, что делали лжецы?"» (аль-Араф: 172–173).

38После этого повествование предлагает назидания разнообразные; в одном из них — сразу вслед за сценой фитры-завета — рисуется сцена того, кому Аллах даровал Свои знамения, а он отбросил их, подобно сынам Исраиля, подобно каждому, кому Аллах дал Свои знамения, а он сходит с них! И эта сцена напоминает нам свой облик, своё движение, свой ритм — и назидание о ней звучит так же, как сцены суры «аль-Ан'ам»:

«Прочти им весть о том, кому Мы даровали Наши знамения: он отбросил их, и последовал за ним сатана, и стал он одним из заблудших. Если бы Мы пожелали, Мы возвысили бы его посредством них, но он склонился к земле и последовал за своей страстью. Он подобен псу: гонись ли ты за ним или оставь его в покое — он высунет язык. Таков пример людей, которые считали ложью Наши знамения. Повествуй же эти истории — быть может, они задумаются. Как скверен пример тех людей, которые считали ложью Наши знамения и были несправедливы к самим себе! Кого ведёт Аллах, тот идёт прямым путём, а кого вводит Он в заблуждение — те терпят урон» (аль-Араф: 175–178).

«Мы создали для геенны многих из джиннов и людей: у них сердца, которыми они не разумеют, глаза, которыми они не видят, и уши, которыми они не слышат. Они — словно скот, нет, ещё дальше с пути. Именно они — беспечные» (аль-Араф: 179).

39Затем повествование говорит о вопросах вероучения прямо и открыто. И вместе с этим разговором приводит выразительные картины: из зримого мироздания, из предостережения мощью Аллаха и Его возмездием, из состояний сердец — чтобы люди размышляли и вдумывались в дело Посланника и его миссию…

«У Аллаха — прекраснейшие имена: взывайте же к Нему посредством них и оставьте тех, кто искажает Его имена. Им будет воздано за то, что они совершали. Среди тех, кого Мы создали, есть община, которая ведёт по истине и вершит по ней суд. А тем, которые считали ложью Наши знамения, Мы дадим отсрочку так, что они даже не узнают об этом. Я даю им отсрочку, ведь хитрость Моя крепка. Неужели они не размышляют? Их спутник не одержим джинном: он лишь ясный увещеватель. Неужели они не взглянут на владычество небес и земли и на то, что создал Аллах из всякой вещи, и [не подумают], что, быть может, их срок уже приблизился? Какому же слову после этого они поверят? Кого сбивает с пути Аллах, тому нет ведущего, и оставляет Он их блуждать слепо в их нечестии» (аль-Араф: 180–186).

40Затем Аллах велит Своему посланнику — да благословит его Аллах и приветствует — разъяснить людям природу послания и границы посланника в нём. Это по поводу их вопроса ему об определении срока Судного дня, которым он устрашает их:

«Они спрашивают тебя о Часе: "Когда он настанет?" Скажи: "Воистину, знание о нём — у моего Господа; только Он откроет его время. Он отягчён для небес и земли: придёт он к вам лишь внезапно". Спрашивают тебя так, будто ты сам осведомлён о нём. Скажи: "Знание о нём — только у Аллаха, но большинство людей не знает этого". Скажи: "Я не властен принести себе ни пользу, ни вред, если того не пожелает Аллах. Знай я сокровенное, я умножил бы себе блага, и зло не коснулось бы меня. Я — всего лишь увещеватель и добрый вестник людям верующим"» (аль-Араф: 187–188).

41Затем рисуется, как отклоняется душа — та, с которой Аллах взял завет, о котором сказано выше, — от единобожия, подтверждённого её фитрой; как отвергает она представления многобожия и его предметы поклонения; и в конце этого раздела Посланник, да благословит его Аллах и приветствует, направляется к вызову им и вызову бессильной толпе их приверженцев:

«Скажи: "Взовите ваших сотоварищей, потом замышляйте против меня и не давайте мне отсрочки. Воистину, мой покровитель — Аллах, ниспославший Писание; Он покровительствует праведным. А те, к кому вы взываете вместо Него, не властны помочь вам, ни даже самим себе помочь. Если призовёте вы их к прямому пути — они не услышат; и видишь ты, как смотрят они на тебя, но не видят"» (аль-Араф: 195–198).

42Отсюда и до конца суры повествование обращается в речь к Посланнику Аллаха — да благословит его Аллах и приветствует, — как её начало было речью к нему: как обращаться ему с людьми? Как жить этим призывом? Как искать опоры против тягот пути? Как сдерживать гнев, когда страдаешь от людских душ и их козней? Как слушать этот Коран — ему и верующим вместе с ним? Как поминать своего Господа и пребывать соединённым с Ним — так, как поминает Его Тот, кто у Него, в вышних чертогах Всевышнего:

«Возьми за правило прощение, побуждай к доброму и отворачивайся от невежд. Если дьявол станет подстрекать тебя, ищи защиты у Аллаха: ведь Он — Слышащий, Знающий. Воистину, богобоязненные, когда касается их наваждение от сатаны, вспоминают — и вот они зрячи. А братья их подталкивают их к заблуждению и не прекращают этого. Когда же приходит к ним знамение, они говорят: "Мы не уверуем, пока нам не будет даровано то же, что дано посланникам Аллаха". Аллаху лучше знать, кому вручить Его послание.. Скажи: "Я лишь следую тому, что внушено мне от моего Господа. Это — ясные доводы от вашего Господа, верное руководство и милость для людей верующих". Когда читается Коран, слушайте его и внимайте молча, — быть может, вас помилуют. И поминай Господа твоего в душе своей со смирением и трепетом и не громкими словами — поутру и перед закатом, — и не будь из беспечных. Воистину, те, что у Господа твоего, не превозносятся над служением Ему: они восхваляют Его и падают ниц пред Ним» (аль-Араф: 199–206).

43Быть может, этот краткий очерк и эти многочисленные выдержки из суры позволят увидеть её особые черты и отличить её от сестры её — суры «аль-Ан'ам» — по этим самым чертам и по методу изложения при единой теме разработки.. теме вероучения. Всякое подробное толкование текстов и всякая детализация несомой ими темы отложены нами до развёрнутых встреч…

44И вот мы продолжаем путь с благословения Аллаха.

«...у кого весы окажутся тяжелы, те — обретшие спасение; а у кого весы окажутся легки, те — потерпевшие урон в самих себе» (Сура «Аль-Араф»: 8–9)..

45[фрагмент] ...не может быть, чтобы за этими буквами и словами не крылось иного сокровенного смысла.. и именно такого взгляда мы держимся сами...

46И на этом основании справедливо утверждать, что «Алиф. Лам. Мим. Сад.» — зачин, разъяснение которого: «Писание ниспослано тебе»..

47то есть что эти буквы и то, что из них составлено, — и есть Писание.. Равно справедливо и такое понимание: «Алиф. Лам. Мим. Сад.» — лишь указание, привлекающее внимание к тому смыслу, который мы сочли более верным, а «Писание» — сказуемое при опущенном подлежащем, в смысловом значении: «он — Писание», или «это — Писание».

«Писание ниспослано тебе. Да не будет в твоей груди стеснения от него, — чтобы ты предостерегал им и чтобы оно было назиданием для верующих» (Сура «Аль-Араф»: 2) ..

48Писание, ниспосланное тебе, — чтобы предостерегать им и напоминать.. Писание, которым надлежит провозглашать истину и заставлять людей слышать то, что им неприятно; противостоять убеждениям, традициям и привязанностям; идти наперерез порядкам, укладам и сообществам. Тягот на этом пути много, и миссия предостережения этим Писанием стоит в полный рост.. Постичь это — как мы уже сказали, характеризуя суру, — способен лишь тот, кто займёт перед этим Писанием ту самую позицию; ведь иначе кто станет терпеть эту муку провозглашения? Кто станет стремиться к полному, всеобъемлющему изменению устоев человеческой жизни — её корней и её проявлений, её стволов и её ветвей? Не к тому ли стремился носитель этого Писания в первый раз — Посланник Аллаха ﷺ, — когда вышел с ним против всесильной джахилии — на Аравийском полуострове и по всей земле?

49(*) стр. 38, том первый.

50(*) стр. 54, том третий.

51Эта позиция не ограничивается тем, что происходило при первом послании...

52Ислам — не исторический эпизод, случившийся однажды, после которого история пошла дальше и оставила его позади!.. Ислам — вечный долг человечества вплоть до Дня воскресения.. Он выходит ему навстречу, как выходил в первый раз, всякий раз, когда оно сбивается с пути и откатывается туда, где стояло в первый раз!.. Человечество время от времени впадает в регресс и возвращается в свою джахилию — и вот она, жалкая, презренная «реакция» — и тогда ислам вновь выдвигается вперёд, чтобы исполнить свою роль и вырвать человечество из этой «реакции» снова; взять его за руку на путь движения и цивилизации; а носителю его призыва, предостерегающему его Писанием, выпадает та же тягота, что выпала первому призывателю ﷺ, когда тот обращался к человечеству, покорно отдавшемуся откату в джахилию, оцепеневшему во мраке её! Во мраке идолов.. во мраке страстей.. во мраке тирании и унижения.. во мраке рабства перед тем, кто недостоин рабства! И тот, кто сталкивается с подобной тяготой, поднимаясь спасти человечество из болота джахилии, вкусит вкус того самого обращения, ниспосланного Пророку ﷺ:

«Писание ниспослано тебе. Да не будет в твоей груди стеснения от него, — чтобы ты предостерегал им и чтобы оно было назиданием для верующих» (Сура «Аль-Араф»: 2)..

53И надлежит знать, кто именно из людей — верующие, несущие это [Писание], а кто — прочие, кому оно несёт предостережение.

54И Коран предстаёт перед ним каждым мгновением живой Книгой, ниспосылаемой заново, пока он противостоит реальности джахилии, — а не огромной мёртвой глыбой.

55Так же как не бывает, чтобы Мухаммад, Посланник Аллаха ﷺ, носитель Книги, будучи уполномочен своим Господом, стремился к чему-либо иному, кроме изменения её — в самых корнях и глубинах.

56И вот человечество откатилось в полную, всеобъемлющую джахилию — охватывающую основы и ветви, скрытое и явное, поверхность и глубины!

57Откатилось прежде всего в своих вероубеждениях — даже те, кому отцы и деды оставили в наследство религию мусульман, чистосердечно преданных Аллаху, — ибо образ вероучения извратился в их представлениях и понятиях до самых глубин.

58Ведь это пришло, чтобы изменить лик мира и утвердить иной мир, в котором власть принадлежит одному лишь Аллаху, а власть тиранов упразднена; мир, в котором поклоняются одному Аллаху — причём «поклонение» здесь в его всеобъемлющем смысле — и никто из рабов не участвует в этом наряду с Ним; мир, куда человек приходит, освобождаясь от рабства рабам, — к поклонению одному лишь Аллаху; мир, в котором рождается человек — свободный, благородный, чистый.. освобождённый...

59Пришло это, чтобы водрузить принцип: «Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха», — который приносил своему народу каждый пророк на протяжении всей человеческой истории, — как разъясняют эта сура и другие суры Благородного Корана, — а свидетельство «нет божества, кроме Аллаха» ничего не значит, если...

60(*) См. главу «Поклонение» в книге «Четыре понятия в Коране» великого автора сейида Абу-ль-А‘ля аль-Маудуди (Джамаат-е-ислами, Пакистан).

61...если из него не проистекает верховное владычество (хакимия) Аллаха в жизни людей — подобно тому как Ему принадлежит верховное владычество над устроением мироздания. Ведь Он распоряжается и мирозданием, и рабами по Своему решению и предопределению, и распоряжается жизнью рабов Своим наставлением и Своим шариатом.. И на основе этого принципа мусульманин не верует, что у Аллаха есть сотоварищ в сотворении мира, его устроении и движении; и обряды поклонения мусульманин обращает только к одному Аллаху; и законы и установления, ценности и весы принимает только от Аллаха; и не дозволяет никакому тирану из рабов притязать на право верховной власти хоть в чём-то из всего этого наряду с Аллахом.

62Человечество делится на течения, и все они — джахилия.

63Течения богоборческие, отрицающие само существование Аллаха, — это и есть материалисты.. Их положение очевидно и не нуждается в разъяснении!

64Течения языческие: они признают существование божества, но придают Ему в сотоварищи других богов и множество господ — как в Индии, в глубине Африки и в разбросанных уголках мира.

65Течения «людей Писания» — иудеев и христиан.. Эти придали Аллаху сотоварищей убеждениями, приписав Ему дитя, а также сделав своих книжников и монахов господами помимо Аллаха — ибо они признали за ними притязание на право верховной власти и приняли от них законы, не страшась позора и ничуть не смущаясь!

66Они устраивают свою жизнь и создают для себя системы, которые именуют «капитализмом» и «социализмом».. и тому подобным; создают для себя формы правления, которые именуют «демократией» и «диктатурой».. и тому подобным; и тем самым выходят целиком за пределы принципа религии Аллаха — к чему-то наподобие джахилии греков и римлян и прочих, изобретая системы и уклады жизни из собственных голов.

67Есть и течение, называющее себя «мусульманским»! Оно следует методам этих людей Писания — след в след! — вышедши из религии Аллаха в религию рабов. Ведь религия Аллаха — это Его источник, Его шариат и Его строй, который Он устанавливает для жизни, и Его законы. А религия рабов — это их метод жизни, их шариат и их строй, который они устанавливают для жизни, и их законы!

68Все эти течения, вместе взятые, не следуют религии Аллаха вовсе. И сегодня этот Коран выходит им навстречу так же, как выходил в первый раз: он стремится сначала ввести [людей] в ислам со стороны вероубеждения и мировоззрения, а затем ввести их в религию Аллаха — со стороны строя и реальности.. И носитель этого Писания вновь сталкивается с той же тяготой, с которой сталкивался Посланник Аллаха ﷺ, обращаясь к человечеству, погрязшему в болоте джахилии, покорно отдавшемуся трясине, блуждающему в заблуждении джахилии, покорном успокоению сатаны в этом блуждании!..

69Он стремится прежде всего создать вероубеждение и мировоззрение в сердцах людей и в их сознании на основе принципа: «Свидетельствую, что нет божества, кроме Аллаха»; создать на земле такую действительность, в которой поклоняются одному лишь Аллаху и никому другому наряду с Ним; совершить рождение нового человека, в котором человек освободится от рабства рабам и от рабства собственной страсти!

70Ислам — не исторический эпизод, случившийся однажды, после которого история ушла и оставила его позади.. Сегодня он призван исполнить ту же роль, которую исполнял однажды, — при таких же обстоятельствах, атмосферах, укладах, системах, представлениях, вероубеждениях, ценностях, весах и традициях.. Он выходит им навстречу, как встретил их в первый раз.

71Джахилия — это состояние и положение, а не исторический период.. И джахилия сегодня раскинула свои шатры по всем просторам земли, во всех течениях вероубеждений, учений, систем и укладов.. Она зиждется прежде всего на принципе «власть рабов над рабами» и на отвержении абсолютной власти Аллаха над рабами.. Зиждется на том, что «страсть человека» — в каком бы обличье она ни выступала — становится божеством, которое правит; и на отвержении того, чтобы «шариат Аллаха» был правящим законом.. Различны её формы и проявления, её знамёна и приметы, её названия и определения, её течения и школы.. Но всё это восходит к тому отличительному принципу, который определяет её природу и её сущность.

72По этому основному критерию становится ясно: лик земли сегодня затоплен джахилией; жизнью человечества сегодня правит джахилия; ислам ныне отодвинут от самой сердцевины бытия; и призыватели к нему сегодня преследуют ровно ту же цель, к которой стремился Мухаммад, Посланник Аллаха ﷺ, и противостоят ровно тому же, чему противостоял он ﷺ; и они призваны следовать за ним в словах Аллаха Всевышнего, обращённых к нему:

«Писание ниспослано тебе. Да не будет в твоей груди стеснения от него, — чтобы ты предостерегал им и чтобы оно было назиданием для верующих» (Сура «Аль-Араф»: 2).

73А чтобы утвердить эту истину и раскрыть её явственно, позволим себе небольшое отступление в подробности.

74Человеческие общества сегодня — в своей совокупности — общества джахилии. Потому они и общества «отсталые» либо «регрессивные»! Это значит, что они «откатились» в джахилию после того, как ислам взял их за руку и вызволил из неё. И ислам сегодня призван вызволить их из отсталости и джахилийного регресса и вести их путём движения и «цивилизации» — по ценностям и весам, угодным Господу.

75Когда верховная власть в обществе принадлежит одному Аллаху и воплощена в нём, тогда только общество бывает подлинно исламским и подлинно цивилизованным — в мерах Аллаха.. Ибо власть Аллаха дарует людям достоинство и освобождение каждой личности, избавляя от рабства кому бы то ни было из рабов.. Нет ни достоинства, ни освобождения в обществе, в котором одни являются господами, издающими законы и осуществляющими право верховной власти.. А законодательство не исчерпывается правовыми постановлениями: ценности, весы, мораль и традиции — всё это тоже законодательство, устанавливаемое отдельными людьми по своей слабости, сознательно или неосознанно!.. Общество с такими свойствами — регрессивное, отсталое общество или, по исламской терминологии: джахилийское, многобожеское общество!

76И когда узой объединения в обществе служат вероубеждение и мировоззрение, мысль и метод жизни, исходящие от Аллаха, а не от людских страстей.. — то это, по исламской терминологии, общество истинное, ибо объединение тогда служит выражением высшей истины в «человеке».. Если же узой объединения становятся родство, цвет кожи, народность, земля.. и прочие связи, то это — общество регрессивное, косное, или, по исламской терминологии: джахилийское, многобожеское общество.

77Ибо объединение тогда служит лишь выражением животного в «человеке» — тех связей, что даны ему природой: родства, цвета кожи, народности, земли.. и так далее.

78Родство, цвет кожи.. и прочие связи такого рода не воплощают высшей истины в человеке: человек остаётся [лишь] телом — с его родством, цветом кожи, народностью и землёй, — но человеком его делают дух и мысль!

79Далее — человеку дано его свободной человеческой волей, а это величайшее, чем почтил его Аллах, — переходить со своим вероубеждением, мировоззрением, мыслью и методом жизни от заблуждения к прямому пути — путём осмысления, понимания, убеждения и веры.. И никакая сила не способна переменить в нём ни его родства, ни цвета его кожи, ни его народности, ни его земли.. Общество, в котором люди сходятся на основе дела, относящегося к области их свободной воли, — вне всякого сомнения выше, прекраснее и крепче общества, в котором люди сходятся на основе вещей, лежащих вне их воли и ничего им не говорящих!

80И когда «человечность человека» — высшая ценность в обществе; и когда «человеческие качества...» [текст обрывается]

81Почитание и попечение.. — вот что делает это общество цивилизованным и передовым.. или, в исламской терминологии: духовным, мусульманским. Когда идеология — в любой из её форм — становится высшей ценностью.. будь то в «теоретической» форме, как в ортодоксии, или в форме «материального производства», как в обществах, которые считают материальное производство высшей ценностью, ради которой расточаются все ценности и человеческие качества, — такое общество оказывается реакционным, отсталым, то есть джахилийским, многобожеским.

82Исламское духовное общество не презирает материю — ни в «теоретической» форме, где идеология заслоняет собою само бытие человека, его жизнь, его материальное производство и наслаждение им. Ведь материальное производство — одна из опор наместничества человека на земле посредством поклонения Аллаху и по Его условию, а наслаждение благами — тот дозволенный вид, к которому призывает ислам, как мы увидим в ходе этой суры. Однако он не считает его высшей ценностью, ради которой расточались бы качества человека и его основы, — как считают джахилийские общества, атеистические или многобожеские.

83Когда же «человеческие» ценности и «человеческая» нравственность — каковы они на весах Аллаха — господствуют в обществе, это общество становится цивилизованным и передовым.. или, в исламской терминологии, мусульманским. При этом «человеческие» ценности и «человеческая» нравственность — не нечто туманное и текучее, не переменчивые ценности и мораль без устойчивого состояния, как утверждают те, кто хочет посеять хаос в мерилах, чтобы их нельзя было привести к мере. Это ценности и нравственность, развивающие в человеке «качества человека», которыми он один обладает среди живых существ, — тот рубеж, что отделяет его от животного; о нём мы уже говорили. Когда вопрос ставится так, в нём проступает разделительная черта — решительная, твёрдая, не допускающая постоянного «разжижения», на которое уповают «эволюционисты». Тогда не оказывается никакой морали аграрной отдельно от промышленной, капиталистической отдельно от социалистической, нет морали советской и морали буржуазной, нет морали, созданной средой и уровнем жизни, — на том основании, будто эти факторы самостоятельно творят ценности и нравственность, исправляют их и фатально определяют их возникновение и установление. Есть лишь одни «человеческие» ценности и нравственность, которые мусульмане именуют в человеческом обществе.. или же, в исламской терминологии, есть духовные исламские ценности и нравственность — и есть реакционные джахилийские ценности и нравственность.

84Общества, в которых господствуют животные ценности, животные нравы и животные устремления, не могут быть цивилизованными обществами, какой бы прогресс промышленности, экономики и науки они ни достигали! Эта мера не ошибается в оценке того, насколько продвинулся сам человек. В современных джахилийских обществах понятие нравственности сужается до того, что отбрасывается всё, что связано с отличием человека от животного. В этих обществах противоестественные связи и даже извращённые отношения не считаются пороком; понятие «свободы» распространяется на личные, экономические и социальные дела — лишь бы в пределах интересов государства! А писатели, журналисты, романисты и вся машина направляющей пропаганды в этих джахилийских обществах прямо говорят девушкам, жёнам, юношам и парням: свободные половые связи — не безнравственность!

85Подобные общества — отсталые, нецивилизованные — с точки зрения «человечности» и мерила линии человеческого прогресса. Они к тому же неисламские, ибо линия ислама — линия освобождения человека от его страстей, развития его человеческих качеств и победы их над его животными наклонностями, освобождения поклонения для Творца.. от представлений и жизненных укладов. И мы полагаем, что этих кратких указаний достаточно, чтобы определить черты джахилии в нынешних человеческих обществах и установить истину того, к чему стремится исламский призыв сегодня и к чему стремятся призыватели к религии Аллаха. Это — вновь обращение человечества к вступлению в ислам.. та же попытка, которую возглавил Посланник Аллаха ﷺ; та же точка, из которой его призыв начался впервые; та же позиция, с которой выступает эта книга, ниспосланная ему; а Господь, Пречист Он, обращается к нему:

«Писание ниспослано тебе, и пусть не будет в твоей груди стеснения от него, чтобы ты увещевал им, — и оно есть напоминание для верующих» (аль-Араф: 2).

86В то время, когда Аллах — Пречист Он — обратил этот Коран впервые к людям, которым он адресован, — а перед исламом встаёт каждый народ, чтобы вывести его из джахилии, — было повелено следовать тому, что ниспослано в этой книге, и запрещено следовать покровителям помимо Него.. Тогда либо люди следуют приказу Аллаха — и они мусульмане, либо следуют приказу кого-то другого — и они многобожники. Это две разные позиции, которые не совмещаются:

«Следуйте за тем, что ниспослано вам от вашего Господа, и не следуйте за покровителями помимо Него. Мало же вы напоминаете!» (аль-Араф: 3).

87Вот основная проблема этой религии.. Следовать тому, что ниспослал Аллах, — значит: ислам принадлежит Аллаху, признание господства (рубубийя) принадлежит Ему одному, единоличная власть, которая повелевает и ей повинуются, чей приказ и запрет следуются помимо всякого другого. А следование покровителям помимо Него — ширк, отказ признавать за Аллахом исключительное господство. А как может быть господство чисто для Него, Пречистого, если власть не принадлежит Ему одному?!

88Обращение — к Посланнику, да благословит его Аллах и приветствует.. и обращение — к людям: ведь книга также низведена им от их Господа: «что ниспослано вам от вашего Господа».. Посланник — ﷺ — получил книгу от своего Господа, чтобы люди уверовали в неё и следовали за ней и не следовали приказу никого другого. Отнесение к Аллаху в обоих случаях — ради выделения и почёта, ради побуждения и отклика. Тот, кому его Господь низводит книгу, кого Он избирает для этого дела, кого Он одаряет этим благом, достоин того, чтобы помнить и благодарить, чтобы принять приказ твёрдо и не сетовать.

89А поскольку задача огромна.. она означает коренное, полное, всеобъемлющее изменение джахилии: её представлений и идей, её ценностей и нравов, её обычаев и традиций, её систем и укладов, её общества и экономики, её связей с Аллахом, с мирозданием, с людьми..

90Поскольку задача огромна в таком преобразовании, контекст [Корана] бьёт по подсознанию сильным ударом, пробуждает нервы сильнейшим пробуждением и колеблет сердца, взращённые джахилией, погружённые в свои представления и уклады, — и толкает их толчком.. тем, что показывает им гибель древних из числа считавших лжецами посланников в земной жизни и участь их также в Последней жизни:

«Сколько селений Мы погубили! Наше наказание приходило к ним ночью или во время послеобеденного отдыха. Когда же Наше наказание постигало их, они говорили только: „Мы поступали несправедливо“. Мы непременно спросим тех, к которым были отправлены посланники, и непременно спросим самих посланников. Мы расскажем им обо всём со знанием, ведь Мы не отсутствовали. Взвешивание в тот день будет справедливым. У кого весы окажутся тяжёлыми, те окажутся в выигрыше. А у кого весы окажутся лёгкими, те потеряют самих себя за то, что отвергали Наши знамения» (аль-Араф: 4–9).

91Гибель древних — лучшее напоминание и лучшее предостережение. И Коран берёт с собой эти истины, делая их действенными ударами, внушающими страх, и трепетными напоминаниями для беспечных человеческих сердец.

92Многочисленны те селения, которые были погублены за отрицание их жителями посланников. Они были погублены внезапно, в беспечности — ночью или в час послеобеденного отдыха, когда люди расслабляются ко сну и предаются безопасности:

«Сколько селений Мы погубили! Наше наказание приходило к ним ночью или во время послеобеденного отдыха» (аль-Араф: 4).

93Ночь и час послеобеденного отдыха.. — час неведения, расслабленности и безопасности! А удар в это время — сильнее по устрашению и тяжелей по воздействию. Так вернее побудить к напоминанию, осторожности, трепету и страху!

94Что же произошло? Эти беспечные не успели в своей беспечности ничего, кроме признания! Не было их претензией ничего, кроме согласия!

«Когда же Наше наказание постигало их, они говорили только: „Мы поступали несправедливо“» (аль-Араф: 5).

95Человек клянётся во всём, кроме признания и согласия! Но в той ситуации им оставалось произнести только одно признание: «Воистину, мы были несправедливыми».. О, какая поразительная, страшная, ужасающая позиция — та, в которой предел возможного для человека есть признание греха и согласие с ширком!

96Несправедливость (зульм), которая здесь имеется в виду, — это ширк. Таково преобладающее значение этого выражения в Коране: ширк есть зульм, а зульм есть ширк. И кто же несправедливее того, кто измышляет сотоварища своему Господу, будучи Его творением?!

97Когда сцена показана в земной жизни и Аллах поразил считавших лжецами Своей карой так, что они узрели кару и что они были несправедливыми, и открылась им истина, которую они познали, — но там уже нет пользы ни от знания, ни от признания, и кару Аллаха не отвращают от них ни раскаяние, ни покаяние: раскаяние упустило свой срок, а путь покаяния преградило пришествие мучения.

98Тогда переход совершается без остановки и без промежутка: показанная сцена соединена со свидетелем, скачок переступает время и место, связывает земную жизнь с Последней и присоединяет наказание мирское к наказанию Последней жизни — и остановка происходит там, в мимолётном мгновении:

«Мы непременно спросим тех, к которым были отправлены посланники, и непременно спросим самих посланников. Мы расскажем им обо всём со знанием, ведь Мы не отсутствовали. Взвешивание в тот день будет справедливым. У кого весы окажутся тяжёлыми, те окажутся в выигрыше. А у кого весы окажутся лёгкими, те потеряют самих себя за то, что отвергали Наши знамения» (аль-Араф: 6–9).

99Такое изобразительное, внушающее выражение — особенность Корана.. Всё странствие по земле сворачивается в единый миг, начало соединяется с концом, земная жизнь смыкается с Последней жизнью!

100Когда же эти люди, испытавшие кару Аллаха на этой земле, предстанут там — для вопроса, расчёта и воздаяния, — одного их признания, сделанного тогда, когда кара Аллаха застигала их в беспечности: «мы были несправедливыми», — недостаточно.

101Но впереди — новый вопрос и возвещение о них перед сонмом, собравшимся в тот день, день сбора:

«Мы непременно спросим тех, к которым были отправлены посланники, и непременно спросим самих посланников.. Мы расскажем им обо всём со знанием, ведь Мы не отсутствовали» (аль-Араф: 6–7).

102Вопрос охватывает посланных к ним и включает всех посланников. Вся история предъявляется перед собравшимся сонмом; раскрываются тайны и подробности! Спросят тех, к кому приходили посланники, — и они признаются; спросят посланников — и они ответят. Затем Всеведущий поведает им всё то, что учёл Аллах и что забыли они! Поведает им — Пречист Он — со знанием, ибо всё было пред Ним присутственно. И повествование это — глубокое по воздействию, по напоминанию и по предостережению!

103«Взвешивание в тот день будет справедливым». Здесь нет места подмене в весах, обману в приговоре; нет искажения, которое нарушило бы правильность приговоров и весов.

104«У кого весы окажутся тяжёлыми, те окажутся в выигрыше».. Их весы стали тяжёлыми на весах Аллаха, которые весят истиной. Награда их тогда — успех.. Какой же успех — после спасения от Огня, после возвращения в Рай в конце нового пути, в завершении долгих черед милостей?!

105«А у кого весы окажутся лёгкими, те потеряли самих себя за то, что отвергали Наши знамения».. Легкими стали их весы на весах Аллаха, в которых нет ни несправедливости, ни ошибки, — и они потеряли самих себя. Что же приобретут они после этого?

106Они потеряли самих себя своим неверием в знамения Аллаха: «за то, что отвергали Наши знамения». А зульм, как мы сказали ранее, — в широком словоупотреблении Корана — означает ширк или куфр: «Воистину, ширк — великая несправедливость» (Лукман: 13).

107Мы не будем входить здесь в природу взвешивания и истину весов, как входят в это рассуждающие с неисламским мышлением..

108..истории «исламской мысли»!.. Ведь все деяния Аллаха — вне всякого подобия и уподобления, ибо Аллах, Пречистый, не подобен никому.. и ничего — хотя бы весом с пылинку — не исчезает: ни одно деяние не умаляется, не остаётся забытым, не пропадает.