ат-Тауба (часть 4)#

1…ведь вокруг них, на всём полуострове, простиралась эта вредоносная хозяйка козней, а они жили открыто, посреди неё, в Медине.

2Из рассказа, приводимого Ибн Кясиром: «Кто даст мне убежище? Кто поможет мне, пока я не донесу послание моего Господа? Ему же — Рай!» — и не находил он никого, кто поддержал бы его и дал ему приют, так что если человек отправлялся в путь из Йемена или из Мудара к своим родичам, его соплеменники и родня являлись к нему и говорили: «Остерегайся юнца из курайшитов — не соблазнит он тебя!» — однако он всё же внимал ему и уходил от нас верующим в него и читающим Коран, возвращаясь к своей семье с любовью и миром, — пока не осталось ни одного дома из домов ансаров, где не жила бы группа мусульман, открыто исповедовавших ислам. Затем все они собрались вместе и сказали: «Как же так — Посланник Аллаха ﷺ остался скитаться по горам Мекки, гонимый и боязливый?» И отправились к нему от нас семьдесят человек, прибыли в месяц паломничества и назначили ему встречу у ущелья Акаба; собрались мы там по одному и по двое, пока не набралось полное число. Мы сказали: «О Посланник Аллаха, на что мы присягаем тебе?» Он ответил: «Присягайте мне в том, что будете слушать и повиноваться и в усердии, и в лени, расходовать в тягость и в достатке, велеть одобряемое и удерживать от порицаемого, стоять за Аллаха и не бояться людского попрёка на пути Аллаха, а также защищать меня и оберегать меня, когда я приду к вам, — так же, как оберегаете самих себя, своих жён и своих детей. Вам же — Рай». Тогда поднялся к нему аль-Ас‘ад ибн Зурара — один из младших среди нас, — а по версии аль-Байхаки — самый младший из семидесяти, кроме меня. Он сказал: „Не торопитесь, о люди! Ведь мы не пускались в этот путь, не щадя верблюжьих вымен, иначе как в твёрдом знании, что он — Посланник Аллаха. Если вы — народ, способный выстоять в этом, берите же его, и да воздаст вам Аллах; если же вы — народ, который страшится за самих себя, оставьте его; объявите об этом открыто — так вам будет проще пред Аллахом“. Они сказали: „Ни за что не оставим его, о Ас‘ад! Клянёмся Аллахом, мы не откажемся ни от этой присяги, ни от него — никогда!“ Он сказал: „И мы подошли к нему, присягнули ему, и он взял с нас слово и поставил условие — и обещал нам за это Рай“» (этот хадис приводят также имам Ахмад и аль-Байхаки со слов Дауда ибн Абдуррахмана аль-Аттара; добавление аль-Байхаки — от аль-Хакима — своим иснадом до Яхьи ибн Салима, оба — от Абдуллаха ибн Усмана ибн Хайтама, от Абу Идриса, на сходный манер. Иснад хороший, отвечающий условиям Муслима, без изъянов. Аль-Баззар сказал: «Его передавал не один только Ибн Хайтам, и нам неизвестно, чтобы его рассказывали от Джабира иначе, как этим путём»).

3Стало быть, ансары знали — с полной ясностью убеждения — обязательства этой присяги; и знали, что за эти обязательства им не обещано ничего в здешней земной жизни — даже победы и верховенства, — обещан же один лишь Рай .. Вот какова была мера их сознательности и мера их рвения .. Само собою разумеется, что они — вместе с первыми из мухаджиров, которые возвели это здание и приготовили это снаряжение, — стали твёрдой основой мусульманского общества на заре мединского периода.

4Однако мединское общество не долго сохраняло эту чистоту и незамутнённость .. Ислам стал явным и распространился в Медине, и многим людям — по большей части тем, кто занимал высокое положение среди своего народа, — пришлось потакать своим соплеменникам, чтобы сохранить своё место среди них .. Когда же случилась битва при Бадре, один из крупнейших из них, Абдуллах ибн Убайй ибн Салуль, воскликнул: «Вот этот человек уже одолел!» — и тут ислам обнажил лицемерие. И несомненно, многих захлестнула волна: они вошли в ислам по подражанию — даже если и не были лицемерами, — однако они ещё не постигли ислама и не пропитались его духом, а это порождало известную расшатанность в строении нового общества из-за разброса его идейных уровней.

5(1) Достоверно установлено, что их было семьдесят два; однако арабы часто опускают касру.

6И здесь вступает в действие своеобразный коранический воспитательный метод — под водительством Посланника Аллаха ﷺ — творя свою работу в этих новых элементах; работая одновременно над восстановлением согласованности и гармонии между вероубежденческим, нравственным и поведенческим уровнями различных элементов, входящих в тело новорожденного общества.

7Перед нами весь масштаб огромного труда, вложенного в переплавку новых, разнородных элементов мусульманского общества, — тем более что эти элементы продолжали притекать в него, невзирая на упорное сопротивление курайшитов, натравливавших на новое учение все племена полуострова, и на гнусную позицию иудеев, тоже подстрекавших рядовые элементы против новой религии и нового единства, — и нужда в постоянных операциях сплавления и выравнивания рядов не угасала, не ослабевала ни на мгновение.

8И при всём этом труде время от времени — особенно в периоды ужесточения борьбы — вновь давали знать о себе симптомы слабости, нерешительности и колебаний, скупости душой и имуществом, нежелания идти навстречу опасности .. Особого рода симптомами были неясности вероубеждения, не дающие определённости отношениям мусульманина с его роднёй из людей джахилии и их покровителями .. Суры, следующие одна за другой, раскрывают перед нами природу этих симптомов, которым коранический метод противопоставлял лечение всеми своими неповторимыми божественными способами .. Назовём для примера такие места:

«Вот как, когда Господь твой вывел тебя из твоего дома с истиной, а часть верующих делала это неохотно. Они препирались с тобой об истине после того, как она стала ясной, — словно их волокли к смерти на глазах. И вот Он обещал вам одну из двух общин, что она достанется вам, а вам хотелось, чтобы досталась вам та, что безоружна. Но Аллах желал утвердить истину Своими словами и покончить с неверными до последнего — чтобы истина восторжествовала и ложь исчезла, даже если бы это было ненавистно грешникам» (аль-Анфаль: 5–8).

9«Он — Тот, Кто ниспослал тебе Писание: в нём есть аяты, ясные по своему смыслу, — они составляют основу Писания, — и другие, многозначные. У кого же в сердцах уклонение, те вслед за многозначными стремятся посеять смуту и добиться его толкования; но никто не знает его толкования, кроме Аллаха, а стоящие твёрдо в знании говорят: „Мы уверовали в него — всё от Господа нашего“. Внемлет же этому лишь обладающий разумом. Господь наш! Не склоняй сердец наших в сторону после того, как Ты наставил нас на прямой путь, и даруй нам милость от Себя: ведь Ты — Дарующий. Господь наш! Ты соберёшь людей в день

«…нет в нём сомнения… Поистине, Аллах не нарушает обещания…» (Аль-Имран: 4–9).

«Неужели ты не видел тех, которые притворяются верующими? Они говорят своим братьям из числа неверующих людей Писания: „Если вы будете изгнаны, мы непременно уйдём вместе с вами и никогда не подчинимся никому против вас; если же вас будут сражать, мы поможем вам“. Но Аллах свидетельствует: они лжецы. Если их изгонят — они не уйдут вместе с ними; если их будут сражать — они не помогут им, а если и помогут, то обратятся вспять, и тогда им никто не поможет» (Аль-Хашр: 11–12).

«…так что сердца их будут трепетать страхом сильнее железа… Разве не пришло время для тех, которые уверовали, чтобы смирились их сердца при поминании Аллаха и той истины, которая ниспослана? Помните о милости Аллаха к вам, когда подошли к вам войска: Мы наслали на них ветер и воинство, которого вы не видели. Аллах же видит всё, что вы делаете. Вот они наступали на вас сверху и снизу, взоры уклонились, а сердца дошли до гортани, и стали вы допускать об Аллахе превратные мысли. Там были испытаны верующие и сотрясены мощным сотрясением. И говорили лицемеры и те, в чьих сердцах болезнь: „Обещали нам Аллах и Его Посланник не что иное, как обман“. И сказала часть их: „О жители Ясриба! Не устоять вам здесь — возвращайтесь!“ А часть их просила у Пророка разрешения, говоря: „Дома наши беззащитны“, — но они вовсе не беззащитны: хотели они лишь бежать…» — и так далее (Аль-Хадид: 16; Аль-Ахзаб: 9–13).

10(1) См. толкование этих аятов и обстоятельств, их окружавших, в девятой части «Под сенью Корана», с. 1479–1481 второго исправленного издания.

«О те, которые уверовали! Соблюдайте осторожность и выступайте отрядами или выступайте все вместе. Среди вас есть такие, кто станет отставать: если вас постигнет беда, он скажет: „Как хорошо, что Аллах уберёг меня от того, чтобы быть свидетелем вместе с ними!“ А если вам достанется милость от Аллаха, он скажет — словно между ним и вами не было и любви: „О, если бы я был с ними, я достиг бы великого успеха!“» (Ан-Ниса: 71–73).

«Тем, которым было сказано: „Удерживайте руки ваши, совершайте молитву и давайте закят“, — когда же им было предписано сражение, вот, некоторые из них стали страшиться людей так, как должно страшиться Аллаха, и даже сильнее. И сказали они: „Господь наш! Почему Ты предписал нам сражение? Отсрочил бы Ты нас до недалёкого срока!“ Скажи: „Пользование ближней жизнью — малое, а последняя жизнь лучше для того, кто богобоязнен; и не поступят с вами несправедливо даже на волосок“. Где бы вы ни были — вас настигнет смерть, даже если вы в высоко возведённых башнях. Коснётся ли их добро, они говорят: „Это — от Аллаха“; коснётся ли зло, говорят: „Это — от тебя“. Скажи: „Всё — от Аллаха“. Что же это за люди, что едва понимают то, что им говорят?» (Ан-Ниса: 77–78).

«Жизнь этого мира — всего лишь забава и игра. Если вы уверуете и будете богобоязненны, Он дарует вам вашу награду и не станет требовать ваше имущество. А потребуй Он его и понуди вас, вы бы поскупились, и ваша скрытая злоба обнажилась бы. Вот вас призывают расходовать на пути Аллаха, а среди вас находятся такие, кто скупится. Но скупится тот лишь во вред собственной душе: Аллах — богатый, а вы — бедные. Если же вы отвернётесь, Он заменит вас народом другим, и они не будут похожи на вас» (Мухаммад: 36–38).

«Неужели ты не видел тех, которые завели дружбу с народом, на который разгневан Аллах? Они не из вас и не из них, и клянутся они ложно, сами зная об этом. Аллах приготовил им тяжкое наказание: мерзко то, что они творили. Они сделали свои клятвы щитом и сбивают с пути Аллаха: им — унизительное наказание. Не защитят их от Аллаха ни их богатства, ни их дети: они — обитатели Огня и останутся там навечно. В тот день, когда Аллах воскресит их всех, они станут клясться Ему, как ныне клянутся вам, и полагать, что опираются на что-то. О нет, именно они — лжецы! Овладел ими сатана и заставил забыть об Аллахе: это — партия сатаны. О нет! Партия сатаны — это потерпевшие ущерб. Воистину, те, кто враждебен Аллаху и Его Посланнику, окажутся среди самых униженных. Аллах предначертал: „Я и Мои посланники непременно одержим верх“. Поистине, Аллах — Сильный, Могущественный. Не найдёшь ты народа, который веровал бы в Аллаха и в Последний день и при этом любил бы тех, кто враждебен Аллаху и Его Посланнику, — пусть то будут их отцы, сыновья, братья или сородичи. Именно таким Он начертал веру в сердцах, подкрепил их духом от Себя и введёт их в сады, по которым текут реки, где пребудут они вечно: доволен ими Аллах, и они довольны Им. Это — партия Аллаха. О нет! Партия Аллаха — это именно преуспевшие» (Аль-Муджадала: 14–22).

«О те, которые уверовали! Не берите иудеев и христиан своими покровителями: они — покровители одни другим. А кто из вас возьмёт их в покровители, тот — один из них: ведь не ведёт Аллах людей неправедных. И увидишь ты, как спешат к ним те, в чьих сердцах болезнь, говоря: „Боимся, что нас постигнет поворот судьбы“. Но, быть может, Аллах дарует победу или решение от Себя, и тогда раскаются они в том, что утаивали в душе. И скажут те, которые уверовали: „Не эти ли те, что клялись Аллахом самыми крепкими клятвами, что они с вами? Тщетны их деяния, и оказались они в убытке“» (Аль-Маида: 51–53).

«О те, которые уверовали! Не берите врага Моего и вашего покровителями: вы изливаете на них любовь, тогда как они не уверовали в истину, пришедшую к вам, — они изгоняют Посланника и вас за то, что вы веруете в Аллаха, Господа вашего. Если вы выступили, чтобы сражаться на Моём пути и искать Моего довольства, — неужели станете вы тайно питать к ним дружбу? Я же знаю то, что вы скрываете, и то, что обнаруживаете. Кто из вас сделает это, тот сбился с ровной дороги. Если они застигнут вас, то станут вам врагами, прострут к вам руки и языки со злом и пожелали бы, чтобы вы стали неверными. Ни родня ваша, ни дети ваши не помогут вам в День воскресения — Он разделит между вами: Аллах же видит всё, что вы делаете. Прекрасный пример явили для вас Ибрахим и те, кто был с ним, когда сказали они своему народу: „Мы отречёмся от вас и от того, чему вы поклоняетесь вместо Аллаха; мы отвергли вас, и между нами и вами установились вражда и ненависть навсегда — пока вы не уверуете в Аллаха Единственного“, — кроме слов Ибрахима к отцу: „Я непременно буду просить для тебя прощения, но не властен я у Аллаха ничего сделать для тебя. Господь наш! На Тебя одного мы уповаем, к Тебе обращаемся, и к Тебе — прибытие“» (Аль-Мумтахана: 1–4).

11Довольно этих десяти образцов из различных сур, чтобы показать, какие отклонения проявлялись в мусульманском обществе как естественный и неизбежный результат постоянного притока в него новых элементов, — отклонения, которые согласуются с прочной чистой основой лишь спустя время, ценой усилий и непрерывного воспитания.

12И всё же состав мусульманского общества в области религии оставался в целом здоровым, ибо фундаментом ему служили те из опередивших — мухаджиров и ансаров, — кто стоял на той прочной чистой основе: они сообщали его строю сплочённость и твёрдость перед лицом любых отклонений и явлений, потрясений, случавшихся порой, и опасностей, обнажающих эти элементы, ещё не прошедшие смешения, созревания и слаженности.

13Шаг за шагом эти элементы созревали, очищались, входили в согласие с основой; число «отступавших» из слабых верой или лицемеров убывало, реже возникало отклонение от той чистой основы — и в конце концов всё общество стало единым: воспитующее, ведомое Господом, неповторимое сообщество.

14Да, в этом обществе оставались разные степени, созданные самим идейным движением: группы верующих различались по своим степеням соразмерно испытанию, которое они вынесли в этом движении, своему первенству и стойкости. Выделились первые опередившие из мухаджиров и ансаров. Выделились люди Бадра. Выделились участники присяги благоволения (ар-Ридван) при аль-Худайбии. Затем в общем порядке выделились те, кто расходовал имущество и сражался до завоевания. И коранические тексты, и пророческие хадисы, и реальный уклад жизни мусульманского общества подтверждали эти степени, созданные движением на почве вероучения, и закрепляли их.

15٭ «Первые опередившие из мухаджиров и ансаров и те, кто последовал за ними в благодеянии: доволен ими Аллах, и они довольны Им, и приготовил Он им сады, в которых текут реки, — пребудут они там вечно. Это — великое преуспеяние ..» (Ат-Тауба: 100).

16٭ «Быть может, Аллах взглянул на людей Бадра и сказал: „Делайте что хотите — Рай вам уже гарантирован“» — из хадиса, приводимого аль-Бухари. Это был ответ Посланника Аллаха ﷺ Умару, да будет доволен им Аллах, когда тот испросил у Посланника Аллаха ﷺ разрешения…

17٭ «…и низвёл Он на них спокойствие и воздал им близкой победой и множеством трофеев, которые они возьмут, — Аллах ведь могуществен, мудр» (Аль-Фатх: 18–19).

18٭ «Не равны среди вас те, кто расходовал и сражался до одержания победы. Такие выше степенью, чем те, кто расходовал и сражался после. Всем им Аллах обещал Наилучшее: Аллах сведущ в том, что вы делаете» (Аль-Хадид: 10).

19٭ «„Не спеши, о Халид! Оставь моих сподвижников. Клянусь Аллахом: если бы у тебя был целый вьюк золота и ты потратил его на пути Аллаха, ты не сравнялся бы ни в утреннем походе, ни в вечернем с одним из моих сподвижников“» — (приводит Ибн аль-Кайим в «Зад аль-Маад»). Это был ответ Посланника Аллаха ﷺ Халиду бин аль-Валиду, когда тот препирался с Абд ар-Рахманом бин Ауфом, да будет доволен Аллах ими обоими, — а ведь Халид — меч Аллаха, однако Абд ар-Рахман принадлежит к первым опередившим. Потому и сказал Посланник Аллаха ﷺ Халиду: «Оставь моих сподвижников», — разумея именно эту группу особой выделенной степени в мусульманском обществе в религии.

20Но существование этих групп с их особыми степенями, созданными исламским движением, не мешало тому, чтобы уровни веры сближались и согласовывались в обществе Медины накануне завоевания, чтобы многое из признаков шаткости в рядах, многое из проявлений слабости и колебаний, скупости души и имущества, идейной неотчётливости и лицемерия скрылось с глаз этого общества — настолько, что мединское общество в целом стало исламской нормой, правильной основой.

21Однако завоевание Мекки в восьмом году хиджры и последовавшая за ним капитуляция хавазин и сакифитов в ат-Таифе — двух последних крупных сил после курайшитов на полуострове — обернулись тем, что в мусульманское общество хлынули новые многолюдные потоки, вошедшие в религию покорно, но на разных уровнях веры. Были среди них и ненавистники ислама — лицемеры; были и присоединившиеся к внешнему, поверхностному исламу; были и «те, чьи сердца надо склонить» — без живого впечатления от сути ислама и без растворения в его подлинном духе.

22Упорная и долгая позиция курайшитов была прочной преградой на пути распространения ислама по Аравийскому полуострову: курайшиты держали решающее слово в религиозных делах полуострова — сверх того экономического, политического и литературного влияния, которым они обладали. Их противостояние новой религии в столь упорной форме отталкивало арабов по всей территории полуострова от вступления в неё либо, по меньшей мере, рождало колебания и выжидание — пока не прояснится исход борьбы между курайшитами и этими выходцами из их же среды. Когда же курайшиты покорились с завоеванием Мекки, а за ними — хавазин и сакифиты в ат-Таифе; когда три сильных еврейских племени Медины лишились своей мощи одно за другим: бану кайнука и бану ан-надир выселены в Шам, бану курайза уничтожены, а Хайбар капитулировал окончательно, — это возвестило о том, что люди входят в религию Аллаха потоками и что ислам растекается по всем просторам полуострова, — и весь этот сдвиг уместился в один год.

23Но это горизонтальное расширение территории ислама снова принесло с собой все те отклонения и явления, что обозначились в обществе после победы при Бадре, — только теперь в несравненно большем масштабе, тогда как общество почти избавилось от них благодаря воздействию долгого непрерывного воспитания, продолжавшегося семь лет после великой Бадры. И не будь мединское общество в целом уже превращено в ту самую прочную чистую основу этой религии, в незыблемый фундамент этого сообщества, — этому горизонтальному, стремительному расширению ислама на полуострове грозила бы серьёзная опасность. Но Аллах, Который всё устраивал и оберегал, приготовил группу первых опередивших из мухаджиров и ансаров стать надёжной основой этой религии после относительного расширения, принесённого победой при Бадре; так же Он — преславен Он — приготовил и всё мединское общество в целом стать надёжной основой после грандиозного, стремительного расширения, принесённого завоеванием Мекки. А Аллах лучше знает, где оставить Свою миссию.

24И первым, что проявилось из этого, был день Хунайна, о котором повествует эта сура — «Ат-Тауба»: «Вот Аллах помог вам при многих местах боя и в день Хунайна, когда вас восхитила ваша многочисленность, но она ничем не спасла вас…»

25…не имело ничего общего с верой — и это бесспорная истина.. Нет никакой допустимости в том, чтобы во внимание принимались какие-то связи или какая-то выгода, возвышающиеся над требованиями веры в Аллаха и требованиями джихада на пути Аллаха.

26И никогда не возлагает Аллах на уверовавшую фитру этого бремени иначе как зная, что её природа его выдержит — ведь Аллах не возлагает на душу ничего сверх её возможности.. И из милости Аллаха к Его рабам — то, что Он вложил в их природу эту высокую энергию отрешённости и боевой собранности, и вложил в неё чувство высшего наслаждения этим отрешёнением — наслаждения, которому не уступают все услады земли.. Наслаждение ощущением связи с Аллахом.. Наслаждение надеждой на Его благоволение.. Наслаждение превозмоганием слабости и падшести, избавлением от тяжести плоти и крови, восхождением к горизонту светлому и сияющему. А если одолеет душу тяжесть земного — во взгляде на этот горизонт есть то, что вновь рождает алчущее стремление к избавлению и раскрепощению.

27Затем — прикосновение к чувствам напоминанием, показ страницы из той действительности, которую мусульмане прожили незадолго до того.. День Ухуда и его трагедия.. День Хунайна, когда они были разбиты посреди своего множества, а потом их выручила малочисленная горстка верных, устоявших со своим Посланником ﷺ.. Тот день, когда к армии завоевания присоединились лишь две тысячи освобождённых! Тот день, когда сердца мусульман на мгновение отвлеклись от Аллаха, пленённые множеством бойцов и снаряжения. Чтобы знали верующие: отрешённость ради Аллаха и упрочение связи с Ним — вот снаряжение победы, которое не предаст их, когда предаст множество в числе и вооружении; когда предаст имущество, братья и дети.

«Аллах уже оказывал вам помощь во многих местах, и в день Хунайна, когда вы самонадеянно полагались на свою многочисленность, но она ничем вам не помогла, и земля, несмотря на свою ширь, стала тесной для вас, и вы повернулись вспять, обратившись в бегство» (ат-Тауба: 25).. «Затем Аллах ниспослал Своё спокойствие Своему Посланнику и верующим, а также воинов, которых вы не видели, и покарал неверующих. Таково воздаяние неверующим!» (ат-Тауба: 26)

28Помощь же Аллаха им во многих местах была ещё так близка к их памяти, что не нуждалась более чем в намёке. Что до битвы при Хунайне(1), то она произошла после взятия Мекки, в шаввале восьмого года хиджры. Тогда ещё не завершились ни само взятие Мекки, ни его дела: почти все её жители приняли Ислам, и Посланник Аллаха ﷺ отпустил их на свободу. И до него дошло, что хавазин собираются против него войной; предводитель их — Малик ибн Ауф ан-Насри, а с ним тхакифиты в полном составе, бану Джушам, бану Са‘д ибн Бакр, клан Усаййа из бану Хиляль — их было немного, — и люди из бану Амр ибн Амир и Ауф ибн Амир; и они уже выступили.

29(1) С небольшими сокращениями по Ибн Касиру в его тафсире.

30[стр. 199]

31Они двинулись со своими семьями, стадами и пожитками. В войске, с которым Посланник Аллаха ﷺ пришёл для взятия Мекки, было десять тысяч бойцов, и к ним присоединились всего лишь две тысячи освобождённых из мекканцев. Он выступил с ними к долине, что зовётся «Хунайн», и там, в начале дня, в глухой предрассветный час, разыгралась битва. Спустились они в долину, где уже залегли в засаде хавазин; когда же отряд направился дальше, мусульмане и не успели опомниться, как те бросились на них первыми: посыпались стрелы, обнажились мечи — и ударили все разом, единым натиском, как повелел их предводитель. И тогда мусульмане обратились вспять, как сказал Всевышний Аллах. Устоял один Посланник Аллаха ﷺ: в тот день он сидел на своей белой муле и подгонял её в самое горло вражеского натиска; справа держал поводья аль-Аббас, слева — Абу Суфьян ибн аль-Харис ибн Абд аль-Мутталиб, пригружая мула, чтобы тот не пустился вскачь; а он сам называл себя по имени — да будет над ним молитва и приветствие! — и призывал мусульман воротиться, восклицая: «Ко мне, о рабы Аллаха! Ко мне — я Посланник Аллаха!» И говорил он тогда: «Я — Пророк, я не лгу; я — сын Абд аль-Мутталиба». Держалось с ним около сотни его сподвижников — некоторые говорят, восемьдесят; среди них были Абу Бакр и Умар (да будет доволен ими обоими Аллах), аль-Аббас, Али, аль-Фадль ибн Аббас, Абу Суфьян ибн аль-Харис, Усама ибн Зайд. Потом Пророк ﷺ велел своему дяде аль-Аббасу, обладателю громового голоса, воззвать во всю мочь: «О спутники древа!» — имея в виду древо присяги благоволения, под которой присягали ему переселенцы и помощники в том, чтобы не бежать от него. И стал тот звать их: «О спутники древа!» — а порою кричал: «О спутники суры аль-Бакара!» И люди откликались: «Лаббайк! Лаббайк!» Люди повернулись и потекли обратно к Посланнику Аллаха ﷺ — доходило до того, что если верблюд не слушался человека на обратном пути, тот надевал доспех, сходил с него, отпускал прочь и шёл к Посланнику Аллаха ﷺ пешком. Когда же собралась эта горстка, Посланник Аллаха ﷺ приказал ей отразить натиск — и многобожники были обращены в бегство: их преследовали, многих брали в плен; остаток же хавазин бежал, покоряясь решению Посланника Аллаха ﷺ.

32Вот эта битва — битва, где сошлись у мусульман после Худайбийского перемирия двенадцать тысяч бойцов, где они возложились на своё множество и забыли за ним причину первой победы! Аллах вернул их в начале битвы к Нему самому через поражение, а затем даровал победу малочисленной горсте верных, которые устояли с Посланником Аллаха ﷺ и прилепились к нему.

33И текст вновь показывает эту битву — в её материальных сценах и в её душевных порывах:

«…когда вы самонадеянно полагались на свою многочисленность, но она ничем вам не помогла, и земля, несмотря на свою ширь, стала тесной для вас, и вы повернулись вспять, обратившись в бегство» (ат-Тауба: 25)..

34От порыва самолюбования множеством — к потрясению духовного поражения; к порыву тесноты и стеснения, будто вся земля сжимается вокруг них и давит на них; к движению чувственного разгрома: обращение вспять, бегство, давка на затылках друг друга..

«Затем Аллах ниспослал Своё спокойствие Своему Посланнику и верующим» (ат-Тауба: 26)..

35Будто спокойствие — покров, который нисходит и укрепляет мечущиеся сердца и укрощает бурные волнения.

«…и ниспослал воинов, которых вы не видели» (ат-Тауба: 26)..

36Мы не ведаем их природы и их сущности.. И никто не знает воинов твоего Господа, кроме Него..

«…и покарал неверующих» (ат-Тауба: 26).

37Убивая и беря в плен, отнимая имущество и добро:

«Таково воздаяние неверующим!» (ат-Тауба: 26)

«После этого Он принимает покаяние тех, кому пожелает. Аллах — Прощающий, Милосердный» (ат-Тауба: 27)..

38И дверь прощения — всегда открыта для того, кто оступился, а затем покаялся.

39Битва при Хунайне упомянута этим контекстом здесь для того, чтобы явить последствия невнимания к Аллаху и опоры на силу, которая не сила, — и открыть нам некую иную, подразумеваемую истину: истину о силах, на которые опирается всякое вероучение. Численность — ничто; есть лишь малочисленная горсть знающих, с прочной связью, отрешённых ради вероучения. И самое множество порою становится причиной поражения — потому что часть вошедших в него, блуждающих в его глубинах, не осознаёт реальности вероучения, потоком которого их несёт; ноги их дрожат и трепещут в час сурового испытания, и они сеют смятение и поражение в боевых рядах. Сколько же раз множество обманывало своих обладателей, побуждая их небрежно относиться к упрочению связи с Аллахом: увлечённые этой внешней многочисленностью, они утрачивают бдительность к тайне победы в жизни! Стояло всякое вероучение на избранной верхушке — не на пене, уходящей как накипь, и не на пыли, которую развевают ветра!

40И когда контекст доходит до этого места и касается сердец мусульман напоминанием, столь близким к их недавнему прошлому, слово поворачивается к многобожникам — и бросает в них последнее слово, которое прозвучит до Дня суда:

«О те, которые уверовали! Многобожники — скверна. Пусть же они не приближаются к Заповедной мечети после этого года их. Если же вы боитесь бедности, то Аллах обогатит вас из Своей милости, если пожелает. Воистину, Аллах — Знающий, Мудрый» (ат-Тауба: 28)..

41«Многобожники — скверна». Выражение отсекает скверну их душ и делает её самой их сущностью, самым их бытием: они целиком, по всей своей реальности, — скверна, от которой отворачивается с омерзением чувство и от которой очищаются очищающие! Это скверна нравственная, а не физическая по существу своему — тела их сами по себе не нечисты.. Таков коранический способ выражения через овеществление.(1)

42(1) См. главу «Чувственное воображение и овеществление» в книге «Художественное изображение в Коране» (Дар аш-Шурук).

43«Скверна. Пусть же они не приближаются к Заповедной мечети после этого года их».

44И в этом — крайняя степень запрета их пребывания в Заповедной мечети: текст словно нарочно выставляет запрет близости к ней и обосновывает его тем, что они — скверна, а она — чистота!

45Но экономическая опора, на которую взирают жители Мекки, и торговля, которой живёт большая часть обитателей полуострова, и зимние и летние путешествия, на которых едва ли не держится сама жизнь..! Всё это должно было погибнуть для многобожников с исключением их из хаджа — провозглашением всеобщего джихада против многобожников всех до единого.

46Да! Но это — вероучение. Аллах хочет, чтобы сердца всецело очистились для вероучения!

47А после этого — Аллах Сам печётся об уделе, сверх привычных, ведомых причин:

«Если же вы боитесь бедности, то Аллах обогатит вас из Своей милости, если пожелает» (ат-Тауба: 28)..

48Когда Аллаху угодно, Он подменяет одни причины другими; когда Аллаху угодно, Он закрывает одну дверь — и отворяет двери.

«Воистину, Аллах — Знающий, Мудрый» (ат-Тауба: 28).

49Он вершит всё это дело по знанию и по мудрости, по предопределению и по расчёту.

50Коранический метод продолжал действовать в мусульманском обществе, выросшем из завоевания, — обществе, уровни веры которого, казалось, уже согласились между собой..

51И как мы различаем сквозь контекст этого отрывка трещины, что точили это общество, так мы различаем и действие коранического метода, затягивающего эти трещины. И видим мы долгий, неустанный труд воспитания этой уммы этим единственным в своём роде кораническим методом.

52Вершина, к которой коранический путь вёл шаги этой уммы, чтобы она её достигла, — вершина отрешённости ради Аллаха и чистоты религии Ему; вершина разделения на основании вероучения со всеми узами родства и всеми усладами жизни. И совершалось это через то сознание реальности различий и водоразделов между методом Аллаха, который делает людей рабами одного лишь Аллаха, и методом джахилии, который делает людей господами одни над другими.. — двух методов, которые не сходятся.. и не пересекаются..

53Без этого необходимого понимания природы этой религии и её реальности, природы джахилии и её реальности человек не способен исполнить исламские установления, определяющие правила отношений и связей между исламским лагерем и всеми прочими лагерями.

«Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха и в Последний день, не считает запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник, не исповедует религию истины, — из тех, кому ниспослано Писание, — пока они не станут собственноручно платить дань, оставаясь униженными» (ат-Тауба: 29).

«Иудеи сказали: “Узайр — сын Аллаха”, а христиане сказали: “Мессия — сын Аллаха”. Они произносят своими устами слова тех, которые не веровали прежде. Да поразит их Аллах! До чего они отвращены от истины!» (ат-Тауба: 30).

«Они приняли своих первосвященников и монахов, а также Мессию, сына Марьям, господами помимо Аллаха. Однако им было велено поклоняться одному только Богу, помимо которого нет иного божества. Он превыше того, что они приобщают в сотоварищи!» (ат-Тауба: 31).

«Они желают задуть свет Аллаха своими ртами. Однако Аллах отвергнет это, если даже ненавистно неверующим иное» (ат-Тауба: 32).

«Он — Тот, Кто отправил Своего Посланника с верным руководством и религией истины, чтобы явить её выше всякой религии, даже если это ненавистно многобожникам» (ат-Тауба: 33).

«О те, которые уверовали! Многие священнослужители и монахи поедают имущество людей несправедливо и сбивают других с пути Аллаха. Тем, которые собирают золото и серебро и не расходят их на пути Аллаха, возвести болезненное мучение» (ат-Тауба: 34).

«В тот день они будут раскалены в огне геенны, и их будут клеймить их лбы, бока и спины: “Вот то, что вы копили для себя. Вкусите же то, что вы копили!”» (ат-Тауба: 35).

54Этот второй отрывок в контексте суры имеет целью установить окончательные нормы во взаимоотношениях между обще…

55ством и многобожниками полуострова.

56И если тексты первого отрывка своим прямым смыслом обращены к реальности полуострова того времени, повествуют о тамошних людях и определяют качества, события и происшествия, прилегающие к ним впрямую, то тексты второго отрывка, отведённые людям Писания, общи и по словесной форме, и по значению: они имеют в виду всех людей Писания — и тех из них, кто обитал на полуострове, и тех, кто обитал вне его.

57Эти весомые окончательные предписания, заключённые в данном отрывке, вносят коренные поправки в правила, на которых прежде строились отношения между мусульманским обществом и людьми Писания — особенно христианами из них. Ведь столкновения до этого времени случались с иудеями, но с христианами ничего подобного ещё не происходило.

58Самая заметная из этих поправок в новых предписаниях — повеление сражаться с людьми Писания, уклонившимися от религии Аллаха, пока они не станут отдавать джизью собственной рукой, пребывая униженными.. С этого часа от них не принимаются договоры о примирении и перемирии иначе как на этом основании — основании выплаты джизьи.. В таком случае за ними закрепляются права договорного зиммия, и между ними и мусульманами утверждается мир. Если же они убедятся в исламе как вероучении и примут его — они из мусульман..

59Принуждать их принять ислам как вероучение нельзя: незыблемое исламское правило гласит: «Нет принуждения в религии». Но и оставлять их на их религии дозволяется лишь при условии, что они выплачивают джизью и что между ними и мусульманским обществом заключён договор на этом основании.

60Эта последняя поправка в правилах обращения между мусульманским обществом и людьми Писания постижима в своей сути только через просветлённое разумение природы неизбежных отношений между путём Аллаха и путями джахилии — с одной стороны, и природы исламского движущего метода, его многочисленных ответвлений и обновляющихся средств, соразмерных меняющейся человеческой реальности, — с другой.

61Природа неизбежных отношений между путём Аллаха и путями джахилии такова, что сосуществование возможно лишь под сенью особых условий и особых положений; основа их — чтобы против всеобщего провозвестия, заключённого в исламе, освобождающего человека через поклонение одному Аллаху и выводящего его из состояния, где люди поклоняются людям, не вставало никаких материальных преград — ни сила государства, ни порядок правления, ни устроение общества на лице земли! Ибо путь Аллаха жаждет восторжествовать, дабы вывести людей от поклонения рабам к поклонению одному лишь Аллаху — таково всеобщее провозвестие ислама; пути же джахилии, обороняя самое своё существование, хотят раздавить движение, устремляющееся к Аллаху на земле, и покончить с ним..

62Природа исламского движущего метода состоит в том, чтобы встретить эту человеческую реальность движением, ей равносильным и её превосходящим, на многочисленных этапах, снабжённых обновляющимися средствами.. И поэтапные предписания, и окончательные предписания об отношениях между мусульманским обществом и джахилийскими сообществами — как раз такие средства на таких этапах.

63И чтобы коранический контекст в этом отрезке суры определил природу этих отношений, он устанавливает истинное состояние людей Писания и прямо квалифицирует его как «многобожие», «неверие» и «ложь», приводя факты, на которых такое суждение зиждется: будь то со стороны верований людей Писания и их совпадения и сходства с верованиями «тех, кто не уверовал прежде», или со стороны их поведения и реальных поступков.

64Во-первых: они не веруют в Аллаха и в Последний день.

65Во-вторых: они не признают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник.

66В-третьих: они не исповедуют религию истины.

67В-четвёртых: иудеи из них изрекли: «Узайр — сын Аллаха», а христиане из них изрекли: «Мессия — сын Аллаха», — и этими двумя речениями они уподобились словам тех, кто не уверовал прежде: будь то греческие идолопоклонники, римские идолопоклонники или прочие, шедшие тем же путём.

68Тем самым они разошлись с их собственной истинной религией; они — воюющие против религии Аллаха, жаждущие задуть свет Аллаха своими устами, — и потому они «неверные»!

69В-пятых: многие из их книжников и монахов пожирают достояние людей суетно и отвращают от пути Аллаха.

70На фундаменте этих характеристик и этого определения истинного состояния людей Писания и установлены решающие предписания, определяющие отношения между ними и уверовавшими в религию Аллаха, стоящими на пути Аллаха..

71Может показаться, что это определение истинного состояния людей Писания — нечто внезапное и непохожее на прежние коранические суждения о них; по крайней мере, именно так любо твердить востоковедам, миссионерам и их ученикам, утверждающим, будто Посланник Аллаха ﷺ переменил свои слова и решения о людях Писания, когда ощутил силу и возможность помериться с ними! Но беспристрастная сверка коранических суждений о людях Писания — мекканских и мединских — с полной ясностью показывает: в самой основе исламского взгляда на верования людей Писания не изменилось ничего с тех пор, как он пришёл к ним и застал их уклонение и пустоту их веры, их многобожие и неверие в истинную религию Аллаха — вплоть до ниспосланного им из неё и доли, дарованной им прежде. Поправки же исчерпываются способом обращения с ними.. А он — как говорилось нами не раз — диктуется вновь и вновь возникающими реальными обстоятельствами. Основание же, на котором всё покоится, — истинное состояние людей Писания — незыблемо с первого дня в суждении Аллаха о них.

72Приведём здесь несколько примеров, поясняющих отдельные стороны их реальных позиций по отношению к исламу и его людям — тех позиций, из которых выросли эти решающие предписания в обращении с ними:

73В Мекке не существовало иудейских или христианских общин, обладавших числом или весом в обществе.. Были лишь отдельные лица, о которых Коран повествует, что они с радостью встретили новый призыв к исламу — с одобрением, удостоверением и принятием, — вошли в ислам и засвидетельствовали его и его Посланника истиной, подтверждающей то, что было перед ними.. Такие люди, безусловно, принадлежали к тем, кто сберёг чистое единобожие и достиг высокой ступени.. Вот аяты:

«Те, кому Мы даровали Писание до него, веруют в него. Когда же он читается им, они говорят: „Мы уверовали в него: это — истина от нашего Господа, мы и прежде были предавшимися Ему“»... (аль-Касас: 52–53).

«Скажи: „Уверуйте в него или не уверуйте!“ Поистине, те, кому было даровано знание прежде него, когда он читается им, падают ниц, касаясь земли подбородком, и говорят: „Пречист Господь наш! Обещание Господа нашего непременно исполнится!“ И падают ниц, плача, — и умножает оно их смирение».. (аль-Исра: 107–109).

«Скажи: „Что думаете вы: если он — от Аллаха, а вы отвергли его, и засвидетельствовал свидетель из сынов Исраиля подобное ему, и он уверовал, тогда как вы возгордились?.. Поистине, Аллах не ведёт народа несправедливых!“»... (аль-Ахкаф: 10).

«И так Мы ниспослали тебе Писание, и те, кому Мы даровали Писание, веруют в него; и не отвергает Наши знамения никто, кроме неверных»... (аль-Анкабут: 47).

«Разве не довольно для них того, что Мы ниспослали тебе Писание, читаемое им? Воистину, те, кому Мы даровали Писание, знают, что оно низведено от твоего Господа с истиной: не будь же в числе сомневающихся!»... (аль-Ан'ам: 114).

«Те, кому Мы даровали Писание, радуются тому, что ниспослано тебе; а среди партий есть такие, которые отвергают часть его. Скажи: „Мне велено поклоняться Аллаху и не приобщать к Нему сотоварищей: к Нему я взываю, к Нему моё возвращение“»... (ар-Ра'д: 36).

74Затем идут тексты мединского периода, причём в некоторых прямо сказано, что речь — о христианах: ведь иудеи успели к тому времени занять иную позицию, нежели та, что была у них в Мекке, и потому ислам обошёлся с ними иначе.

«И среди людей Писания непременно есть такие, которые веруют в Аллаха и в то, что ниспослано вам и что ниспослано им, смиренные пред Аллахом, не покупающие за знамения Аллаха ничтожной цены. Им — награда у их Господа: поистине, Аллах скор в расчёте»... (Аль Имран: 199).

«Ты непременно найдёшь, что сильнее всех враждебны уверовавшим иудеи и многобожники, и непременно найдёшь, что ближе всех по любви к уверовавшим те, которые сказали: „Мы — назаряне“. Это потому, что среди них есть священники и монахи и потому, что они не превозносятся. Когда же они слышат то, что ниспослано Посланнику, ты видишь, как глаза их переполняются слезами оттого, что они распознали истину. Они говорят: „Господь наш! Мы уверовали: запиши же нас свидетельствующими. И почему нам не веровать в Аллаха и в истину, явившуюся нам, и не жаждать, чтобы Господь наш ввёл нас вместе с людьми праведными?“ За то, что говорили они, Аллах воздал им садами, где вниз текут реки, — пребывающими там вечно: таково воздаяние добродеющим!»... (аль-Маида: 82–85).

75Но позиция этих отдельных лиц не была позицией большинства людей Писания на полуострове — особенно иудеев из них. Эти последние, лишь только почуяв угрозу себе в религии, ополчились на ислам войной гнусной и тайной, пуская в ход все средства, о которых поведал Коран во множестве текстов; в то же время они отказывались вступать в ислам по доброй воле и отрицали, отвергали благую весть о Посланнике — да благословит его Аллах и приветствует — хранящуюся в их писаниях, и подтверждение Кораном того, что лежало перед ними среди остатков их подлинных книг; а ведь те чистые души признавали это, удостоверяли и открыто исповедовали перед лицом отрицающих и отвергающих!.. Тогда Коран принялся описывать эту злобу и запечатлевать её, равно как и устанавливать, в каком отклонении, развращённости и ложности пребывают эти люди Писания, — в самых разных сурах.. При этом Коран щедр на суждения об истинном состоянии людей Писания. Приведём отсюда следующее:

«И когда пришёл Иса с ясными знамениями, он сказал: „Я пришёл к вам с мудростью и разъясню вам часть того, в чём вы расходитесь. Бойтесь же Аллаха и повинуйтесь мне. Поистине, Аллах — мой Господь и ваш Господь: поклоняйтесь же Ему. Это — прямой путь“. Но разошлись партии между ними... Горе же неправедным от мучений дня болезненного!».. (аз-Зухруф: 63–65).

«Они разделились лишь после того, как пришло к ним знание, из зависти между собою. И если бы не слово, опередившее от твоего Господа, решение между ними было бы вынесено. Поистине, те, кому Писание оставлено в наследство после них, — в сомнении о нём смущающем».. (аш-Шура: 14).

«И вот сказано им: „Обоснуйтесь в этом селении и ешьте там вдоволь, где пожелаете, и скажите: „Сними [с нас грех]“, и входите во врата с поклоном, — Мы простим вам ваши прегрешения и умножим добродеющих“. Но сменили те из них, что были несправедливы, слово иным, нежели то, что им было сказано, и Мы низвели на них наказание с неба за то, что они были несправедливы. И спроси их о селении, стоявшем у моря: вот они нарушали субботу — в день их субботы приходила к ним рыба их, явно, а в день, когда они не праздновали субботы, не приходила. Так испытывали Мы их за то, что они были нечестивы»... (аль-Араф: 161–163).

«И вот возвестил твой Господь, что Он непременно пошлёт против них до Дня воскресения таких, которые подвергнут их злому мучению. Поистине, Господь твой скор карою, и, поистине, Он — прощающий, милостивый!».. (аль-Араф: 167).

«И сменило их потомство, унаследовавшее Писание: оно берёт блага этого ближнего мира и говорит: „Нам будет прощено!“, а если приходят к ним блага, подобные тем, берут их. Разве не был взят с них завет Писанием — не говорить об Аллахе ничего, кроме истины? И разве не изучили они его? Ведь обитель последняя — лучше для богобоязненных: неужели вы не уразумеете?»... (аль-Араф: 169).

76Все эти тексты содержат определения истинного состояния людей Писания — подобно тому как сура ат-Тауба в целом повествует об их средствах и уловках во всём, что их касается. Ограничимся здесь немногими образцами из этих многочисленных коранических суждений:

«Неужели вы надеетесь, что они уверуют, тогда как группа из них слушала слово Аллаха, а затем, после того как постигли его, сознательно искажала его? Когда они встречают уверовавших, они говорят: „Мы уверовали“, а когда остаются наедине друг с другом, говорят: „Неужели вы будете рассказывать им о том, что открыл вам Аллах, чтобы они препирались с вами этим пред вашим Господом? Неужели вы не уразумеете?“ Разве не знают они, что Аллах ведает и скрытое ими, и являемое? Среди них и неграмотные, которые не знают Писания, а держатся лишь домыслов. Горе же тем, которые пишут Писание своими руками, а затем говорят: „Это — от Аллаха“, чтобы купить этим ничтожную цену! Горе их рукам за то, что они написали..» (аль-Бакара: 75–79).

«…горе же им за то, что они приобрели!» (аль-Бакара: 75–79).

«Мы даровали Мусе Писание и отправили вслед за ним посланников. Исе, сыну Марьям, Мы дали ясные знамения и укрепили его духом святости. Неужели всякий раз, когда к вам приходил посланник не с тем, чего желают ваши души, вы проявляли гордыню? Одних вы объявляли лжецами, других убивали. И говорили они: „Наши сердца покрыты оболочкой“. Нет! Проклял их Аллах за их неверие: мало кто из них уверовал. Когда же пришло к ним от Аллаха Писание, подтверждающее то, что было у них, — а ведь прежде они просили помощи против неверных, — то, едва пришло к ним то, что они сами узнавали, они отвергали его. Да пребудет проклятие Аллаха над неверными! Скверно они продали свои души: не уверовали в то, что ниспослал Аллах, из зависти к тому, что Аллах ниспосылает милость тому из Своих рабов, кому пожелает, — и навлекли на себя гнев поверх гнева. Неверным же уготовано унизительное наказание. Когда им говорят: „Уверуйте в то, что ниспослал Аллах“, — они отвечают: „Мы веруем в то, что ниспослано нам“, — и отвергают всё остальное, хотя это — истина, подтверждающая то, что у них. Скажи: „За что же вы убивали прежде пророков Аллаха, если вы — верующие?“» (аль-Бакара: 87–91).

«Скажи: „О люди Писания! Почему вы не веруете в знамения Аллаха, тогда как Аллах — свидетель того, что вы вершите?“ Скажи: „О люди Писания! Почему вы отвращаете от пути Аллаха тех, кто уверовал, стремясь искривить этот путь, тогда как сами — свидетели? Ведь Аллах не в неведении о том, что вы творите“» (Аль 'Имран: 98–99).

«Неужели ты не видел тех, кому была дарована часть Писания? Они веруют в джибта и тагута и говорят неверным: „Эти идут прямой дорогой вернее тех, которые уверовали“. Это те, кого проклял Аллах; а для того, кого проклял Аллах, ты не найдёшь помощника» (ан-Ниса: 51–52).

«Воистину, кто приобщает к Аллаху сотоварищей, тому Аллах запрещает Рай; пристанище его — Огонь, и не будет у беззаконников помощников. Неверны те, которые сказали: „Воистину, Аллах — третий из трёх“, — ибо нет иного бога, кроме единственного Бога! Если же они не прекратят того, что говорят, то неверных из них постигнет мучительное наказание. Неужели они не обратятся к Аллаху с покаянием и не испросят у Него прощения? Ведь Аллах — Прощающий, Милосердный. Мессия, сын Марьям, — всего лишь посланник; до него уже были посланники, а мать его была праведницей. Оба они ели пищу. Посмотри же, как Мы разъясняем им знамения, — и посмотри, как они отворачиваются!» (аль-Маида: 72–75).

77Обращение к этим кораническим текстам и подобным им — а их немало и в мекканских, и в мединских сурах — показывает: взгляд на истинное положение людей Писания, уклонившихся от правой религии Аллаха, ничуть не изменился в последних установлениях, приведённых в последней суре. И клеймо уклонения, нечестия, многобожия и неверия, поставленное им, — не новое суждение и не новый вывод касательно самой сути вероубеждения. При этом благородный Коран неизменно запечатлевал за верной, праведной частью людей Писания их верный путь и их праведность. Так сказал Всевышний, воздавая справедливость праведным среди них:

«Среди народа Мусы есть такие, которые руководствуются истиной и по ней устанавливают справедливость» (аль-А'раф: 159).

«Есть среди людей Писания такие, что если ты доверил ему целый кинтар, он возвратит его тебе; но есть и такие, что если ты доверишь ему динар, он не возвратит его тебе, пока стоишь над ним. Это потому, что они сказали: „На нас не лежит никакой обязанности перед неграмотными“, — и возводят на Аллаха навет, зная истину» (Аль 'Имран: 75).

«Унижение сопровождает их всюду, где бы они ни были найдены, — разве что под покровительством Аллаха и покровительством людей, — и они навлекли на себя гнев Аллаха, и к ним прикована нужда. Всё это за то, что они не верили в знамения Аллаха и убивали пророков без права; за то, что они ослушивались и преступали пределы. Но они не одинаковы: среди людей Писания есть община твёрдая, читающая знамения Аллаха по ночам, падая ниц. Они веруют в Аллаха и в Последний день, велют одобряемое и запрещают порицаемое, спешат к добрым делам — они из числа праведников. И какое бы добро они ни совершили, оно не будет отвергнуто: Аллах знает богобоязненных» (Аль 'Имран: 112–114).

78Что же действительно подверглось пересмотру, так это нормы взаимодействия с людьми Писания: одно событие сменялось другим, пока эти нормы не сложились в тот окончательный вид, в котором мы видим их теперь в последних айатах этой суры, — вид, определяющий отношение исламского общества к людям Писания и порядок их жизни среди мусульман.

«И не препиайтесь с людьми Писания иначе, как прекраснейшим образом, — разве что с теми из них, которые поступали несправедливо. Скажите: „Мы уверовали в то, что ниспослано нам и ниспослано вам. Бог наш и ваш Бог — один, и Ему мы предаёмся“» (аль-'Анкабут: 46).

«Скажите: „Мы уверовали в Аллаха и в то, что ниспослано нам, в то, что ниспослано Ибрахиму и Исмаилу и Исхаку и Йакубу и коленам, и в то, что было даровано Мусе и Исе, и в то, что было дано пророками от их Господа. Мы не делаем различий ни между кем из них, и Ему мы предаёмся“. Если же они уверуют в то же, во что уверовали вы, — значит, встали на прямой путь; если же отвернутся, то пребудут в разладе: довольно тебе Аллаха против них — Он Слышащий, Знающий» (аль-Бакара: 136–137).

«Скажи: „О люди Писания! Придите к слову, равному для нас и для вас: чтобы мы не поклонялись никому, кроме Аллаха, не придавали Ему ничего в сотоварищи и не считали одни из нас других господами помимо Аллаха“. Если же они отвернутся, скажите: „Засвидетельствуйте, что мы — предавшиеся“» (Аль 'Имран: 64).

«Многие из людей Писания желали бы вернуть вас в неверие после вашего уверования, из зависти, гнездящейся в их душах, — после того как истина стала им ясна. Простите же и будьте великодушны, пока Аллах не явит Своё решение: поистине, Аллах властен над всякой вещью» (аль-Бакара: 109).

79Затем Аллах явил Свое повеление, которому Он поручил дела верующих: произошли события, нормы были пересмотрены, и деятельная, реальная, созидательная линия пошла своим путем — пока не сложились эти последние божественные установления в данной суре, в том виде, в каком мы их увидели.

80Во взгляде же этой религии на истинное положение людей Писания — на испорченность их вероучения, на их многобожие по отношению к Аллаху и неверие в Его знамения — не изменилось ничего. Изменилась лишь норма взаимоотношений.. а эта последняя вновь определяется теми основоположениями, о которых уже говорилось в начале этого вводного раздела данного отрезка суры, в этих абзацах:

81«Это последнее изменение в правилах взаимоотношений между исламским обществом и людьми Писания невозможно понять в его подлинной природе иначе, чем через ясное постижение, с одной стороны, природы неизбежных отношений между методом Аллаха и методами джахилии, а с другой — природы деятельного исламского пути, его многообразных этапов и обновляющихся средств, отвечающих меняющейся человеческой действительности...»

82Теперь же приведем хотя бы некоторый обзор природы позиции между людьми Писания и мусульманским обществом — как со стороны устойчивой, предметной ее основы, так и со стороны реально свершившихся исторических событий.. Вот главные элементы, на которые опираются эти окончательные установления.

83Природу этой позиции между людьми Писания и мусульманским обществом следует искать прежде всего в установлениях самого Аллаха — пречистого — о ней, поскольку это божественная истина, которой не может коснуться ложь ни спереди, ни сзади; и поскольку эти установления — самое надежное основание для всякого вывода, самое точное из того, на чем могут строиться доказательства, и настолько истинное, что его подтверждает сама действительность.

84Аллах — пречист — определил природу позиции людей Писания по отношению к мусульманам во многих местах Своего благородного Книги.. То Он — пречист — говорит о них одних, то говорит о них вместе с неверными из многобожников — потому что существует единство цели по отношению к исламу и мусульманам, объединяющее неверных из людей Писания и неверных из многобожников. А иногда Он говорит об их реальных позициях, которые раскрывают единство цели и единство деятельного сближения для противостояния исламу и мусульманам.. Тексты, закрепляющие эти истины, обладают такой ясностью и категоричностью, что не нуждаются в наших пояснениях.. Вот некоторые образцы из них:

«Не хотят, чтобы вам ниспосылалось благо от вашего Господа, ни неверующие из людей Писания, ни многобожники» (аль-Бакара: 105).

«Многие из людей Писания желали бы обратить вас после вашего уверования обратно в неверных, движимые завистью, гнездящейся в их собственных душах, — после того как истина разъяснилась им» (аль-Бакара: 109).

«Никогда не будут довольны тобой ни иудеи, ни христиане, пока ты не станешь следовать их вероисповеданию» (аль-Бакара: 120).

«Некоторые из людей Писания желали бы сбить вас с пути; однако они сбивают с пути только самих себя, и даже не отдают себе в этом отчета» (Аль 'Имран: 69).

«Среди людей Писания есть группа, которая говорит: „Уверуйте утром в то, что ниспослано уверовавшим, а к вечеру отречитесь от этого, — быть может, они отвернутся вспять. И не верьте никому, кроме тех, кто следует вашей религии“» (Аль 'Имран: 72–73).

«О те, которые уверовали! Если вы подчинитесь некоторым из тех, кому даровано Писание, то после вашего уверования они обратят вас в неверных» (Аль 'Имран: 100).

«Неужели ты не видел тех, кому дарована часть Писания? Они покупают заблуждение и хотят, чтобы вы сбились с дороги. Аллах лучше знает ваших врагов» (ан-Ниса: 44).

«Неужели ты не видел тех, кому дарована часть Писания? Они веруют в джибта и тагута и говорят неверным: „Эти идут прямой дорогой вернее тех, которые уверовали“» (ан-Ниса: 51).

85Одних этих образцов достаточно, чтобы закрепить истинную природу позиции людей Писания по отношению к мусульманам.. Они желали бы, чтобы мусульмане вернулись в неверие, движимые завистью, гнездящейся в их собственных душах, после того как истина разъяснилась им. Свое боевое положение по отношению к мусульманам они определяют словами Всевышнего:

«Они не перестанут сражаться с вами, пока не отвратят вас от вашей религии, если только смогут» (аль-Бакара: 217).

«Неверующие хотели бы, чтобы вы небрежно отнеслись к вашему оружию и вашему имуществу, чтобы затем напасть на вас единым натиском» (ан-Ниса: 102).

«Если они встретят вас, то станут вашими врагами и прострут к вам руки свои и языки свои со злом; им хотелось бы, чтобы вы стали неверными» (аль-Мумтахана: 2).

«Когда же они одолеют вас, то не будут соблюдать перед вами ни родственных уз, ни обязательств» (ат-Тауба: 8).

86Когда мы возвращаемся к этим господним установлениям о многобожниках, мы обнаруживаем, что конечные цели их против ислама и мусульман — это те же самые цели, почти теми же самыми словами выраженные, что и конечные цели людей Писания против ислама и мусульман.. Это делает природу их позиции по отношению к исламу и мусульманам тождественной природе позиции многобожников.

87А когда мы замечаем, что коранические установления и о тех, и о других приходят в окончательных формулировках, само построение которых указывает на закрепление постоянного свойства, а не на описание временного состояния, — как слова Всевышнего о многобожниках: „Они не перестанут сражаться с вами, пока не отвратят вас от вашей религии, если только смогут“, — и слова Всевышнего о людях Писания: „Никогда не будут довольны тобой ни иудеи, ни христиане, пока ты не станешь следовать их вероисповеданию“, — становится ясно: эти слова отнюдь не описывают временного или преходящего состояния!

88Стоит нам бросить беглый взгляд на историческую реальность этих отношений, воплощенную в позициях людей Писания — иудеев, христиан и прочих, — как мы обнаруживаем факты, полностью совпадающие с правдивыми айатами, и убеждаемся, что те закрепляли постоянную, устойчивую закономерность, а вовсе не описывали временный, случайный эпизод.

89Даже если исключить отдельные частные случаи — или случаи немногих группировок, — о которых повествуют айаты, и обратиться к их исторической реальности в обращении с этой религией, к ходу ее в самой жизни.. — а ведь именно эти случаи мы имели в виду раньше, — то и тогда мы не найдем в летописи всей этой истории ни единого мгновения перерыва — с того первого дня, когда ислам столкнулся с ними в Медине, и до настоящего часа!

90Эти страницы — не место для изложения такой долгой истории.. Но мы укажем лишь на немногое из множества тех озлобленных войн, которые иудеи развязывали против ислама и его людей на протяжении всей истории..

91..Вот эти козни, в которых иудеи достигли такого искусства.. Они сомневались в послании Посланника Аллаха ﷺ, хотя знали его; они покровительствовали лицемерам и подпитывали их сомнительными россказнями, чтобы те пускали их в обращение, вкупе с наветами и ложью. И то, что они сделали в связи с переносом киблы, и то, что они сделали в связи с событием ночного перенесения (аль-Исра), и то, что они делали при каждом удобном случае, — все это не что иное, как звенья одной и той же козни..

92…и козни их. На такие же деяния ниспосылался Благородный Коран: суры «аль-Бакара», «Аль 'Имран», «ан-Ниса», «аль-Маида», «аль-Хашр», «аль-Ахзаб», «ат-Тауба» и другие заключают в себе немало из этого.(1)

93(1) Отсылки — к вводным разделам сур «аль-Бакара», «Аль 'Имран», «ан-Ниса» и «аль-Маида» в настоящем переработанном издании «Зиляль».

94[стр. 137]

«Глупцы среди людей скажут: „Что заставило их отвернуться от киблы, к которой они обращались прежде?“ Скажи: „Аллаху принадлежат восток и запад. Он ведёт прямым путём того, кого пожелает“».. (аль-Бакара: 142)

«О обладатели Писания! Почему вы не веруете в знамения Аллаха, когда сами являетесь свидетелями? О обладатели Писания! Почему вы облекаете истину в ложь и скрываете истину, тогда как знаете это?».. (Аль 'Имран: 70–71)

«Часть обладателей Писания сказала: „Уверуйте утром в ниспосланное верующим, а вечером отвергните его, — может быть, они обратятся вспять“.».. (Аль 'Имран: 72)

«Есть среди них и такие, кто искажает языками своими Писание, чтобы вы сочли это за Писание, тогда как это не из Писания, и говорит: „Это — от Аллаха“, тогда как это не от Аллаха, — и возводит на Аллаха ложь, зная об этом». (Аль 'Имран: 78)

«…почему вы не веруете в знамения Аллаха, когда Аллах свидетельствует о том, что вы совершаете?.. Почему вы отвращаете от пути Аллаха тех, кто уверовал, стремясь сделать его кривым, тогда как сами являетесь свидетелями? Аллах же не беспечен к тому, что вы совершаете!».. (Аль 'Имран: 98–99)

«Люди Писания требуют, чтобы ты ниспослал им книгу с неба! Они уже просили у Мусы большего: „Покажи нам Аллаха открыто!“ — и поразила их молния за несправедливость; затем они взяли себе тельца после того, как явились к ним ясные знамения…».. (ан-Ниса: 153)

«…и хотят они задуть свет Аллаха своими ртами, однако Аллах не желает ничего иного, кроме как довести до полноты свет Свой, — хотя бы мерзко было это неверным».. (ат-Тауба: 32)

95И история свидетельствует о том, как иудеи раз за разом нарушали договоры свои и чинили нападения на мусульман, — что и привело к событиям с бану кайнука, бану ан-надир и бану курайза, а затем и к Хайбару. Свидетельствует она и об союзе иудеев с многобожниками во дни аль-Ахзаба — общеизвестное это и хорошо известное.

96С той поры продолжали иудеи свои козни против Ислама и его людей.. Они были основными элементами разжигания великой смуты, в которой был убит праведный халиф Усман ибн Аффан (да будет доволен им Аллах), — смуты, после которой единство исламской общины распалось в огромной мере.. Они стояли во главе раздора, вспыхнувшего затем между Али (да будет доволен им Аллах) и Муавией.. Они возглавляли кампанию подделки хадисов, жизнеописаний Пророка ﷺ и преданий тафсира.. Они принадлежали к тем, кто готовил набег татар на Багдад и подрыв Исламского халифата.. Что же до истории новейшей, то за ними стоит каждая катастрофа, обрушившаяся на мусульман во всех краях земного шара, — и по сей день они стоят во главе этой попытки.

97Такова уж природа иудеев:

98[стр. 138]

99Между ромеями и персами тлела вражда, чей возраст исчислялся веками.. Но стоило Исламу явиться на Полуострове, как Церковь почуяла опасность этой истинной религии для всего, что она сотворила собственными руками, — для веры своей, носящей печать иудейства и представляющей собою нагромождение древнейших языческих культов..

100Ромеи принялись стягивать силы в Шаме.. Случилось же это после того, как Посланник Аллаха ﷺ отправил гонца к наместнику Бусры, ставленнику ромеев. Мусульмане послов почитали, — христиане же вероломно поступили с послом Посланника Аллаха ﷺ и убили его. Тогда Посланник Аллаха ﷺ снарядил войско трёх эмиров-мучеников: Зайда ибн Харисы, Джафара ибн Аби Талиба и Абдуллы ибн Равахи.. Было это в джумада аль-уля восьмого года хиджры.

101(К иному лику той же войны мы ещё подойдём — подробно о нём будет сказано в своём месте, если пожелает Аллах Всевышний.) Затем было войско Усамы ибн Зайда, которое Посланник Аллаха ﷺ снарядил незадолго до своей кончины и которое отправил затем праведный халиф Абу Бакр (да будет доволен им Аллах) к пределам Шама — навстречу тем римским скоплениям, что метили покончить с этой религией!

102Пламенел котёл крестоносной ненависти со времён победоносной битвы при Ярмуке и последовавшего за нею выхода Ислама на освобождение ромейских колоний в Западной Европе.. Затем настал черёд сыновей прочной исламской опоры — с той самой поры, как ромеи забыли вражду свою с персами, а христиане стали помогать персам против Ислама на юге Полуострова.. Затем — позже, в Муте.. Затем — после победоносного Ярмука..

103Затем лютость эта и зверство её явились во весь рост в Андалусии, когда крестоносство обрушилось на исламскую опору в Европе: истязаний и убийств миллионов мусульман там — таких, каких не знала дотоле история.. И такую же гнусность — не знающую ни стыда, ни жалости, не признающую в мусульманах ни права, ни совести — явило оно в крестовых войнах на Востоке.

104И вот что приводится в книге «Цивилизация арабов» Гюстава Лебона — француза-христианина:

105Первым делом Ричард Английский отличился тем, что умертвил напротив лагеря мусульман три тысячи пленных, сдавшихся ему после того, как он дал обет сохранить им жизнь. Затем дал он себе полную волю в убийствах и грабежах — чем был возмущён Саладин Айюбидский, который, однако, и пальцем не тронул своих пленников.. Тот самый, кто снабжал Филиппа и Львиное Сердце лекарями, лекарствами и припасами, пока оба лежали в болезни…

106Точно так же писал и другой христианский автор — Джордж Браун:

107(1) Источники к этому разделу — см. книгу «Эта религия» (издательство «Дар аш-Шурук»).

108[стр. 139]

109Начали крестоносцы путь свой к Иерусалиму под самым дурным предзнаменованием: отряды паломников проливали кровь во дворцах, что захватывали. Жестокости они не знали меры — вспарывали животы и рылись в поисках динаров во внутренностях! Саладин же, когда отбил Иерусалим, даровал крестоносцам охранительную грамоту и сдержал все обязательства свои; щедростью обошлись мусульмане с врагами своими, устилая им ложа милосердия своего, — так что брат султана, справедливый король, освободил тысячу пленных всякого возраста; патриарху дозволено было унести крест и утварь церковную, а княгиням и королеве — навещать мужей своих.

110Не ради позорища перечисляет сидящий в сени Корана эту длинную ленту крестоносных войн, тянувшуюся через всю историю, — но чтобы сказать: война эта ни единожды не складывала бремени своего с плеч крестоносства. Довольно вспомнить, что свершилось в Занзибаре на памяти нынешнего поколения: мусульман истребили поголовно — двенадцать тысяч легло мёртвыми, а оставшихся четыре тысячи сброшены в море, изгнанные с острова! Довольно напомнить, что творит Эфиопия в Эритрее и в сердце самой Эфиопии, и что творит Кения с сотней тысяч мусульман, которые хотят лишь одного — присоединиться к соплеменникам своим, мусульманам Сомали! И довольно знать, что затевает крестоносство в Южном Судане!

111И довольно, дабы обрисовать взгляд крестоносцев на Ислам, привести абзац из книги европейского автора, вышедшей в 1946 году: «Нас пугали разными народами. Но, испытав, мы не нашли оснований для всех этих страхов.. Прежде страшили нас еврейской опасностью, жёлтой опасностью и опасностью большевизма.. Однако все эти страхи оказались вовсе не такими, какими рисовало их воображение. Иудеи-то нашлись нам друзьями — стало быть, всякий гонимый становится врагом нашим вечным! Затем увидели мы, что большевики — союзники наши. А у жёлтых народов есть крупные демократические державы, которые им противостоят. Истинная же опасность крылась в строе Ислама — в мощи его расширяться и подчинять, в жизненной силе его.. Он — единый поистине грозный противник, встающий поперёк европейского колониализма!»

112(1) Из книги Джорджа Брауна — по книге «Миссионерство и колониализм в арабских странах» д-ра Мустафы аль-Халеди и д-ра Омара Фарруха.

113(2) См. книги: «Колониализм и миссионерство» д-ра Мустафы аль-Халеди и Омара Фарруха; «Набег на исламский мир» Мухибб ад-Дина аль-Хатиба; «Национальные течения в современной литературе» д-ра Мухаммада Мухаммада Хусейна; «Мусульмане ли мы?» Мухаммада Кутба. («Дар аш-Шурук».)

114И длится это поныне.. О соотнесённости многочисленных коранических текстов с этими событиями мы уже не раз говорили в прежних частях «Зиляль» — как и о других источниках, близких к ним..

115[стр. 140]

116Так, из этого беглого обозрения — вприбавок к сказанному нами прежде о природе всеобщего исламского провозвестия, которое хочет раскрепостить человека и которое побуждает джахилию — то есть всю землю — сокрушить движение, несущее это провозвестие и выходящее с ним на всю землю, — мы видим, что последние установления, приведённые в этой суре, и есть естественное требование всех этих фактов.. При этом они в то же время не отменяют шариатски установлений прежних, переходных, — тех, действие которых связано с обстоятельствами и условиями, схожими с теми обстоятельствами и условиями, при которых они были ниспосланы. Ибо всегда присуща самому исламскому пути его подвижная природа: он встречает человеческую реальность встречей реальной — средствами обновляющимися, на этапах многоразличных.

117И правда то, что эти божественные установления данной суры обращены были к вполне определённому положению на Полуострове и служили законодательной подготовкой практического движения в походе на Табук — навстречу римскому скоплению у рубежей Полуострова, изготовившемуся ринуться на Ислам и его людей; тот поход, вокруг которого строится вся ось суры. Но положение обладателей Писания по отношению к Исламу и его людям не было порождением какого-то конкретного исторического этапа — оно порождено постоянной, устойчивой реальностью; равным образом и война их против Ислама и мусульман не была порождением определённой исторической эпохи: она объявлена — и пребудет объявленной.. разве что мусульмане все до единого отступятся от своей религии! Объявлена же она с лютостью, упорством и ожесточением, всевозможными средствами, на всём протяжении истории! Потому эти установления в данной суре — установления исконные и всеохватывающие, не ограниченные никаким временем и не привязанные к какому-либо месту.. Действование же ими совершается в рамках исламского общества — и именно это обязан учесть факих прежде, чем толкователи начнут рассуждать об установлениях самих по себе.

118Бывает же, что от исламского общества остаются одни вывески — слабость и раздробленность там, где должен быть Ислам.. Постичь же тексты эти невозможно иначе, как держа в уме эту истину.. И далека даль между тем, чтобы смотреть на тексты как на слепки, застывшие в пустоте, и тем, чтобы видеть тексты в их живой движенности — сообразно исламскому пути. Непременна при этом оговорка: «движение — сообразно исламскому пути». Речь ведь не о движении как таковом: человеческая реальность — первооснова, каким бы движением она ни создавалась.. но становится она основополагающим элементом в фикхе установлений тогда, когда создало её самое исламское общество.

119По этому правилу только и открывается правильное видение тех окончательных установлений, что определяют отношения между обладателями Писания и исламским обществом: живым движением действуют они в плоскости реальной — сообразно тому целостному, реалистичному и позитивному методу движения.

120Довольно и этого сжатого вступления, чтобы обратиться под его сенью к кораническим текстам данного отрывка:

«Сражайтесь с теми из людей Писания, которые не веруют в Аллаха и в Последний день, не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник, не исповедуют религию истины, — пока они не станут собственноручно платить джизью, оставаясь униженными» (ат-Тауба: 29)..

121Этот аят — и следующие за ним аяты — …

122[стр. 1030]

123…в контексте она была связана с походом на Табук, со встречей с румийцами и их пособниками из гассанидов… и что она являет собой констатацию наличного состояния во всех его действительных чертах. Именно это внушает коранический контекст в подобных местах.. Ведь эти действительные черты приведены здесь не в качестве условий для ведения войны с людьми Писания; они приведены как реально существующие вещи в вероубеждении этих

124[стр. 1031]

125людей и их реальной жизни; сами по себе они — обоснование и побуждение для повеления сражаться с ними. И всякий, чьё вероубеждение и чья реальность подобны их вероубеждению и их реальности, подпадает под это же суждение..

126Из этих действительных черт контекст называет следующие: во-первых, они не веруют в Аллаха и в Последний день; во-вторых, они не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник; в-третьих, они не исповедуют истинную религию.

127В последующих аятах показано, как именно они не веруют в Аллаха и в Последний день, не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник, и не исповедуют истинную религию. А происходит это потому, что:

128Первое: иудеи сказали: «Узайр — сын Аллаха», а христиане сказали: «Мессия — сын Аллаха» (ат-Тауба: 30).. И это изречение подобно словам тех, кто не уверовал прежде них, из идолопоклонников: они похожи на них в этом вероубеждении, обладатель которого никак не может быть верующим в Аллаха и в Последний день (и невозможно постичь, как он при этом не верует в Последний день).

129Второе: они взяли своих законоучителей и монахов за господ помимо Аллаха, а также Мессию, сына Марьям. А это противоречит истинной религии — религии, в которой поклоняются одному лишь Аллаху, у Которого нет сотоварищей. Стало быть, они многобожники и не исповедуют истинной религии.

130Третье: они стремятся задуть свет Аллаха своими устами. Значит, они воинствуют против религии Аллаха; а верующий в Аллаха и в воздаяние, приверженный истинной религии, никогда не станет воевать против религии Аллаха.

131Четвёртое: они пожирают имущество людей напрасно — независимо от того, кто подразумевается под словом «Его Посланник»: посланник, направленный именно к ним, или же Мухаммад — Посланник Аллаха ﷺ:

132Все эти черты в совокупности были наличной реальностью применительно к христианам Шама и Рума — как и применительно к другим: в измышлении «священных соборов» рядом с религией Исы, мир ему, в изречениях об Исе, мир ему, и в троичном божестве — при всём разногласии между толками и сектами, целиком сходящемся на троице! — на всём протяжении истории вплоть до наших дней!

133Итак, это — общее повеление, устанавливающее абсолютное правило в обращении с людьми Писания: теми, к кому приложимы эти действительные черты, будь то христиане арабов или христиане Рума.. И ничуть не противоречит этому всеобщему охвату то, что пророческие предписания делали исключение для отдельных лиц и групп поимённо, оставляя их вне боя: детей, женщин, стариков, немощных, а также монахов, затворившихся в монастырях... — как не ведущих войны. Ведь Ислам запретил воевать с невоюющими из какой бы то ни было общины. И пророческие предписания не были направлены на них отнюдь не потому, что они в самом деле не совершали нападений на мусульман, а потому, что нападение по самой их природе вообще не могло от них исходить; посему общее повеление постановило оставить их и не сражаться с ними.

134Это никак не согласуется с речами тех, кто пытается отвести от Ислама обвинение! Ведь нападение существует изначально: нападение на божественность Аллаха! Нападение на людей — через склонение их к поклонению кому-то вместо Аллаха! И когда Ислам выступает на защиту божественности Аллаха — Преславного Он! — и на защиту человеческого достоинства на земле, власти непременно отвечают ему сопротивлением, войной и враждой.. И нет избавления от столкновения с реальностью вещей!

135[стр. 1032]

136Поистине, этот аят повелевает мусульманам сражаться с людьми Писания, «которые не веруют в Аллаха и в Последний день» (ат-Тауба: 29).. Тот, кто признаёт, что Узайр — сын Бога или что Мессия — сын Бога, — о том нельзя сказать: «он верует в Аллаха». Так же и тот, кто говорит: «Аллах — это Мессия, сын Марьям», или: «Аллах — третий из трёх», или: «Аллах воплотился в Мессии»... — и так до конца всего круга церковных представлений, которые отлили священные соборы, невзирая на все внутренние разногласия!..

137А те, которые говорят: «Нас не коснётся Огонь, разве что на считанные дни», — каковы бы ни были их грехи, ибо они сыны Божьи, возлюбленные Его и избранный народ Его. И те, которые говорят: «Всякий грех прощается через соединение со Христом и причащение Святой вечери, и нет прощения никоим иным путём!» — те и другие не могут быть названы верующими в Последний день.

138Этот аят описывает таких людей Писания как тех, кто «не считает запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник» (ат-Тауба: 29). А кем ни разумей слово «Его Посланник» — посланником, посланным именно к ним, или же Пророком — Посланником Аллаха ﷺ, — смысл один. Ибо последующие аяты растолковали это тем, что они пожирают имущество людей напрасно. А пожирание имущества людей напрасно запрещено в каждой вести и устами каждого посланника. Из рода такого присвоения чужого достояния — ростовщические сделки, а также то, что берут себе церковники в обмен на «грамоты отпущения грехов»! Это и отвращение от религии Аллаха и противостояние ей силой, совращение верующих с их религии. Это и склонение людей к поклонению кому-то вместо Аллаха, подчинение их законам и шариатам, которых не ниспосылал Аллах. Всё это подпадает под: «не считают запретным то, что запретили Аллах и Его Посланник».. И всё это наличествует у людей Писания, как наличествовало в тот день!

139Не есть истинная религия и вера в то, что у Аллаха есть соучастник в господстве. Не есть истинная религия и жизнь по закону, отличному от закона Аллаха, почерпание решений не от Аллаха, поклонение власти помимо власти Аллаха. И всё это наличествует у людей Писания, как наличествовало у них в тот день..

140Условие же, которое текст ставит для прекращения сражения с ними, состоит не в том, чтобы они приняли Ислам — нет принуждения в религии! — а в том, чтобы они выплачивали джизию собственной рукой, пребывая униженными (ат-Тауба: 29).. Но в чём же мудрость этого условия? Почему именно оно — та цель, от которой отталкивается само сражение?

141Люди Писания с такими их чертами — это война против религии Аллаха и по вероубеждению, и по образу действий, и вместе с тем война против исламского общества — в силу самой природы взаимного противостояния и столкновения между методом Аллаха и методом джахилии, воплощённой в вероубеждении и реальности людей Писания.. И что реальность этой войны подтверждена историческим опытом, доказавшим подлинность противостояния, природу столкновения и невозможность сосуществования двух путей, — видно из того, что люди Писания фактически вставали на дороге религии Аллаха и объявляли ей и её людям войну без всякого ослабления — в период, предшествовавший ниспосланию этого аята (да и в последующий — вплоть до сегодняшнего дня!).

142Ислам же — как единственно истинная религия, сущая на земле, — обязан выступить, дабы убрать эти материальные преграды со своего пути и высвободить человека из поклонения чему-то помимо истинной религии; при этом каждому человеку оставляется свобода выбора — без принуждения ни со стороны Ислама, ни со стороны названных материальных преград.

143Отсюда практическое средство, обеспечивающее сразу и устранение материальных преград, и отсутствие принуждения к принятию Ислама: сломать клык властей, стоящих не на истинной религии, чтобы те покорились и реально объявили о своей покорности согласием выплачивать джизию.

144Тогда процесс освобождения действительно свершится: каждому человеку будет гарантирована свобода избрать истинную религию по собственному убеждению. Кто не убедится — останется при своём вероучении и заплатит джизию — ради достижения нескольких целей:

145Первая: выплатив её, он объявляет о своей покорности и о том, что не окажет материально-силового сопротивления призыву к истинной религии Аллаха.

146[стр. 1033]

147Вторая: он участвует в расходах на оборону его самого, его имущества, его чести и его неприкосновенностей, которые Ислам гарантирует зиммиям — тем, кто платит джизию и переходит тем самым под защиту и опеку мусульман, — от всякого, кто пожелает напасть на них извне или изнутри; оборону эту несут воюющие из мусульман.

148Третье: участие в казне мусульман, которая обеспечивает защиту и пропитание всякому, кто не способен трудиться.

149Мы не стали бы здесь вдаваться в фикховые споры о том, с кого берут джизию и с кого не берут, о размерах этой джизии, о способах её взимания и о местах такого взимания.. Ибо весь этот вопрос сегодня нам не предъявлен — в отличие от эпох факихов, которые выносили по нему фетвы и напрягали собственное мнение применительно к тогдашним казусам.

150Сегодня это вопрос «исторический», а не «актуальный».. У мусульман ныне нет джихада!. Да что там — мусульман ныне попросту нет!. Вот вопрос «существования» Ислама и существования мусульман — он-то и нуждается сегодня в лечении!

151Исламский метод, как мы не раз говорили прежде, — метод серьёзный и реалистичный: он не соглашается обсуждать вопросы, повисшие в пустоте, отвергает превращение в фикховые штудии, неприменимые в мире действительности, — ибо действительность не знает мусульманского общества, которым правил бы закон Аллаха и жизнью которого управляло бы исламское право, — и презирает тех, кто занимает себя и занимает людей подобными изысканиями о казусах, которых в реальности вовсе нет, нарекая их «аралитами» — вопрошающими: «Как думаешь, если бы случилось то-то, каково было бы решение?»

152Точка отсчёта ныне — та же, что в первый час приобщения людей к вести Ислама: пусть на клочке земли появятся люди, исповедующие истинную религию, свидетельствующие, что нет божества, кроме Аллаха, и что Мухаммад — Посланник Аллаха, посвящающие затем одного лишь Аллаха во владычество, власть и законодательство и претворяющие это в своей действительности этим открытым провозглашением освобождения человека.. И тогда — и только тогда! — откроется простор для приложения коранических текстов и исламских предписаний на аренах противостояния между Исламом и иными сообществами.. Тогда — и только тогда! — уместным станет вступление в эти фикховые изыскания, составление решений и кодификация положений, встающих перед Исламом в действительности, а не в мире теорий!

153Если мы и коснулись толкования этого аята — в его основе и начале, — то потому лишь, что он затрагивает вероубежденческий вопрос и связан с природой исламского метода. На этом мы останавливаемся и не углубляемся далее в частные фикховые изыскания — из уважения к чёткости исламского метода, его реалистичности и его возвышению над сегодняшним убожеством!

«И сказали иудеи: „Узайр — сын Аллаха“, и сказали христиане: „Мессия — сын Аллаха“. Это — слова, которые они произносят своими устами; они уподобляются словам тех, кто не уверовал прежде. Да разразит их Аллах! До чего же они отвращаются от истины!» (ат-Тауба: 30)

154Какое уместное повеление — веление Аллаха мусульманам сражаться с людьми Писания, «пока они не выплатят джизию собственной рукой, будучи униженными» (ат-Тауба: 29)! У него были свои обстоятельства в реальной жизни общества той поры — о них мы говорили в предисловии к суре и перед первым её отрывком, — и эти обстоятельства требовали утвердить и укрепить такое повеление, разъяснить причины и факторы, делавшие его неизбежным, развеять сомнения и снять препоны, шептавшиеся в иных душах насчёт него. Тем более что исполнение этого повеления означало встречу с румийцами на окраинах Шама. А румийцев арабы боялись ещё до Ислама: те долго держали под контролем северные области полуострова, опираясь на помощников из арабских племён и на подчинённое их влиянию владение — державу Гассанидов..

155[стр. 1034]

156И правда то, что это не первая эпопея, которую мусульмане ведут с румийцами после того, как Аллах возвеличил тех арабов Исламом и сделал из них умму, противостоящую румийцам и персам, — тогда как прежде это были племена, не имевшие ни мощи, ни помышления о прямом столкновении с румийцами и персами; и вся известная о них доблесть проявлялась лишь во взаимных усобицах, в набегах и мщении, в грабеже и захвате добычи!. Но благоговейный трепет перед румийцами продолжал жить в глубинах душ — особенно тех, на которых ещё не отпечатался подлинный исламский характер. И последней большой битвой между мусульманами и румийцами был поход при Му'те — и он оказался не в пользу мусульман. И вот там стянулось множество румийцев и их ставленников…

157…из арабов-христиан — по преданию, двести тысяч!..

158Все эти тяготы — как то, что относилось к становлению исламской общины в тот период, так и то, что было связано с остаточным трепетом перед ромеями и опаскою прямого столкновения с ними, — плюс сами обстоятельства похода, названного «походом тягостей» за те условия, в которые он был поставлен и о которых мы скажем далее, — и сверх всего этого то обстоятельство, что ромеи и большинство арабов-христиан были людьми Писания, — все эти тяготы требовали умножения разъяснений и веских обоснований, дабы утвердить неизбежность этого повеления, развеять сомнения и устранить препятствия, опровергнув их, и вскрыть причины и факторы, сделавшие эту неизбежность действительной..

159В этих аятах коранический контекст раскрывает заблудость вероучения этих людей Писания и то, что уподобляется оно вероучению многобожников, и что не устояли они на верном пути вероубеждения, которое принесло им их писание; стало быть, не в счёт то, что они — «люди Писания»: в основе своего вероубеждения они противоречат тому, с чем пришли к ним их писания.

160Обращает же на себя внимание упоминание здесь иудеев и их слов: «Узаир — сын Аллаха», — тогда как аяты были заняты наставлением и приготовлением к противостоянию ромеям и их союзникам из арабов-христиан.. И это — насколько можно судить — сводится к двум причинам:

161Первая: поскольку текст аятов был общим, а повеление сражаться с людьми Писания, пока они не станут платить джизью собственноручно, оставаясь униженными, тоже было общим, — контекст потребовал разъяснить то вероубеждение, на которое опирается это общее повеление касательно людей Писания вообще — и иудеев, и христиан без различия.

162Вторая: иудеи к тому времени уже выселились из Медины к окраинам Шама — после того как столкнулись с Исламом и мусульманами в схватках с бану кайнука и бану ан-надир.. Пребывала же религия их искажённой с той самой минуты, как исказил её Павел, — довершили же искажение её церковные соборы, как мы покажем далее. Что же до слов иудеев: «Узаир — сын Аллаха», — то это слово вышло из среды их самих..

163[стр. 145]

164Приводит шейх Рашид Рида в десятом томе тафсира «аль-Манар» (с. 378–385) полезное резюме о положении Узаира у иудеев и сопровождает его также полезным комментарием, из которого переносим сюда отрывки, дающие нам в общем виде картину истинного положения иудеев. Он говорит:

165«В „Еврейской энциклопедии“ (издание 1903 г.) сказано, что эпоха Ездры — это весна еврейской истории, распустившаяся цветами её и благоуханием роз её. И что он достоин быть почитаемым распространителем Шариата (в подлиннике — „носитель“ или „переносчик“ Шариата(1)), если бы его не принёс Муса (Талмуд, лист 21б): ведь тот был бы позабыт, но Ездра возвратил его либо воскресил. И если бы не грехи сынов Израиля, могли бы они видеть знамения (чудеса) так, как видели их во дни Мусы.. Упомянуто там также, что записал он Шариат ассирийскими буквами и ставил помету над словами, вызывавшими сомнение, и что начало еврейского летоисчисления восходит к его эпохе.»

166Говорит затем доктор Джордж Пост в «Библейском словаре»: Ездра («помощь») — иудейский священник и знаменитый книжник; долго жил он в Вавилоне.. На седьмой год царствования Артаксеркса дозволено было Ездре взять многочисленную часть народа и отправиться в Иерусалим — около 467 года до н. э. (Ездра 7), — и длился путь четыре месяца.

167«Далее он говорит: по иудейскому преданию занимает Ездра положение, равное положению Мусы и Илии; говорят, что он основал Великое собрание, что собрал книги Священного Писания, ввёл халдейские письмена вместо древнееврейских и составил книги „Дней“, „Ездры“ и „Неемии“.»

«Далее он говорит: язык части книги „Ездра“ (от 4:8 до 6:18) — халдейский, равно как и (7:12–26), ибо народ после возвращения из плена понимал халдейскую речь лучше древнееврейской..»

«Я же говорю: общеизвестно у историков народов — даже у людей Писания среди них, — что Тора, которую записал Муса, мир ему, и положил в ковчег Завета либо рядом с ним, была утрачена ещё до Кира: когда в его время ковчег открыли, не нашлось в нём ничего, кроме двух скрижалей, на которых были начертаны десять заповедей, — как ты это видишь в Третьей книге Царств(2)(3).. А ведь именно этот Ездра — тот, кто после плена записал Тору и прочее халдейскими буквами, языком халдейским, смешанным с остатками языка еврейского, — то есть иудеи забыли бо́льшую его часть.. Люди же Писания говорят: Ездра записал его таким, каким оно было, — через откровение либо вдохновение от Аллаха.. Но этому не дают согласия ни они сами, ни другие, и возражений тут немало..

«Он посвятил одиннадцатую и двенадцатую главы изложению некоторых возражений против того, что Пятькнижие есть книга Мусы, и тому подобному.. В четвёртой книге Ездры (глава 14, стих 21) сказано, что все писания [сгорели]: „Огонь упразднил закон Твой, и не осталось никому пути узнать, что Ты сотворил!..“ Ответ же на это таков: Ездра по вдохновению от Святого Духа заново составил священные книги, которые поглотил огонь, и продиктовал их пяти современным ему книжникам; потому и видишь ты, что „Тертуллиан“, святой „Ириней“, святой „Иероним“, святой „Иоанн Златоуст“, святой „Василий“ и другие называют Ездру восстановителем священных книг, известных у иудеев..»

168(1) Возможно, выражение „носитель Шариата“ точнее передаёт английский оригинал, чем оборот „распространитель Шариата“.

169(2) В Священном Коране об этом событии сказано: «Знамением его владычества будет то, что к вам прибудет ковчег, в котором будет спокойствие от вашего Господа и останки того, что оставили род Мусы и род Харуна; понесут же его ангелы» (аль-Бакара: 248)..

170(3) Мы же говорим: слово Корана — самое правдивое. И Он определённо сообщил, что там была (сохранённая часть)!

171[стр. 146]

172«Здесь достаточно этого разъяснения, и есть у нас в нём две цели: первая — что все люди Писания обязаны этому самому Ездре опорой своей религии и первоосновой священных книг, какие они имеют; вторая — что опора эта непрочна от забвения и столпы её рушатся. И именно это подтвердили свободные учёные Европы(1). Так, в британской энциклопедии, в статье о нём, после рассказа о том, что в его книге и книге Неемии заключена его запись Шариата, сказано: в других, более поздних преданиях передаётся, что он вернул людям не только Шариат, сожжённый огнём, но и восстановил все еврейские писания, которые были утрачены, и вернул семьдесят неканонических книг (апокрифов).. Составитель статьи говорит: раз легенда об этом Ездре записана историками, которые её создали, собственной рукой и без всякой опоры на иную книгу, то авторы нынешнего века полагают, что легенду об Ездре выдумали сами эти рассказчики.. (см. с. 14, том 4, четырнадцатое издание, 1929 г.)»

173(1) Хотим обратить внимание здесь, в «Зилалях», на смысл подобных выражений — „свободные“ (учёные) — в школе шейха Мухаммада Абдо и её учеников: школа эта в целом испытывала влияние методов мышления и идей, чуждых чисто исламскому методу мышления, и это влияние побуждало её смотреть на европейских писателей, обновивших церковь, как на „свободных“, равно как с одобрением смотреть на писателей, рассуждающих о демократии и западной свободе, и на европейские порядки, и призывать к усвоению того, что она именовала „добрым из этих идей и порядков“, — в силу того же влияния.. Это опасный спуск, к которому склонял лорд Кромер и подобные ему крестоносцы! Дело же нуждается в более глубоком и широком взгляде, в самостоятельности и опоре на исламский метод.

174(2) Нам же представляется, что здесь нет места этим колебаниям: коранический текст внушает, что слова иудеев «Узаир — сын Аллаха» подобны словам христиан «Мессия — сын Аллаха»; оба они означают то, что похоже на слова тех, кто не уверовал прежде, — это приписывание сыновства без права, со стороны религии истины, тому, кто их произносит, и причисление его к неверным и многобожникам:

175[стр. 147]

176Известно вдобавок, что часть христиан, говоривших «Мессия — сын Аллаха», происходила из иудеев; иудейским философом был и Филон.. Не исключено, что некоторые из живших до эпохи мухаммадской миссии говорили: «Узаир — сын Аллаха» — именно в этом смысле.»

177Из этого разъяснения становится ясно, что стоит за передачей Кораном этих слов иудеев в данной связи, которую предполагает контекст: это констатация истинного положения части людей Писания — испорченности вероубеждения, несовместимого ни с верой в Аллаха, ни с исповеданием религии истины. Именно это качество — основа, на которой построено решение о сражении. Цель же сражения — вовсе не принуждение их к Исламу; она состоит лишь в том, чтобы сломить их силу, с которой они выступают против Ислама, и привести их к покорности его власти, дабы люди — в условиях этой покорности — могли освободиться от воздействия давлений, сковывающих их волю при выборе религии истины, без принуждения откуда бы то ни было.

178Что же касается слов христиан «Мессия — сын Аллаха» и того, что он якобы третий из трёх, то это, как мы уже сказали, положение распространённое и общеизвестное; на нём стоят все их направления — с тех пор, как Павел исказил послание Мессии, зиждившееся на таухиде, как и остальные послания, а затем довершили его искажение священные соборы, окончательно разделавшись с самой идеей таухида!

179Мы и на этот раз ограничимся перенесением добротного свода о вероучении христиан из тафсира «аль-Манар» досточтимого шейха Мухаммада Рашида Риды. Там под заголовком «Троица» сказано:

180«Слово, употребляемое у христиан для обозначения существования трёх лиц, участвующих в божестве и известных как Отец, Сын и Святой Дух. Этому учению привержены церковь латинская и восточная и большинство общин — кроме немногих; а кто держится этого учения, тот утверждает, что оно соответствует текстам Священного Писания. Богословы добавили к нему толкования и разъяснения, взятые из учений древней церкви и творений великих отцов церкви; в них исследуется, каким образом родилось второе лицо и исходит третье, каково соотношение между тремя лицами, их отличительные свойства и наименования. И хотя слова „Троица“ нет в Священном Писании и нельзя указать ни одного места Ветхого Завета, прямо излагающего учение о Троице, древние христиане выводили его из многих мест, указывающих на собирательный образ в божестве; но поскольку те места допускают разные истолкования, их не приводят как решающего доказательства учения о Троице — только как знамений, указывающих на ясное и очевидное откровение..

181…который, по их убеждению, упоминается в Новом Завете. Из него выводили две большие группы стихов как доказательства этого учения: первая — те места, где Отец, Сын и Святой Дух упоминаются вместе; вторая — те, где каждый из них упоминается порознь и где заключены их особые свойства и отношение одного к другому.

182Споры об ипостасях Божества начались ещё в апостольскую эпоху. Возникли они по большей части из учений философов-манихейцев и гностиков. Так, Феофил, епископ Антиохийский, во II веке употребил по-гречески слово «триас», а Тертуллиан первым стал употреблять отвечающее ему латинское слово «тринитас», то есть «Троица». И в дни, предшествовавшие Никейскому собору, вокруг этого учения не смолкали споры, особенно на Востоке; церковь осудила многие мнения как еретические, в том числе взгляды эбионитов, считавших Христа всего лишь человеком.

183(1) «Еретиками» (аратикыйя) называют приверженцев новшеств — от слова «иртика́»; более употребительно слово «хартака» («ересь»); некоторые произносят его с заменой та эмфатическим та, и источник этого — в оглушении звука.

184«Савеллиане» — те, кто считал, что Отец, Сын и Святой Дух суть лишь разные образы, в которых Бог являл себя людям. «Ариане» — те, кто считал, что Сын не совечен Отцу, но есть творение Его, созданное прежде мира, а посему Он ниже Отца и подчинён Ему. «Македониане» — те, кто отрицал, что Святой Дух есть ипостась.

185Учение же церкви было закреплено Никейским собором в 325 году и Константинопольским в 381 году: оба определили, что Сын и Святой Дух равны Отцу в единстве Божества; что Сын от века рождён от Отца; что Святой Дух исходит от Отца. Толедский же собор 589 года постановил, что Святой Дух исходит и от Сына; вся латинская церковь приняла это добавление и укрепилась им. Греческая церковь поначалу молчала, не сопротивляясь; но когда полемика разгорелась, она воспротивилась перемене символа веры, почитая эту прибавку новшеством.

186И это остаётся поныне одним из величайших препятствий к объединению греческой и католической церквей. Лютеране же и евангельские церкви отступили от позиции католической церкви в вопросе о Троице, оставшейся у неё без изменений; однако уже с XIII века этому учению стали противопоставлять себя целые сонмы богословов и ряд новых течений — социниане, арминиане, унитарии, универсалисты и другие, считавшие его противоречащим Священному Писанию и разуму. Сведенборг относил Троицу к самой ипостаси Христа, утверждая не три ипостаси, а троичность внутри единой составной ипостаси: божественное в природе Христа — это Отец; то, что соединилось с его человечеством, — Сын; а то, что из него исходит, — Святой Дух. Распространение рационализма в лютеранских и реформатских церквах на известное время ослабило веру в Троицу среди многих либеральных богословов.

187Кант полагал, что Отец, Сын и Святой Дух означают лишь три основных свойства Божества — могущество, мудрость и любовь, — или три верховных действующих начала: творение, сохранение и управление. Гегель и Шеллинг пытались подвести под учение о Троице умозрительное основание, и позднейшие либеральные богословы последовали их путём, стремясь защищать это учение способами, построенными на основаниях умозрительных и богословских. Некоторые же богословы, опирающиеся на откровение, не держатся церковного учения с той точностью, с какой оно закреплено во вселенских соборах — Никейском и Константинопольском. И в позднейшие времена явилось немало защитников, подкреплявших — в особенности — воззрения савеллиан.

188Из этого краткого, но полезного обзора явствует, что все церковные христианские течения и секты не исповедуют религии истины — той, что стоит на единобожии Аллаха, Пречист Он, на том, что нет ничего, подобного Ему, и что никто от Него не исходит, Всевышний!

189Нередко ариан именуют «единобожниками», но такое словоупотребление вводит в заблуждение: ариане вовсе не единобожники на деле. Они одновременно утверждают, что он (Сын) — Бог?! — и что он — творение Отца, созданное прежде сотворения мира?! А это не имеет никакого отношения к истинному «таухиду»!

190Аллах изрёк ясный приговор неверия тем, кто говорит: «Христос — сын Аллаха», и тем, кто говорит: «Христос и есть Аллах», и тем, кто говорит: «Аллах — третий из трёх». И никогда свойство неверия и свойство служения Аллаху не соединяются ни в вероубеждении, ни в сердце — ибо сие два состояния различны!

191Кораническое же замечание насчёт слов иудеев: «Узейр — сын Аллаха» — и слов христиан: «Христос — сын Аллаха» (ат-Тауба: 30) — констатирует, что они в этом подобны тем, кто неверствовал прежде, — их убеждениям и их представлениям:

«Это — слова их собственных уст, похожие на слова тех, кто неверствовал прежде» (ат-Тауба: 30).

192Итак, установлено, что это изречение исходит от них самих, а не приписано им. Потому и упомянуты «уста их»: чтобы вызвать чувственно-конкретный образ — по коранической манере изображения, — ведь само собой понятно, что слова произносятся устами. Это уточнение не есть пустословие — Аллах превыше подобного в высочайшей степени! — и не излишний пространный повтор; это просто живописная кораническая манера выражения: она вызывает «образ» высказывания и претворяет его в нечто реальное, словно услышанное и увиденное воочию! А сверх того, оживление образа и его закрепление дают понять, что у этого изречения нет никакой действительности в реальном мире: это всего лишь пустая речь уст, за которой не стоит ни предмета, ни истины!

193Затем мы подходим к другой стороне коранической неподражаемости, свидетельствующей о её Господственном источнике. Это слова Аллаха, Пречистого: «подобные словам тех, которые неверствовали прежде» (ат-Тауба: 30).

194Толкователи обыкновенно говорили об этом аяте: смысл его в том, что заявление этих людей о сыновстве кого-то Аллаху совпало со заявлением арабских многобожников о сыновстве ангелов Аллаху... Это верно... однако значение данного коранического текста простирается куда дальше. И эта дальняя даль прояснилась лишь недавно — после изучения вероучений язычников Индии, Древнего Египта и Греции, благодаря которому стало ясно происхождение искажённых вероучений людей Писания — особенно христиан, — и то, как эти языческие представления сначала просочились в учения «апостола Павла», а затем уже — в учения священных соборов.

195Египетская троица — Осирис, Изида и Хор — есть основа фараоновского язычества; в этой троице Осирис выступает в роли (Отца), а Хор — в роли (Сына).

196Александрийское же богословие, разрабатывавшееся за много лет до Христа, учило, что «Логос есть второе Божество», именуемый также «первенцем Бога».

197Индусы говорили о трёх ипостасях, или трёх состояниях, в которых являет себя Божество: «Брахма» — в состоянии творения и мироздания; «Вишну» — в состоянии сохранения и поддержания; «Шива» — в состоянии погибели и истребления... По этому вероучению «Вишну» и есть (Сын), истёкший из божественности (Брахмы) и претворившийся из неё!

198Ассирийцы же веровали в «Слово», называя его (Мардуком), и были убеждены, что сей Мардук и есть первенец Бога!

199Греки веровали в божество трёх ипостасей; и когда их жрецы приступали к принесению жертв, они трижды кропили жертвенник святой водой, брали благовоние из курильницы тремя пальцами и трижды кропили святой водой собравшихся вокруг жертвы — в знамение Троицы... Именно эти обряды, вместе со всем, что стояло за ними из языческих вероучений, и взяла церковь, включив их в христианство, — уподобившись тем самым словам тех, кто неверствовал прежде!

200Обращение же к вероучениям древних язычников — неведомых во времена ниспослания Корана наряду с этим кораническим текстом: «подобные словам тех, которые неверствовали прежде» — равно как оно удостоверяет, что люди Писания не исповедуют религии истины и не веруют в Аллаха правильной верой, обнаруживает вместе с тем одну из граней неподражаемости Благородного Корана — свидетельствует о Его источнике и о том, что Он — от Аллаха…

201После этого установления и разъяснения аят, раскрывающий истинное положение людей Писания — их неверие и их многобожие, — завершается словами Всевышнего:

«Да покарает их Аллах! До чего они отвращены от истины!» (ат-Тауба: 30).

202Да сразит их Аллах! Как отклоняются они от ясной и простой истины — к этому тёмному, запутанному язычеству!

203Затем кораническое повествование переходит к новой странице летописи уклонения, на котором стоят люди Писания; на этот раз она явлена в словах Всевышнего:

«Они приняли своих раввинов и монахов за господ помимо Аллаха, а также Мессию, сына Марьям. А ведь им было велено поклоняться одному лишь Богу, кроме которого нет иного божества. Пречист Он от того, что они придают Ему сотоварищей!» (ат-Тауба: 31).

204В этом аяте — продолжение направленности контекста в данном отрезке суры: рассеяние наваждения, будто эти люди Писания стоят на религии Аллаха. Аят устанавливает, что они уже не пребывают на религии Аллаха — свидетельством тому их реальная жизнь после свидетельства их собственного вероубеждения; что им было велено поклоняться одному Аллаху, а они приняли своих раввинов и монахов за господ помимо Аллаха — как сочли господом и Мессию, сына Марьям; и что это с их стороны — ширк, и Аллах чист от их ширка... Итак, они не веруют в Аллаха ни по убеждению, ни по представлению — подобно тому как не исповедуют они религии истины на деле и в поступке.

205Но прежде чем ответить: как же приняли они раввинов своих и монахов своих за господ? — нам хотелось бы привести достоверные предания, заключающие в себе толкование этого аята самим Посланником Аллаха ﷺ, — а это решающее слово.

«Ахбар» — множественное число от «хабр» или «хибр» (с фатхой или кясрой ха): так называют учёного из людей Писания, чаще же это слово применяли к учёным иудеев. «Рухбан» — множественное от «рахиб»: у христиан это всецело преданный поклонению затворник — такой не женится, не занимается наживой и не заботится о заработке.

206В «ад-Дар аль-мансур» приводится: ат-Тирмизи (и он счёл хадис хорошим), Ибн Джарир, Ибн Абу Хатим, Ибн Мардувайх в своей «Сунане» и другие передали от Адийя ибн Хатима, да будет доволен им Аллах, его слова об аяте суры «аль-Бараа»: «Они приняли своих раввинов и монахов за господ помимо Аллаха...» Спросил он: «О Посланник Аллаха, неужели они станут поклоняться им?!» Ответил Посланник Аллаха ﷺ: «Нет, но когда те дозволяли им что-нибудь, они объявляли это дозволенным, а когда запрещали им что-нибудь — запрещали».

207В тафсире Ибн Касира сказано: имам Ахмад, ат-Тирмизи и Ибн Джарир передали разными путями от Адийя ибн Хатима, да будет доволен им Аллах: когда до него дошёл призыв Посланника Аллаха ﷺ, он бежал в Шам — ещё в эпоху джахилии он принял христианство; его сестру и группу его соплеменников взяли в плен, но Посланник Аллаха ﷺ оказал ей почёт и одарил её; она вернулась к брату и стала склонять его к исламу. И когда Адийй прибыл в Медину — а был он главой своего племени тайи, сыном Хатима, — на груди его висел серебряный крест; Посланник Аллаха ﷺ прочёл при нём этот аят: «Они приняли своих раввинов и монахов за господ помимо Аллаха...» Адийй сказал: «Я воскликнул: О Посланник Аллаха, неужели они поклоняются им?! Он отвечал: Да! Они запретили для них дозволенное и дозволили им запретное, а те последовали за ними — вот и есть поклонение их им». А вынесенное на этом основании суждение обретает полную силу.

208И ал-Алюси говорит в своём тафсире:

209«Большинство толкователей утверждало: не в том смысл слова „господа“, что они считали их творцом мира; смысл в том, что те повиновались им в том, что они запрещали и дозволяли».

210Из ясного коранического текста, из толкования Посланника Аллаха ﷺ — решающего слова, — а затем из пониманий первых и поздних толкователей извлекаются для нас истины вероучения и религии величайшей важности; укажем на них:

211(1) Поклонение («ибада») есть следование религиозным законам на основании текста Корана и разъяснения Посланника Аллаха ﷺ…

212… — а иудеи и христиане не брали раввинов и монахов господами в значении обожествления их или воздаяния им обрядов поклонения, — однако Аллах, Пречист Он, произнёс над ними приговор о многобожии в этом аяте — и о неверии в последующем аяте того же контекста — уже за одно лишь то, что они принимали от них законодательства, подчинялись им и следовали им.. И одного этого — помимо вероубеждения и обрядов — достаточно, чтобы считать совершающего такое многобожником перед Аллахом: многобожие это исторгает его из числа верующих и вносит в число неверных.

213Что кораническое изображение ставит на одну доску описание многобожием и взятием господ помимо Аллаха — и иудеев, которые приняли законодательство убеждённо, подчинились ему и последовали ему, и христиан, которые провозгласили божественность Христа своим вероубеждением и воздали Ему обряды в поклонении: и эти — подобны тем, и всякий из них — многобожник перед Аллахом, тот, кого Он исторгает из числа верующих и вносит в число неверных..

214Что многобожие перед Аллахом становится свершившимся уже тем одним, что право законодательства отдано другому, помимо Аллаха, из Его рабов, — даже если к этому не примешивается многобожие в вероубеждении о его божественности и не воздаются ему обряды поклонения.. — как явствует из предыдущего пассажа.. но мы прибавим здесь его разъяснение! И эти истины, хотя первое их предназначение в контексте — ответ на обстоятельства, что были тогда в мусульманском обществе: на колебания и сборы к битве с ромеями, и на рассеяние навета, будто те веруют в Аллаха, ибо они люди Писания, — суть вместе с тем истины абсолютные, укрепляющие нас в утверждении «истины религии» вообще.

215Воистину, религия истины, которой Аллах не приемлет от людей, всех без исключения, иной религии вместо неё, — это «аль-ислам».. И ислам держится только на следовании одному Аллаху в законодательстве — после убеждения в одной лишь Его божественности и воздаяния одних лишь Ему обрядов поклонения. Если же люди следуют закону, не исходящему от Него, то они уже — многобожники и неверные, каковы бы ни были их притязания на веру, — ибо это определение прилепляется к ним самим фактом следования законодательству рабов наряду с Аллахом, — разве что отрицание с их стороны докажет, что они следуют лишь под гнётом реального принуждения, которого не в силах отвратить, и что они не одобряют этого посягательства на власть Аллаха.

216Понятие «дин» (религии) настолько сузилось ныне в душах людей, что те стали разуметь под ним лишь вероубеждение в глубинах совести да обряды, совершаемые в молитвенных домах, — и потому уже не считают ту совокупность законодательств и распорядков, которым покоряется их жизнь, «религией», через которую они приобщают Аллаху сотоварищей, и не видят, что тем самым они ослушались Его веления: чтобы не поклонялись никому, кроме Него.

217Воистину, основа «дина» — «ад-дийана», то есть покорность, предание себя и следование, — и она проявляется в следовании законодательствам точно так же, как в воздаянии обрядов. А дело — вещь серьёзная, не терпящая этого разделения: причислять к верующим и мусульманам — за одно лишь убеждение в божественности Аллаха, Пречистого, и воздаяние одних лишь Ему обрядов — тех, кто следует законодательствам помимо Аллаха, без отрицания с их стороны, которым они засвидетельствовали бы своё неодобрение посягательства на власть Аллаха.. Именно это разделение — опаснейшая хворь, которой страдает эта религия в нынешнюю эпоху истории, и смертоноснейшее из оружий, коим бьют по ней её враги, — те, кто ревностно закрепляет вывеску «ислама» за порядками и лицами, о которых Аллах, Пречистый, говорит, что они — многобожники, не исповедующие религии истины, что они берут себе господ помимо Аллаха.. И если враги этой религии ревностно закрепляют вывеску ислама за теми порядками и теми людьми, то тем самым они делают ислам покровом для него самого — и для того, что в нём, из многобожия и неверия и взятия господ помимо Аллаха: «Нет же им повеления инако, как поклоняться одному Богу: нет иного божества, кроме Него. Пречист Он — превыше того, что они Ему приобщают!» (ат-Тауба: 31)..

218Затем входит в контекст новый шаг — в подстрекании верующих к сражению:

«Они желают погасить свет Аллаха своими устами, однако Аллах не желает иного, как довершить Свой свет, даже если ненавистно это неверным. Он — Тот, Кто отправил Своего Посланника с верным руководством и религией истины, чтобы явить её над всякой религией, даже если ненавистно это многобожникам» (ат-Тауба: 32–33)..

219Эти люди Писания ведь не останавливаются на рубеже уклонения от религии истины, поклонения господам помимо Аллаха и неверия в Аллаха и Последний день — вопреки всем их притязаниям на веру в Аллаха и Последний день?! Они сверх того трудятся, чтобы погасить свет Аллаха на земле — свет, воплощённый в этой религии, в призыве, несущем её по земле, и в жизни, по образцу которой лепится жизнь человеческая..

220«Они желают погасить свет Аллаха своими устами»: они — воюющие против света Аллаха: то ли тем, что исторгают из уст своих ложь, козни и смуты, то ли тем, что подстрекают своих приверженцев и приспешников воевать с этой религией и её людьми и стоять преградою на её пути, — каковым и был тот реальный случай, лицом к которому встал этот призыв тогда.. И это разъяснение, хотя целью его было ободрить сердца мусульман в те дни, рисует вместе с тем природу вечного противостояния людей Писания свету Аллаха — свету, воплощённому в религии Его истины, которую Он ниспослал людям со светом Своим.

221«Однако Аллах не желает иного, как довершить Свой свет, даже если ненавистно это неверным»..

222И контекст присоединяет к этому предостережению и этому обещанию ещё и подтверждение:

223«Он — Тот, Кто отправил Своего Посланника с верным руководством и религией истины, чтобы явить её над всякой религией, даже если ненавистно это многобожникам»..

224Из этого текста проясняется, что «религия истины», о которой шла речь прежде, в словах Всевышнего: «Сражайтесь с теми, кто не верует в Аллаха и в Последний день, кто не запрещает того, что запретили Аллах и Его Посланник, и кто не исповедует религию истины, — из тех, кому даровано Писание, — пока они не выплатят джизью собственной рукой, оставаясь униженными» (ат-Тауба: 29).. — есть именно та религия, с которой Аллах отправил Посланника Своего последнего. А те, кто не исповедует этой религии, — именно те и охвачены повелением сражаться.. И это справедливо при любом понимании аята. Ибо общий смысл «религии истины» — покорность одному Аллаху в вероубеждении, поклонении и законодательстве, — с учётом природы исламского движения, многообразного средствами своими и обновляющегося, как мы говорили не раз.

225Это — подкрепление первого обещания Аллаха: «Аллах не желает иного, как довершить Свой свет, даже если ненавистно это неверным».. но в форме более конкретной: свет Аллаха, который Пречистый постановил довершить, — это религия истины, с которой Он отправил Посланника, чтобы явить её над всякой религией.

226Религия истины — как говорилось прежде — есть покорность Аллаху в вероубеждении, поклонении и законодательстве, взятыми вместе. И воплощается она во всякой религии, с какой приходил посланник прежде.. Те же религии искажённые, обезображенные, осквернённые идолопоклонством, принадлежать ей, разумеется, не могут.. И вот перед нами широкое значение, которое мы разъяснили, — чтобы постичь объём этого обещания и пределы его.

227Воистину, «дин» — это «ад-дийана», покорность.. и потому объемлет он всякий путь, всякое учение, всякий строй, которым народы покоряются в повиновении и следовании..

228И Аллах, Пречистый, возвещает решение Своё: явится религия истины, с которой Он отправил Посланника Своего, над всяким «дином» — в этом всеобъемлющем, универсальном значении!

229Покорность будет одному лишь Аллаху. Явление же выпадет тому пути, в котором воплощается покорность одному лишь Аллаху.

230И свершилось это некогда руками Посланника Аллаха ﷺ, его преемников и тех, кто шёл после них, — на протяжении долгого периода времени. Религия истины была явленной и верховенствующей, а религии, лишённые чистоты покорности одному Аллаху, страшились и трепетали! Потом приверженцы религии истины оставили её, шаг за шагом: действием факторов, вошедших в самый состав исламских обществ, с одной стороны, и длительною войной, многообразной в способах своих, которую вели против неё его враги — и идолопоклонники, и люди Писания.

231Но это не конец пути.. Обещание Аллаха стоит непреложно: оно ждёт праведной сплочённой группы, которая понесёт знамя и двинется дальше, начиная с той самой точки отсчёта, с которой начались шаги Посланника Аллаха ﷺ, когда он нёс религию истины и шёл светом Аллаха.

232Приходит последний аят, чтобы разъяснить эту истину, обращаясь к уверовавшим и обнажая в этом обращении то, что скрыто за этими людьми: они — пожирающие имущество людей неправедно и сбивающие с пути Аллаха, — и тем, что копили они, будут раскалены их лбы, бока и спины…

233В аяте — отступление, разъясняющее роль раввинов и монахов, которых люди Писания взяли себе господами помимо Аллаха и которым последовали в том, что те устанавливали для них, — в распорядках имущественных и в обрядах поклонения одинаково. Раввины эти и монахи пожирают имущество людей неправедно и сбивают их с пути Аллаха.

234Из этого — пути, узаконенные в пользу тех, кто владеет богатством или властью; из них же — то, что берёт патер или жрец в обмен на исповедание ему грехов и отпущение их властью, которая, как они утверждают, вручена церкви для тех грехов! А риба (лихва) — широчайшая из дверей её и мерзчайшая, — и многое другое сверх того.

235«Многие из священнослужителей и монахов поедают имущество людей незаконно»..

236Оговорка — ради осторожности, чтобы не распространять суждение на каждого, кто не причастен к этому греху.. В любой общине людей находятся души, остающиеся остатком добра.. И Господь твой никого не обижает..

237И многие из раввинов и монахов копят эти богатства, которые пожирают ими неправедно. История этих людей свидетельствует об огромных состояниях, стекавшихся в руки духовенства и перетекавших в церкви и монастыри. Бывали времена, когда они были богаче царей-самовластцев и тиранов-императоров!

238А коранический контекст рисует их муку в Последней жизни — за накопленное ими, равно как и муку всякого, кто копит золото и серебро, не расходуя его на пути Аллаха, — в одной из изумительных, наводящих ужас сцен видения:

«Тем, которые собирают золото и серебро и не расходуют их на пути Аллаха, возвести болезненное наказание. В тот день они будут раскалены в огне Геенны, и будут ими выжжены их лбы, бока и спины. Это то, что вы накопили для самих себя. Вкусите же то, что вы накапливали» (ат-Тауба: 34–35)..

239Рисовать сцену в таких подробностях, показывать деяние от первых его шагов до последних — значит дать созерцанию задержаться в воображении и чувстве.. И это намеренное растяжение:

240«Тем, которые собирают золото и серебро и не расходуют их на пути Аллаха, возвести болезненное наказание»..

241И контекст умолкает: аят останавливается на этом общем и сокрытом очертании муки.

242Затем — после общего — переходит к подробностям:

243«В тот день они будут раскалены в огне Геенны,»

244..и пусть начнётся казнь мучительная.. Вот лбы — их прижигают.. Завершилось прижигание лбов — пусть перейдёт оно к бокам.. Вот бока — их прижигают.. Кончилось и это — пусть обратятся они к спинам.. Вот спины — их прижигают.. Исчерпан этот вид муки; вслед ему идут рыдания и стоны:

245«Это то, что вы накопили для самих себя».. Это — само по себе то, что вы копили ради наслаждения, и обратилось оно орудием этой мучительной разновидности наказания!

246«Вкусите же то, что вы накапливали»!

247Поистине, сцена эта — устрашающая, приводящая в содрогание, и представлена она здесь в подробностях, с растяжением и повтором!

248Представлена она, первым делом, для изображения судеб множества раввинов и монахов, а затем — для изображения судеб накопителей золота и серебра, не расходующих их на пути Аллаха.. И коранический контекст, связанный с походом Затруднения, был в те дни именно таким!

249После сего надлежит остановиться здесь ненадолго для заключения, в котором мы выделим значение этого господнего разъяснения истины о том, на чём стоят люди Писания в вероубеждении, религии, нраве и образе действий, — в дополнение к тем указаниям, что мы привели в предыдущих абзацах.

250Воистину, очистить людей Писания от навета, будто они стоят на чём-либо из религии Аллаха, — потребность более насущная и настоятельная, чем разъяснить положение явных многобожников в их многобожии — тех, кто самою явностью своих вероучений и обрядов свидетельствует против себя о неверии.. Ибо души мусульман не делают полного рывка навстречу джахилии, пока лик джахилии не явится им открыто! А лик джахилии обнажён и ясен, когда речь о многобожниках, — но не таково положение, когда речь о людях Писания…

251…милости; и это — в противоположность тому, как замыкается круг зла над той другой группой, которая считает свои траты чистым убытком и подстерегает верующих, выжидая поворота судьбы: «Аллах — Прощающий, Милостивый» (Покаяние: 99). Он принимает покаяние, принимает милостыню, прощает то, что было из греха, и милует тех, кто ищет милости.

252А после общей классификации бедуинов контекст делает шаг в сторону, чтобы классифицировать общество в целом.. и его оседлую часть, и кочевую —

253(1) См. главу «Чувственное воображение и воплощение» в книге «Художественный образ в Коране» («Ат-тасвир аль-фанни фи-ль-Куран»), «Дар аш-Шурук».

254Сура «Покаяние»

255— на четыре мировоззренческие категории: опередившие, первые из мухаджиров и ансаров, и те, кто следовал за ними с благодеянием (ихсан); лицемеры, скатившиеся в лицемерие среди мединцев и среди бедуинов; те, кто смешивал благое деяние с дурным; и те, чьё дело отложено до решения Аллаха, пока Он не рассудит их Своим решением:

«Опередившие, первые из мухаджиров и ансаров, и те, кто следовал за ними с благодеянием! Аллах доволен ими, и они довольны Им. Он уготовил им сады, по которым текут реки, — они пребудут там вечно. Это — великая победа..» (Покаяние: 100)

«Среди окружающих вас бедуинов есть лицемеры, и среди жителей Медины есть упорствующие в лицемерии. Ты не знаешь их, но Мы знаем их. Мы подвергнем их наказанию дважды, а затем они будут возвращены к великому мучению» (Покаяние: 101)

«Есть и другие, признавшие свои грехи: они смешивали благое деяние с дурным. Может быть, Аллах примет их покаяние: ведь Аллах — Прощающий, Милостивый. Возьми же из их имущества милостыню, чтобы ею очистить их и очистить, и молись за них: ведь твоя молитва — успокоение для них. Аллах — Слышащий, Знающий. Неужели они не знали, что Аллах Сам принимает покаяние от Своих рабов и принимает милостыню и что Аллах — Принимающий покаяние, Милосердный? Скажи: „Действуйте! Аллах увидит ваши деяния, и Его Посланник, и верующие. И будете вы возвращены к Ведающему сокровенное и явное, и Он возвестит вам о том, что вы совершали“» (Покаяние: 102–105)

«Есть и другие, чьё дело отложено до решения Аллаха: накажет Он их или примет их покаяние. Аллах — Знающий, Мудрый..» (Покаяние: 106)

256Очевидно, эта классификация была ниспослана вместе с этими аятами после возвращения из Табука и после оправданий тех из отставших лицемеров и отставших верующих, кто принёс оправдание: будь то те, чьё оправдание было искренним, или тот, кто привязал себя к столбу мечети, пока его не освободил Посланник Аллаха ﷺ, или же те, кто вовсе не принёс оправдания, уповая, что Аллах примет их покаяние за правдивость, — это те трое, которых оставили позади и чья участь не была решена никаким суждением, пока Аллах не принял их покаяние (как будет рассказано ниже). И все эти люди в совокупности словно представляли собой все сорта людей вокруг призыва в Аравии после похода на Табук. А Аллах — Пречист Он! — раскрывал перед Своим Посланником ﷺ и теми чистыми сердцем верующими, что были с ним, всю арену движения целиком — со всем, что на ней и кто на ней. Это полное небесное раскрытие пришлось на пороге завершения попечительства в первом заходе этой религии — в её исходном пункте, — прежде чем она устремится на всю землю, всеобщим провозглашением поклонения одному лишь Аллаху и служения Ему одному, освобождением «человека» на «земле» от рабства перед рабами во всех видах и формах.

257Когда исламское движение выходит в путь, ему непременно нужно, чтобы перед ним раскрылась земля битвы — со всем, что на ней и кто на ней. Такое раскрытие необходимо на каждом шагу: чтобы деятели движения знали, где стоят их ноги, на каждом шаге дороги.